Песня штормов. Побег - Роман Г. Артемьев

Таким образом, первым делом по прибытии в Аутрагел девушка посетила юристов.

— Список невелик, домна Стормсонг, и состоит всего из пяти пунктов. На три компании у нас имеются доверенности, подписанные вашим покойным батюшкой, чей срок действия ещё не истёк. Собственно, только эти три имеет смысл обсуждать, потому что из оставшихся двух одна на грани разорения, вторая невелика и прибыли не приносит.

Тщательно выбритый и полноватый менер Николаас Вандерберг, старший партнер фирмы, внешне походил на доброго дедушку, обожающего целовать внуков в пухлые щечки и кормить их конфетами. Впечатление портили глаза, больше подошедшие бы голодной акуле. Ещё в Линадайне Иеремия Норрис предупредил госпожу, что кинуть Вандерберг её не кинет (юристы были знакомы), но заслужить его уважение сложно. Проверять новую клиентку он будет долго, и, если результат старика не удовлетворит, способен изящно подставить.

— Тогда давайте начнём с ваших, — согласилась Анна. — Я понимаю, что проверить надо все, но у меня просто нет времени. Остальными займёмся позже.

Выбирать, кем жертвовать, оказалось сложно. В чём-то даже мучительно болезненно. Принадлежащие Стормсонгам доли в акциях больших торговых компаний ежегодно приносили хороший доход, расставаться ни с одной не хотелось. А надо. Поэтому Анна постаралась отрешиться от эмоций, и подойти к задаче с математической точностью. Где расположены основные партнёры компаний, чем торгуют, как давно, кто основные владельцы, какова структура активов и пассивов, во что вкладывают прибыль… Менер Николаас отвечал обстоятельно и довольно жмурился.

В конечном итоге, Анна остановилась на Компании Западных морей, чьи перспективы показались ей наименее надёжными. Наличие большого числа серьёзных конкурентов среди купеческих объединений Бромме и Тарраконии; старое, частично сменившееся недавно руководство; ослабевшее с недавних пор влияние при дворе — все эти факторы наводили на мысль, что эффективность управления снизится и компания выплачивать прежние суммы пайщикам не сможет. А значит, стоимость её паёв упадёт, и, если вдруг нужда возникнет, продать их будет сложнее.

Выслушавший соображения клиентки Вандерберг покивал лысоватой головой, и неожиданно предложил встретиться с одним из руководителей Компании. Дескать, завтра он зайдёт, чтобы обсудить оформления гарантий по банковскому кредиту, и вы, драгоценная домина, сможете задать ему свои вопросы. Если пожелаете. Анна, конечно же, пожелала. У неё и вопросы имелись, и устанавливать связи в деловых кругах Фризии пора.

Встреча действительно состоялась на следующий день, после визита молодой леди к портному, и поставила окончательную точку в принятом решении.

— Продаём, — оставшись наедине с юристом, подтвердила Стормсонг. — То есть избавляемся от паёв. Если не отдадим их Пау, то другим способом.

— Молодой господин Витт был недостаточно убедителен?

На фоне восьмидесятилетнего Вандерберга сорокалетний Витт в самом деле выглядел молодым, пусть и потасканным. Анна его аргументов не оценила.

— Язык у него подвешен великолепно. Говорил красиво — жаль только, что ничего не сказал. Если у них в правлении хотя бы четверть такие, то ничего хорошего компанию не ждёт.

Ещё Анне не понравилось отношение. Она привыкла, что её, самое меньшее, не считают дурой, здесь же на неё смотрели, как на милую глупышку, зачем-то лезущую во взрослые мужские дела. Зато комплиментов наслушалась!

Аудиенция у его сиятельства состоялась через три дня, прошедшие чрезвычайно напряженно. Следовало подготовиться к встрече, причем подготовка включала в себя визиты к двум дальним родственницам с материнской стороны. Аристократия северной Европы состояла в родстве между собой, при необходимости Анна нашла бы приют в дворянских семьях в большинстве крупных городов. И её бы приняли. Отказать молоденькой девушке из знатного рода в крове и пище означало покрыть себя позором, о подобном бесчестье судачили бы поколениями. Обошлось, Стормсонг явилась просительницей, но не нищенкой. Поэтому в гостях её видеть были рады… во всяком случае, легкая настороженность во взглядах сменялась на заинтересованность, когда узнавали, что живёт она на своей вилле и планирует остаться во Фризии. Вот только не знает, как лучше это оформить, не посоветуете ли? Особое внимание исходило со стороны пожилых дам, немедленно начинавших вспоминать, кто из их внуков-племянников-младших кузенов не женат. Они с удовольствием перемывали косточки представителям высшего света Аутрагела, выдавая полноценные характеристики царедворцам под видом забавных сплетен. Анна внимательно слушала и запоминала.

Таким образом, к моменту аудиенции она примерно понимала, что из себя представляет граф. Что ему нравится, что не нравится, с кем дружит, с кем враждует, где проходят границы его возможностей. «Тётушки» признали Пау кандидатурой, подходящей для представления интересов молодой сироты при дворе курфюрста, хотя и поведали о нём парочку пикантных историй. Отчасти поэтому Анна решила для первой встречи выбрать не изящное платье или траурный наряд, а надела стилизованный под охотничий костюм. Ей требовалось напомнить, что Стормсонги — род боевых магов, и себя она собиралась позиционировать в первую очередь в этом качестве.

Кстати сказать, юбка-брюки у портного получилась не с первого раза. Он даже сначала не понял, что хочет от него заказчица, ей пришлось взять карандаш и набросать эскиз. Ничего похожего дамы не носили, Анна рисковала, отказываясь следовать моде. С другой стороны, многие магички открыто появлялись на публике в мужских нарядах, и ничего, высший свет и церковь терпели. На их фоне Стормсонг, в длинной мантии, с заплетенными в косу волосами, смотрелась консервативно — и плевать, что коса боевая, с наконечником-артефактом.

Дворец Пау располагался в центре города. Гости к хозяину попадали, преодолевая въездную арку с двумя стражниками, входя через центральный вход со швейцаром и ещё одним охранником, внутри их встречал слуга в ливрее, осведомлявшийся о личности и причине визита. В случае, если посетитель имелся в списке приглашенных, или отказать ему не имелось возможности, его провожали на второй этаж, мимо ещё пары охранников. У кабинета графа сидели два секретаря с воинской выправкой, Анна уловила исходящий от обоих слабый магический ток. Предосторожности не были излишни — партия курфюрста свирепо враждовала с партией федералистов, поддерживаемой агентами моравов и черным дворянством, от покушений страдали обе стороны.

— Несказанное удовольствие видеть вас в моём скромном жилище, леди Стормсонг! Прошу, располагайтесь!

— Благодарю, ваше светлость, что согласились принять меня.

Приседая в глубоком реверансе, Анна воспользовалась паузой, чтобы рассмотреть графа. Задницу с кресла тот поднял, приветствуя посетительницу, однако сделать несколько шагов, и помочь той расположиться на стуле не соизволил. Очевидный знак, демонстрирующий, что она здесь не гостья, а просительница.

Внешне худощавый мужчина с гладко выбритым лицом и длинными, подвязанными шелковой лентой каштановыми волосами