Поцелуй смерти - Александра Шервинская

– Думаю, на неделю, дней на десять максимум. Когда всё закончится, я просто пришлю за тобой Карася. Ты, главное, кулон не снимай, по нему он пройдёт сквозь любые преграды.

– Хорошо…

Леночка ненадолго задумалась и решила:

– Тогда я завтра закрою все дела в офисе, отменю встречи и предупрежу всех, что уезжаю отдыхать. Естественно, без подробностей. Ну а вечером отправлюсь на болота. Надо будет книг с собой набрать, заодно и позанимаюсь.

– Спасибо, – негромко сказал я, – за то, что поняла, и за то, что всё правильно делаешь.

– Дурак ты, Антон Борисович, – помолчав, покачала головой девушка, – хоть и умный, но такой дурак!

Сказав это, она подошла к стене и, послав мне воздушный поцелуй, просто вошла в неё.

– Тот редкий случай, когда я готов с ведьмой согласиться, – непривычно серьёзно сказал Фредерик, который во время нашего разговора тихонечко лежал возле окна. – Дурак, и это не лечится.

– Чего это? – я устало опустился в кресло. Эти душевные разговоры всегда меня выматывали сильнее любых тренировок.

– Ты не понимаешь, что она тебя любит? А ты «спасибо», «правильно делаешь»… Эх…

– Ведьмы любить не умеют, – прикрыв глаза, ответил я, прекрасно понимая, что Фред, увы, абсолютно прав, – ведьмам такую способность не выдают, даже в расширенной комплектации.

– Что и требовалось доказать, – фыркнул Фредерик, сердито махнув пушистым серым хвостом, – ну да ладно, чего уж теперь. Поехали к Ванге…

Глава 19

Закончив первоочередные дела, я позвонил старшему Лозовскому, поблагодарил за приют, за помощь, пообещал непременно приехать летом как минимум на неделю, а то и на две, чтобы отдохнуть как положено: рыбалка, шашлычок, холодное пиво и красивые девушки. Отдельно сказал большое спасибо за работников зареченской «скорой помощи», на что Валера только негромко хмыкнул и заверил, что если надо будет ещё что-то – он всегда к моим услугам. Потом я закрыл номер, отдал ключ всё той же симпатичной девушке-администратору, обрадовал её новостью о том, что с Валерием Дмитриевичем всё оговорено и решено, и наконец-то покинул гостеприимную базу «Медовое».

Так как на моей машине уехал Егорушка, нам пришлось вызвать такси, но через сорок минут я уже выгружал переноску с объевшимся пиццы Фредериком неподалёку от домика Ванги. Водитель оказался жутким любителем кошек, поэтому всю дорогу восхищался Фредом, чем заслужил несомненную благосклонность адской гончей.

Дождавшись, пока такси, прощально просигналив, скроется за поворотом, я выпустил Фредерика на свободу и неспешно направился к знакомому дому. Воспоминания о том, что произошло здесь несколько месяцев назад, ещё не перешли в разряд «было и прошло», но уже не вызывали боли, только лёгкую грусть, скорее, даже светлую печаль. Мы, некроманты, вообще достаточно легко справляемся с подобными вещами, иначе груз памяти не дал бы нам возможности существовать столетиями, он просто разрушил бы нас изнутри, свёл бы с ума.

Замок на входной двери щёлкнул, как только я поднялся на крыльцо, но, войдя в достаточно просторную прихожую, я никого не увидел. Зато услышал, как закрылась за моей спиной дверь, а потом различил смех, доносящийся откуда-то издалека. Недолгая тишина сменилась негромкими хлопками, больше всего похожими на выстрелы. Сложив одно с другим, я усмехнулся и пошёл туда, где у Ванги был расположен домашний тир.

– Сорок три из пятидесяти, – услышал я довольный голос Лёхи, – мастерство, его не пропьёшь!

– Неплохо для того, кто давно не тренировался, – негромко согласился с ним Ванга, – но могло быть лучше. Должно быть лучше.

– Слушай, у Савы вон вообще тридцать пять всего, – возмутился Алексей, – а ты его хвалил.

– Савелий не профессионал, – мягко возразил Ванга, – для гражданского лица это очень хороший результат. А для нас, тех, для кого умение стрелять – залог долгой и благополучной жизни, сорок три – очень плохо.

Надо же, не ожидал от нашего молчуна такого длинного монолога, совсем мы его испортили…

– Так мне тренироваться негде, – начал оправдываться Лёха.

– Разве я тебе не предлагал воспользоваться моим тиром?

– Предлагал, – нехотя подтвердил Алексей, – но мне как-то всё некогда было.

– Тебе было не некогда, а лень, – невозмутимо отозвался киллер, – ты расслабился и забыл о своих обязанностях. И это ты стреляешь в комфортных условиях. А по движущейся мишени? А с колена? А сидя? А из машины?

Лёха молчал, потому как сказать ему было откровенно нечего: он действительно расслабился и стал мало времени уделять занятиям, что было, то было. Я решил, что достаточно услышал, и, не прячась, спустился в подвал, служивший тиром.

– О, босс, – я некоторым облегчением прокомментировал моё появление Лёха, – а мы тут стреляем…

– Во избежание недопонимания, – я присел на простую деревянную скамейку, стоящую у стены, – я слышал ваш разговор и в данном случае полностью на стороне Ванги. Когда я забирал тебя от Шляпникова, пусть ему будет хорошо там, где он есть, ты с закрытыми глазами выбил бы больше. Просто потому что тогда от этого зависело твоё благополучие. Сейчас от тебя не требуется всё время быть в тонусе, и это отчасти моя вина. Поэтому план такой: как только мы закончим эту историю с Мари, я отдам тебя на месяц Ванге, чтобы он снова сделал из тебя бойца. Подключите память Бизона и работайте. Это, конечно, если наш друг согласится.

– Соглашусь, – после довольно продолжительной паузы проговорил Ванга, – при одном условии. Ты объяснишь мне, что с Алексеем не так, кто такой Бизон и почему ты иногда говоришь о нём, как о нескольких людях.

– Договорились, – подумав, согласился я, – ты и так столько уже всякого-разного про нас знаешь и столько всего уже видел и слышал, что тебя эта информация вряд ли так уж сильно впечатлит. Вот спроважу эту парочку на кладбище сегодня – и поговорим.

На какое-то время в помещении стало очень тихо, а потом раздался неуверенный голос Савы:

– А чего сразу на кладбище-то? Может, можно как-то менее радикально?

– У Погостника побудете пару дней, – сказал я, – до тех пор, пока не выяснится окончательная расстановка сил и не появится хоть какая-то определённость. Сразу оговорю: это не проявление недоверия, это стратегический ход. Мари считает, что убрала Лёху, но она никогда не повторяется. Ты можешь быть как угодно осторожен, но если тебе позвонят и скажут, что, к примеру, у них Леночка, ты плюнешь на всё и побежишь её спасать. И, как вариант, словишь пулю или попадёшь