Элен Рэй - Макс Фиш

Спустя несколько секунд Элен заговорила непривычным серьёзным тоном:

– Вы одиноки. Как на школьном балу. Вас постоянно бросают.

– Что значит постоянно? – влезла Хэйзи.

Элен не слушала её вопросов и продолжила говорить:

– Не отпускает университетская любовь? Вы хотели бы, чтобы он был с вами. Этому не бывать! Вы видите, как привороты не помогают.

– Так, ладно, хватит, я не…

Голова Элен стала потряхиваться. Мама начала переживать, но боялась влезть.

– Вы пришли узнать, есть ли у вас лейкоз, – сказала Элен.

Лицо Хэйзи побелело.

– Я вижу лишь ближайшее будущее, – предупредила Элен.

Элен начало трясти сильнее. Элеонора чувствовала, что тело дочери дрожит. Времени оставалось мало, близился обморок.

– Элен, прошу, заканчивай! – крикнула мама.

Хэйзи показала ладонью Элеоноре, чтобы та немного подождала, пока Элен договорит.

– И в этом будущем ваша кровь не кипит. Лишь вены ног разбухают. Вина наследства, – заключила Элен, отпустив хватку.

Мама дёрнула за локоть Элен, чтобы разъединить руки. Её голова покачивалась, и мама опустила спинку кресла, чтобы та передохнула.

Элен лёжа смотрела на плывущий потолок. Из её глаз хлынули слёзы. Она была рада, что всё получилось.

Хэйзи молча смотрела в одну точку. Её лицо было не на шутку взволнованным. Подступали слёзы. Она подскочила, поблагодарила за сеанс и спешно ушла. Мама осталась, чтобы поухаживать за дочерью. Через несколько минут Элен заговорила:

– Мне уже лучше. Голова кружиться перестала.

– Ты молодец, ты справилась, – сказала мама, поднимая спинку кресла.

Элен потёрла лицо и опёрлась локтями об стол, держа голову.

– Как же это было сложно, – сказала она.

– Ты очень рисковала. Лучше так не делать, – сказала мама, подняв белые перчатки.

– Кстати, в них так жарко. Нужно что-то придумать. Если всё же вернусь в школу, то там так не походишь.

– Даже не знаю, может, купить более тонкие?

– Могу я тебе кое-что сказать?

Мама села напротив Элен и сказала:

– Конечно. Говори.

– Я задумалась о переезде в другой город.

Мама подняла брови от удивления.

– Это исключено, Элен.

– Но почему? Я не говорю, что прямо сейчас, но может, когда мне исполнится восемнадцать лет.

– До сих пор есть риск, что ты упадёшь в обморок. Ты ещё слишком слаба для большого мира. Лучше эту тему закрыть.

– Миле, значит, можно, а мне нет, – буркнула Элен.

– Мила переезжает?

– Она сегодня скажет об этом.

– Она, наверное, переезжает с родителями?

– Да.

– Вот. А твой отец ни за что отсюда не уедет.

– Кто бы сомневался, – бормотала Элен себе под нос.

– Ладно, я знаю, как тебя взбодрить.

Мама потянулась до маленького шкафчика, открыла вторую полку и достала оттуда синий футляр для украшений.

– Ты, наверное, видела своим третьим глазом, где он лежал?

– Нет. Я не вижу все сто процентов информации. Картинки показывают, что хотят.

– Тогда маленький, но сюрприз получился. Вот, держи. Это тебе подарок от нас с папой, – сказала мама, протянув подарок с доброй улыбкой.

Элен взяла футляр, но не открыла его.

– Я что-то чувствую. Там камень… напевает.

– Открывай же.

Элен медленно раскрыла футляр, и перед её взором показался прекрасный золотой браслет с одиноким кроваво-красным рубином, обрамлённый серебряными осколками. Он был большой и выглядел как слегка приплющенный зрачок с радужкой. Казалось, что он смотрел своим мудрым взглядом, переливающимся блеском, и мысленно успокаивал.

– Мама… он потрясающий!

– Я рада, что тебе понравился, – сказала мама, приобняв дочь.

– На картинке он был не так красив.

– Не хочешь надеть? Надеюсь, он не считается энергообъектом.

Элен улыбнулась и поднесла руку к браслету.

– От него идёт уютное тепло. Так приятно.

Она сначала провела пальцем по золотым суставам. Затем взяла в руки.

– Тяжёленький, – посмеялась Элен.

– Давай я тебе его застегну, – сказала мама.

Мама стала продевать браслет через правую руку и приговаривать:

– Пусть он будет символом твоих профессиональных начинаний. Он придаст твоему образу таинственности и одновременно женственности. С ним ты сможешь преодолевать трудности и достигать целей.

Элен протянула руку, чтобы оценить браслет на её стройной руке, и произнесла:

– Великолепный!

– Лучезарный! – подхватила мама.

– Спасибо большое ещё раз. Я буду носить его с удовольствием, где бы я ни была.

– Мне приятно это слышать.

– Можешь дверь открыть? – попросила Элен, не отрываясь от камня.

Мама посмотрела вопросительным взглядом.

– Мила идёт. Я пока переоденусь и выйду.

– Поняла, хорошо.

– Спасибо!

Мама вышла из комнаты, и прозвенел звонок в дверь. Она спустилась и впустила Милу в дом.

Через десять минут Элен и Мила сидели в креслах на заднем дворе дома Рэй. На небе впервые за долгое время было безоблачно. Ветра не было, но стоял морозный воздух.

– Ну, рассказывай, Эль, как дела? – спросила Мила, попивая сок с трубочкой из маленькой упаковки.

– У меня новое прозвище?

– Так короче. Не нужно полностью имя выговаривать.

– Оно и так короткое, – посмеялась Элен. – Всего четыре буквы. У тебя, кстати, тоже.

– Это да, но моё никак не сократить, а вот твоё можно. А ещё можно удлинить. Эль Гринго, как тебе? Или Эль Футуро.

– А ещё можно ничего не менять, да?

– Ага. Ладно, делись новостями.

– А что рассказывать? У меня сейчас довольно тяжёлый период. Из хорошего только этот утешительный подарок от мамы за успешный сеанс с её подругой, – сказала Элен, показав руку с браслетом.

– Сеанс?! Ты стала проводить сеансы? – спросила Мила, выпучив глаза.

– Да тише ты. Это просто была подруга, которая спросила кое о чём, и всё.

– Да не могу я теперь тише! Ты же свой бизнес открыла, по сути, – восхитилась Мила.

– Бизнес – это когда платят. А я, как и тебе, сказала пару вещей просто так.

– А вот ты в следующий раз деньги сразу бери, а то люди, видишь, какие непорядочные, – произнесла Мила, шумно допив сок.

– Правда, в этот раз пришлось перчатки снять, чтобы был результат.

– Да ладно?! – крикнула Мила, выпучив глаза снова.

– Слушай, ты такая громкая вечно.

– Это не новость. Ты лучше про перчатки расскажи.

– Я сняла и смогла минуту продержаться без обморока.

– Да ты улучшилась! Скоро ты сможешь трогать всё, что захочешь, и будешь видеть всё про всех.

– Этого я как раз не хочу. Вот бы мозг заставить видеть только приятные картинки про людей.

– Плохого в людях больше, так что зря ты мечтаешь. А раз у тебя дело пошло, то пора открывать кабинет и принимать клиентов.

– Чувствую, что так и будет. А может, это просто сильное желание.

– Жаль, что я не смогу быть у тебя администратором, – сказала Мила, поджав губы.

Элен посмотрела на Милу грустным взглядом и произнесла:

– Ты с семьёй