Дрянь с историей - Дарья Андреевна Кузнецова
– Я только потом уже поняла, насколько была не права и насколько на самом деле не хочу с тобой ссориться. Мне тебя не хватает… – пробормотала совсем уж тихо.
– Хватит, – вновь поморщившись, оборвал он. – Есть дела поважнее.
Ева вздохнула и умолкла, но до конца дороги строила планы, как бы остаться с ним наедине и нормально обо всём поговорить. Спокойно. По всему выходило, самый простой способ – проверенный, который «клин клином вышибают». То есть надёжно его зафиксировать и… пытать, в некотором смысле.
Она нервно усмехнулась этим мыслям и тряхнула головой. Варианта два: либо у неё получится, либо он её всё-таки убьёт.
Возле моста через Орлицу к их компании присоединилось ещё двое достаточно молодых крепких мужчин, по виду – ровесников маски Дрянина, оборотник Михаил и Василий, обладавший даром потусторонника. Серафим обменялся с ними рукопожатиями и информацией: велел присматривать за Стоцким, его невестой и заодно за Евой, а в ответ услышал, что основная следственная группа с криминалистами будет через четверть часа, но зато сразу со всем необходимым оборудованием. Планировку ГГОУ они знали, кабинет декана потустороннего факультета обещали найти самостоятельно.
На другой стороне моста их встретил молчаливый Смотритель, но возражать против проникновения на территорию новых лиц не стал. Постоял на месте, пугая своей грубой маской, но даже не шелохнулся в их сторону. Может, вообще явился сюда не по их душу, а по каким-то своим неведомым делам. Местные привычно его проигнорировали, почти местные – одарили короткими взглядами, а двое новеньких с любопытством косились всю дорогу, стараясь при этом не выпускать из поля зрения остальных.
Серафим не сомневался, что Медведкова удастся застать в его кабинете: почти всё вечернее время он проводил именно там, повадки основных подозреваемых Дрянин уже изучил. Всю лишнюю компанию, начиная с подозреваемого и заканчивая одним из бойцов, потусторонником, он оставил в ближайшей преподавательской, к изумлению пары коллег, находившихся там. От всех вопросов отмахнулся и в компании второго помощника, Михаила, двинулся «на штурм».
Хотя серьёзного сопротивления Дрянин не ждал, всё же декан разменял вторую сотню, но расслабляться не собирался, поэтому команду Мурке и Мурзику отдал ещё при входе, благо, это можно было делать мысленно, и на всякий случай достал пистолет, переложив его в левую и заложив за спину: за годы жизни он неплохо научился стрелять и с неё, с пары метров точно не промахнётся.
В кабинет он шагнул первым.
– Здравствуйте, Сергей Никитич, – ровно проговорил он. – Без резких движений, пожалуйста. Вы задержаны…
Договорить он не успел, да и понял, что случилось, не сразу. Под ногами протяжно, низко ухнуло, ударило по ушам, в глаза плеснула темнота – не только в видимом спектре, зрение словно пропало целиком. Сеф без сомнений пальнул наугад: химерам пули не страшны, проверено, а оборотник находился сзади и вряд ли успел бы вылезти на линию огня.
Дезориентация длилась от силы несколько секунд, ещё пара-тройка понадобилась на восстановление всех органов чувств – и этого времени как раз хватило, чтобы на звуки выстрелов успел примчаться не только второй оперативник, но и его подопечные, и несколько преподавателей подтянулось.
– Предусмотрительная скотина…
– Готовился, тварь!
Возгласы прозвучали одновременно и одинаково зло: мужчины заметили следы рисунка на полу, который до активации был совершенно незаметен, а сейчас линии прочертились бледно-зелёным светом и лёгким тёмным налётом, похожим на сажу.
А хозяин кабинета между тем исчез бесследно, притом мимо пришельцев он пройти не мог – те перегораживали дверь.
– Что у вас случилось? – спросил Василий.
– Эта скотина ждала гостей, – пояснил Сеф, кивнув на затухающий рисунок.
Охранные чары, которые использовал Медведков, не были новостью и не отличались сложностью, обычно их использовали против воров в сочетании с чем-то парализующим и сигналом оповещения. Широкого распространения они не получили просто потому, что требовали частой подпитки. Мизерной и нетрудной, но мало кому охота каждую неделю вызывать к себе специалиста, поэтому и пользовались ими только чародеи-домоседы, не склонные к долгим отлучкам и знакомые с основами начертательного чародейства: хотя рисунок этот был изначально создан оборотниками, использовать его при должной сноровке могли все.
– Куда он делся? – мрачно спросил Серафим в пространство.
В чудеса он не верил, чар мгновенного перемещения никто до сих пор не придумал, хотя пытались многие, да и замаскироваться от химер невозможно, а от Мурки уже пришла волна возмущения и растерянности: они потеряли след.
Разумный вариант оставался один: Медведков сбежал через запасную дверь, о существовании которой, в отличие от пришельцев, отлично знал. Может, даже ради неё выбрал этот кабинет.
– Серафим Демидович, тут наверняка есть вход в подземелья, – кстати подал голос Стоцкий, прервав озабоченные перешёптывания коллег, ничего в происходящем не понимавших.
– Есть идеи, как его найти? – уточнил Сеф.
– Я могу попробовать, есть проверенные методики, только без… Ну, вы понимаете, – слегка смутился он и про браслеты вслух не сказал, явно опасаясь лишних слухов.
Потусторонник от Ланге в ответ на вопросительный взгляд Дрянина развёл руками, он таких не знал – учился не здесь, в столице, Ева тоже выглядела озадаченной и не понимала, о чём говорил коллега.
Колебался Дрянин недолго.
– Бегом за подкреплением, тащи их сразу сюда, – велел он Василию, тот кивнул и сорвался с места. – Проходи, – кивнул Якову. – Посторонним разойтись. Или кто-то хочет признаться в соучастии?
Никто не понял, в соучастии в чём они должны сознаться, но испытывать судьбу случайные свидетели не стали и быстро ушли, остались только заинтересованные лица. Сеф снял со Стоцкого браслеты.
– Елена Марковна, вам тоже следует заняться своими делами.
Стёпина неодобрительно поджала губы, но спорить не стала – понимала, что она здесь ничем не поможет, а вот создать толпу на ровном месте и помешаться – запросто. Она без слов легко поцеловала своего жениха в уголок губ, на несколько мгновений сжала его ладони. Получив в ответ неуверенную ободряющую улыбку, вздохнула и всё-таки вышла.
А Серафим проговорил, неожиданно для самого себя решив поддержать Стоцкого:
– Медведков, считай, подписал признательные показания.
– А вдруг я его сообщник и это всё такой план? – пробормотал тот, но наткнулся на выразительный взгляд Дрянина и поспешил заверить: – Я пошутил! Ничего такого!
– Как ты собираешься искать дверь? – переключился на деловой лад адмирал.
– Постучусь, – с лёгкой улыбкой сказал Яков, разминая пальцы, и пояснил: – Есть такая простая практика для школьников с едва пробудившимся даром, стук называется. Она позволяет научиться чувствовать Ту Сторону, места, где грань тоньше. Здесь давно заметили, что на этот стук все проходы в подземелья отзываются… специфически.
