Песня штормов. Побег - Роман Г. Артемьев

Её благородное происхождение стало очевидным. Не бюргерша, а дворянка. Причем говорила она громко, зеваки вокруг останавливались, понемногу собиралась толпа. Теперь они не могли не вмешаться.

— Эта девушка — моя племянница, — вмешался Хали. — Она сбежала из дома.

Усталость от пробежки не мешала ему быстро разобраться в ситуации. Нападать на фризов он не решился, вокруг слишком много свидетелей, зато можно попытаться убедить отдать Анну добровольно, выдав происходящее за семейный конфликт.

— Ложь! Этот человек виновен в смерти моих отца и брата, а теперь собирается похитить меня!

— Это… Довольно серьёзное обвинение, — наконец, сориентировался один из местных дворян. Руку с рукояти шпаги он не снимал. — Вы сознаёте, что его придётся подтверждать перед его королевским высочеством?

— Я прибыла в Аутрагел, желая принести присягу его королевскому высочеству! — вздернула подбородок Анна. — При дворе осведомлены о моих преследователях!

Она понимала, что скандал играет ей на руку. В прямом столкновении ей нечего противопоставить Хали, а вот на поле законов, крючкотворства и воинских традиций можно побороться. Главное — не позволить себя увезти из страны до совершеннолетия.

— В таком случае, господа, прошу последовать за нами, — принял решение старший дворянин. — Меня зовут Гаспар ван Гейм, я занимаю должность бергмейстера в департаменте земель и рудников. Именем князя фризского!

По лицу Хали пробежала судорога. Отказ повиноваться после слов «именем князя» фактически поставил бы его вне закона, после такого оставалось бы только уезжать в Придию. Поэтому он коротко кивнул и сделал шаг вперед, прошипев:

— Рано радуешься, девчонка!

Анна почувствовала, как на лицо вылез жестокий оскал, и силой заставила себя промолчать. Радоваться она станет, когда семья Хали исчезнет. Сейчас всего лишь довольна, что нарушила планы врага.

Больше Хали не сказал ей ни слова. Шёл, кидая на неё злобные взгляды, что-то обдумывал, но молчал. Его вассалы, кстати, куда-то делись. Отправились заметать следы? Скорее всего. Поначалу Стормсонг встревожилась — получалось, что доказательств нападения у неё никаких. Однако, подумав, пришла к выводу, что ничего страшного. Факт недавних ранений легко доказать, и, пусть допрос подданных чужого государя запрещен, остаётся кучер. Обычный человек, неодарённый, чьи слова легко проверить с помощью простейшего магического воздействия. Именно так она следователю и сказала.

Ван Гейм ответственно отнёсся к принятым на себя обязательствам. Вместо того, чтобы отвести парочку иностранцев в ближайшее отделение стражи, он не поленился и проводил их до казарм полка синих рейтар. Поступок правильный, потому что офицеры гвардейцев обладали внушительными полномочиями, и часто выступали в роли личных представителей Альбрехта Третьего. Для Анны его поступок обернулся возможностью привести себя в порядок в отдельной комнате, а также отослать записку менеру Вандербергу. Ставить в известность Пау она не решилась — тот, конечно, ситуацию вырулит к своей пользе, но именно что к своей. Юрист же работает исключительно на неё.

Помещения караулки девушка покинула вечером, когда солнце заходило за горизонт. Денек, конечно, выдался тяжелым, выматывающим, но его итогами она была довольна. Её не выдали Хали, как она первоначально опасалась. Прибывший с бумагами Вандерберг подтвердил личность леди Стормсонг, предоставил документы, доказывающие её право пребывать на землях Фризии, а также особое уведомление канцелярии курфюрста о том, что дело упомянутой леди находится на личном рассмотрении его королевского высочества. Последнее, с точки зрения проводившего импровизированное следствие майора, являлось определяющим и чуть ли не единственным, заслуживающим быть принятым во внимание. Поэтому вопросы к Анне исчезли, словно по мановению волшебного жезла, и девушку с извинениями отпустили домой. В отличие от Хали, запертого в комнате с решетками.

В общем, отбилась.

Глава 14

Не было бы счастья, да несчастье помогло.

Неудавшееся нападение наделало шума. За проведенное в Аутрагеле время Анна посетила несколько салонов, познакомилась со многими людьми, кого-то заинтересовала, с кем-то советовалась. Можно сказать, её имя было на слуху. Попытка похищения единственной наследницы-сироты звучала романтично и в то же время экзотически — прекрасный повод для обсуждения падения нравов и человеческой подлости. Иными словами, на короткое время история молодой леди Стормсонг стала модной.

Разыгрывать из себя жертву Анна не пыталась. Во-первых, это не соответствовало её долгосрочным планам, во-вторых, всё равно бы не поверили. Не после одного трупа и двух раненых. Того, самого первого нападавшего, она всё-таки убила, разогнанная навыком пуля пробила сердце и человек скончался в считанные секунды. Второму повезло больше, несмотря на сломанные ребра и отбитые легкие, чудовищная живучесть одарённого позволила ему задержаться среди живых. Кучер вовсе отделался раной на ноге. Собственно, благодаря ему следствие прошло быстро.

Менер Вандерберг являлся представителем Анны перед властями и поддерживал контакт с ведущим расследование офицером. Девушка могла бы сама, но мешал этикет, и, что куда важнее, юрист лучше понимал, что и кому говорить, как ситуацию предпочтительнее использовать. Поэтому новости она узнавала от него. Подкупленный возница, не будь дураком, быстро сбежал с места стычки, и поступил совершенно правильно — свидетеля могли бы убрать. Из-за ранения он отлёживался дома, так что взяли его на следующий день. Применение магии к простолюдинам на допросе законами дозволялось со всеми вытекающими последствиями. Красиво оформленный доклад ушел во дворец, откуда, после неизбежных бюрократических проволочек, последовало высочайшее повеление — придийскому подданному сэру Иоанну Хали надлежало покинуть Фризию с запретом на въезд в страну.

Это была победа. Можно сказать, окончательная, потому что вызвавший Анну через пару дней Пау обрадовал:

— Государь милостиво отнесся к вашей просьбе. Поначалу выдвинутые вами условия показались ему несколько чрезмерными, однако после моих объяснений он согласился предоставить роду Стормсонг дополнительные привилегии.

Действительно граф уломал курфюрста или всего лишь набивал себе цену, девушка сказать не могла. В любом случае — он помог, поэтому Анна рассыпалась в благодарностях. Покивав в ответ на славословия, царедворец продолжил:

— Свою благодарность вы можете выразить беспорочной службой, благо, таковая возможность будет предоставлена. В великой мудрости своей его королевское высочество дарует вам бенефиций Воробьиный Луг, и надеется в скором времени увидеть оный процветающим.

— А где расположен бенефиций?

— В Черном кольце, с севера.

Логично. Где ж ему ещё находиться? Курфюрст поступает рационально, сажая представительницу древнего магического рода на землю, окружающую самый известный в Европе прорыв Царства Духов. Стормсонг, как минимум, не сбежит оттуда в первый же год, сверкая пятками. Кроме того, дворянство Черного кольца известно