Медиум смотрит на звёзды - Мария Александровна Ермакова
Эта квартира… И вновь промелькнула какая-то мысль. Слова Вельмины прозвучали так, будто было еще какое-то жилье!
Плети винограда, резные листья, колышущееся на ветру…
Трехцветная кошка лежит на крыше, греясь в солнечном пятне…
Рыжие кудри и лукавый взгляд…
Что со мной? Почему я не могу вспомнить все до конца?
– Наша история началась гораздо раньше, леди Торч, в период правления королевы Альвины, – сбил мои мысли Ромио. – Мой отец был сановником при ее дворе, главой одной из коалиций. Главой враждебной коалиции был отец девушки по имени Джувельта. Однажды я и Джувельта встретились и полюбили друг друга. Мы не мыслили жизни порознь, и сказали об этом семьям. Наши отцы пришли в ярость. Нас разлучили и запретили встречаться. Тогда мы решили бежать и тайно венчаться. Я обратился за помощью к знакомому целителю, который согласился приготовить снотворное зелье такой силы, что выпивший его казался мертвым. Джувельта выпила бы его, а я – выкрал бы ее из часовни, куда тело должны были перенести после «смерти» для прощания… – Голос Ромио зазвучал глухо, скрытая боль прорывалась в нем: – Целитель приготовил зелье, не зная, что пробежавшая по столу кошка опрокинула в котел пробирку с лишним ингредиентом, в результате чего вместо снотворного получился смертельный яд, который он и налил в отданный мне фиал…
Его голос прервался, а я вспомнила осколок темного стекла, найденный на чердаке дома Валери, который теперь хранился в моем бюро. Должно быть, это был осколок того самого фиала!
Вель молчала, уткнувшись лицом в Ромио. По ее телу пробегали едва заметные судороги – воспоминания о моменте смерти были мучительны.
– Отец Джувельты решил, что она покончила с жизнью, и публично призвал меня к ответу. Мне не оставалось ничего, кроме как прийти к нему и обнаружить, что возлюбленная по-настоящему мертва. В фиале из темного стекла, который продемонстрировал ее отец, оставалось больше половины… Мне этого хватило. Последнее, что я помню, как склянка выпадает из ладони на пол и разлетается на осколки. Я уходил в смерть, надеясь встретить Джувельту, но ее там не было, поскольку ее душа отправилась в горний мир на сотни лет ожидания!
Вель вновь поднесла его руку к губам и посмотрела на меня.
– Когда я увидела Ромио призраком, память о прошлой жизни начала возвращаться, леди Эвелинн, – виновато сказала она. – Он – моя судьба! Много лет назад я выбрала быть с ним, невзирая на осуждение семьи и общества, сейчас выбираю то же. Я шагнула с крыши, чтобы быть с ним, быть навсегда! Я не знала, как рассказать вам об этом, ведь вы были так добры ко мне… И, если вы не простите нас, мы покинем ваш дом. Вместе.
Глядя на нее, я понимала, что, если бы она была жива, слезы лились бы из ее глаз в это мгновение. И из моих тоже. Но и ее, и мои глаза были сухи.
– Мой дом, – прошептала я. – Вель, где теперь мой дом? Разве здесь он должен быть?
– О, это воображение Джувельты играет с вами, леди Торч, – улыбнулся Ромио, – она полюбила квартиру на улице Первого пришествия, вот вы и видите ее. На самом деле…
Скошенный потолок исчез, открывая другой – прямой, с потолочной розеткой, изображающей корабельный штурвал, вокруг позолоченной люстры с сине-зелеными каплями подвесок. Я будто не узнавала его, хотя видела однажды, невыразимо давно!
– Ваш дом в Угольной пади, – подсказала Вельмина и погладила меня по щеке. – Возвращайтесь домой, леди Эвелинн, вас там любят и ждут…
Глазам стало больно, будто в них попали частицы смертоносного яда, убившего Джувельту. Горячая капля стекла по щеке, и я почувствовала ее, как почувствовала биение собственного сердца.
– Я прощаю вас обоих, – прошептала я, – не покидайте меня!
Кто-то склонился надо мной, я услышала крик: «Леди Воральберг, она что-то говорит!» Другой голос ответил: «Господь всемогущий услышал мои молитвы!» И теплые бабушкины ладони обняли мое лицо.
***
За окном шел снег. Такой густой, будто я находилась в Рослинсберге, а не в Валентайне. Прошел месяц с тех пор, как я очнулась после лихорадки, приключившейся со мной из-за событий в доме Черриша Пакса. По словам бабушки, которая срочно вернулась из Воральберга вместе с доктором Карвером, я была при смерти, но будто кто-то каждый раз удерживал меня на краю. И я знала – кто: Вельмина и Ромио, поселившиеся на чердаке с картинами Вивьена Гроуса. Призракам пришлось привыкнуть к тому, что Досюндель, совершая ежедневный променад на крышу, нарушает их уединение. Проходя мимо, кошка сначала злобно шипела на них, а потом перестала обращать внимание. Как и они на нее.
Но не только снег напоминал о Рослинсберге. На развороте газеты, которую я читала за завтраком, был размещен портрет графа Рича, урожденного Рослинса, в траурной рамке. Властелин Севера нашел последнее пристанище в семейном склепе на кладбище замка, том самом, где похоронили бедняжку Лилен. В лежащем рядом с газетой письме новый граф Рич – Теобальд, приглашал меня на свадьбу, которая должна была состояться спустя положенное для траура по отцу время. Как бабушка в свое время настойчиво отказывалась от приглашений Эндрю Рича, так и я не собиралась возвращаться в Рослинсберг. В замок, где все напоминало о моей потере.
Данио Лисс навестил меня одним из первых. Передал благодарственное и очень трогательное письмо от императора, указ о присвоении мне каких-то регалий – я не очень разобралась, каких. Также с его слов я узнала о том, как погиб Виллем – оглушенный моим ударом, он не смог вовремя поставить защиту и был погребен под обрушившейся частью крыши дома алхимика. О смерти Дарча его начальник милосердно умолчал, а я не стала спрашивать, потому что точно знала – Демьен мертв. Я не ощущала его среди живых, но и среди неупокоенных душ не нашла, хотя не единожды пыталась. Это могло означать только одно: душа старшего дознавателя Особого отдела Департамента имперского сыска отправилась в Горний мир.
Также Лисс сообщил, что расследование деятельности лорда Аллема вскрыло, как нарыв, давно сложившуюся схему попадания артефактов на черный рынок, к которой совсем близко подобрался мой отчим в ходе курируемых ревизий. Именно поэтому его следовало устранить, что и пытался сделать Хокун-старший, повторив трюк с люстрой в театре. Документы, обнаруженные в тайнике его дома, позволили арестовать главарей Черных артефакторов и практически уничтожить эту подпольную организацию, десятилетиями тянущую из империи соки. И все это благодаря мне! Газетчики,
