Корона ночи и крови - Мира Салье

– Конечно. Ты – пара Эмилиана, его невеста и будущая королева.

Делла почувствовала себя не лучшим образом из-за того, какой вопрос собиралась задать.

– А с кем идешь ты и… Кэл? – Она с трудом произнесла его имя.

С лица Рии исчезла улыбка.

– Я буду с Алином. Братишка все равно идет в одиночестве. А Кэл… – она сделала паузу, – сопровождает принцессу Виана.

20

«И земли Риналии станут красными, и это будет настоящая кровь». Так в писаниях говорится о каре, что постигнет ринальцев, если они когда-либо вздумают ослушаться воли Творца.

Дневник неизвестного

– Забавно, – мрачно сказал Николас.

– Что тебя забавляет? – уточнил Кэл.

– В ближайшее время состоятся две королевские свадьбы, и обе – по расчету. Отец всегда твердил мне, что правители женятся не по любви, а вступают в брак, руководствуясь интересами государства. Когда он погиб и я рано стал королем, то подумал: вот оно! Теперь отец не сможет распоряжаться моей жизнью и выбрать мне жену. Отныне я сам себе хозяин. Каким же наивным я был!

Вот уже несколько часов они находились в Виане, на запланированном предсвадебном ужине. Сама церемония должна была состояться завтра в полдень в вианском саду.

Ужин подошел к концу, и за столом остались только Кэл, Алин и изрядно перебравший Николас. Делла чувствовала себя лишней, но не знала, как вежливо уйти, потому что Ник говорил не переставая. Она в основном молчала, и ее это вполне устраивало. Молчал и Алин с тех пор, как Рия удалилась из зала, якобы на несколько минут, но так и не вернулась. Он, казалось, внимательно следил за каждым словом и даже вдохом короля Виана.

Время от времени Делла посматривала на Кэла в черном камзоле, идеально облегавшем его широкое тело. К середине вечера он снял его, оставшись в темно-бордовой рубашке, которая подчеркивала крепкие мускулы и рельефные линии груди. Будь на то воля ринальцев, они бы явились на свадьбу полуголыми.

Кэллам не разговаривал с ней, не дразнил, попросту не замечал ее, что только разжигало внутри нее гнев. Он даже не обратил внимания на ее платье, которое не уступало наряду Рии. Бордовая ткань плотно обтягивала фигуру, идеально повторяя очертания тела, и спускалась почти до пола. А раньше этот наглец оглядел бы ее с головы до ног в привычной манере.

Делла старалась сохранять безучастное выражение лица. Она без интереса изучала столовое серебро у тарелки, на которой лежали остатки знаменитого грушевого пирога Виана. Кажется, это был ее третий кусок.

– В Виане настолько плохи дела? – спросил Кэл, подняв темную бровь.

– К сожалению, да. Казна пуста. – Ник сделал несколько глотков вина прямо из графина. – Еще одно нападение, и мне не на что будет восстанавливать город и кормить армию. Она и так сейчас содержится на деньги лорда Грэйсена. – Ник не скрывал горечи в голосе. Казалось, он был не настроен говорить о политике.

Делле стало не по себе. Деньги. За свою затворническую жизни ей никогда не приходилось задумываться о деньгах, но она знала, что без них в этом мире ничего не решалось. Как бы короля Виана ни любил народ, как бы Николас ни вдохновлял армию, рано или поздно все они могут сдаться перед мрачной реальностью, голодом и разрухой.

Взяв у Ника графин, Кэл сделал несколько глотков.

– Мы можем помочь, – пустил он в ход последний довод.

Ник покачал головой и встал из-за стола, качнув черными крыльями и чуть сгорбившись, словно ему на плечи взвалили невидимый груз.

– Вы и так уже много сделали. Риналия не может содержать мое королевство. Жениху завтра надлежит быть бодрым и свежим, поэтому доброй ночи, друзья, – добавил он, а затем покинул зал, не дав Кэлу попробовать убедить себя.

– Я тоже пойду, спокойной ночи, – первой нарушила молчание Делла и, не взглянув на оставшихся мужчин, быстро выскочила за дверь.

Коридоры вианского дворца с серо-голубыми каменными стенами и серебряными канделябрами, освещавшими путь, не имели ничего общего с помпезными золочеными коридорами Мирита и мрачными арочными Риналии с их головокружительными потолками, как в величественном соборе.

Делла шагала в отведенные покои, но каждый шаг давался с трудом. Она старалась не думать о ринальском принце, к которому ее тянуло словно сторонней силой. Лишь усилием воли она загнала навязчивые мысли поглубже и сосредоточилась на другом.

Сегодня она особенно пристально наблюдала за Рией, за тем, как уверенно она играет свою роль. И почему-то стало тревожно за нее. Делла слышала, что Кэл предложил Рии вернуться домой, но та дерзко заявила: «С какой стати официальный посол Риналии в Виане пропустит королевскую свадьбу?» Однако ужин она покинула раньше всех, если не считать Эмиля.

Делла сомневалась, стоит ли заглядывать к ней и пытаться поговорить, но она прекрасно понимала, что на месте Рии ей бы не хотелось остаться одной, наедине со всеми сомнениями и печалью.

Подойдя к покоям, она подняла голову и застыла перед полностью открытой дверью. Видимо, Николас столь спешно ворвался к Андрии, что просто захлопнул дверь и та отскочила от стены, так и не закрывшись. На это указывала отколовшаяся каменная крошка, валявшаяся на полу.

– Одно твое слово, и я отменю свадьбу, – послышался напряженный голос Ника.

– Ты пьян. Завтра пожалеешь о своих словах, – с нарочитой небрежностью произнесла Рия, скрестив руки перед собой. Она уже успела сменить праздничное платье на синий шелковый халат. – Тебе нужны ее деньги.

– Плевать.

– В тебе говорит алкоголь.

Ник рассерженно потер лоб. Загорелая грудь под частично расстегнутой темно-синей рубашкой поднималась и опускалась.

– Ты знаешь, что я к тебе чувствую.

– Знаю, но это ничего не меняет, – сухо возразила Рия. – Иди к своей невесте.

– Это твое последнее слово?

– Некоторые отношения не судьба построить. Я уже не раз говорила, что ты для меня лишь развлечение.

Ник и Рия сердито смотрели друг на друга. Никто из них не желал отводить глаз. Они оба были упрямы, и каждый стоял на своем, не желая уступать. Они оба были сделаны из одного теста, хотя и происходили от разных Творцов.

– Лишь развлечение? – раздраженно повторил Ник. – Вот кто я для тебя? Игрушка для плотских утех? А был ли я для тебя развлечением, когда ты самозабвенно целовала меня, когда дрожала, пока я покрывал поцелуями каждый участок твоей кожи, когда засыпала в моих объятиях? – Он замолчал, резко схватил Андрию за руки и, притянув ближе к