Любовь и зомби - Ксения Александровна Комарова

– Так почему не открыли?! – накинулась на него Вика. Это слишком. Это уже… слишком.

– Вы такие забавные. Мы хотели подождать ещё чуть-чуть, когда вы молиться начнёте.

– Гад ты, Илья, – спокойно сказала Алина. – Я думала, ты лучше.

– Я вас просил не лезть вниз? – парировал Илья. – Просил. Но вам это, конечно, до фонаря. Сильные и независимые.

– Тебя тоже просили не спускаться! – напомнила Алина. – Так что нечего тут!

– Мы услышали крик, подумали, что у вас беда, – Вика многозначительно замолчала, ожидая объяснений.

– Это я, – нехотя признался Вадик. – Не кричал, а вскрикнул. Немного. Так получилось. – Вадик небрежно повёл рукой с фонариком, высветив небольшое помещение, с пыльными, грубо сколоченными полками вдоль стен. Пустыми. – Нет времени рассказывать. Надо дальше двигать, согласны? Мы тут уже осмотрелись, ничего интересного.

От склада расходились два тоннеля: сухой с бетонными стенами, и другой – узкий, сырой и грязный. Судя по следам, Мамай Саныч и лже-Серафим выбрали тот, что похуже. И верёвка. Вероятно, она оказалась слишком короткой и не давала идти дальше, поэтому её бросили у начала грязного тоннеля.

– Давайте не будем с ними пересекаться, – предложил Вадик. – Они исследуют свою часть, мы – свою. Получится полная картина. К тому же в широком тоннеле не воняет.

– Но мы же хотели узнать, что загорелось и как это связано с зомби! – сказала Вика. – Что мы узнаем там? Ничего. Наверняка проблемы начались в другом месте, иначе эти двое туда не пошли бы. Мамай Саныч ведь не просто так полез, он это место давно искал, видели тетрадку, с которой он сверялся, когда вы копали? Значит, он что-то знает.

– Мне кажется, Вика права, – поддержала Алина, которая после совместного спуска по скобам вела себя так, словно они лучшие подруги.

– Ну что, цу-е-фа? – Илья поднял кулак, будто и вправду собирался играть. – Но я в любом случае пойду в неисследованный тоннель, а вы как хотите.

– Я тоже, – буркнул Вадик.

– Бросите нас? – возмутилась Вика.

– С чего это? Вы сами отказываетесь, – спокойно ответил Илья. – Ваш выбор.

Выбор?! Почему-то о выборе любят говорить те, кто выбора как раз лишает. Даже фонарик не предложили. Просто развернулись и пошли, оставив девочек в темноте. Нечестно! Подло! Вот бы высказать всё, а ещё лучше врезать хорошенько. Но вместо этого Вика крикнула:

– Подождите!

Дневник наблюдений ведущего специалиста по инопланетной активности в точке 55.2312° N, 45.0286° E.

Триста пятьдесят второй день от обнаружения карты, графиков и служебных записей неизвестного учёного и т. д.

Копал по новым расчётам, плавно смещаясь к югу. Спугнули селяне, не успел скрыть следы. Завтра сменю локацию.

Наиболее вероятное время контакта – перед рассветом. Принял таблетку. Не спать!

Не спать. Не спать. Не спа… во сне разум открыт, чакры блокированы, барьеры сняты, вмешательство неизбежно. Скоро закончится фольга.

Запах гари усиливается. Вибрация незначительная, но показатели счётчиков зашкаливают. Что это, происки янки или скоро свершится?

Космос, я готов!

М. А.

Наручных часов ни у кого не было. Они не нужны, если телефон всегда под рукой, а там и часы, и календарь, и всё что угодно. Кто же знал, что бывают в жизни ситуации, когда от телефонов никакого проку. Директорский, который Алина стащила из кабинета Ольги Павловны, под землёй явно сошёл с ума и только едва различимо помаргивал экраном. Найденный в раздевалке телефон Ильи и этого не делал. А часов не было. Даже не так: времени не было – оно в этих тоннелях отсутствовало, не существовало.

По ощущениям, они бродили в темноте уже… нет, их ощущения молчали. Недоумённо.

Вика сказала, что, наверное, прошли годы.

Вадик сказал, что от прыгающего света фонариков у него кружится голова и его тошнит.

Илья сказал, что всё однажды заканчивается и тоннель тоже.

Алина сказала: мальчики, вы ведь нас защитите от крыс-мутантов?

Вика испуганно пискнула и вцепилась в Илью, Вадик прижался к стене, а Алина пояснила, что крыс она пока не замечала, но чисто теоретически хотела бы знать. На всякий случай.

– На этот всякий случай есть ты, – заявил Илья. – Пока они будут тебя грызть, мы убежим.

Алина обиделась, дальше шли молча.

Бетонный пол отзывался на шаги глухим стуком, в тоннелях гуляло эхо. Холодный воздух оставлял во рту привкус металла. Стены и высокие своды терялись во мраке. Потом тоннель раздвоился и ребята повернули направо. Решили всегда так поворачивать, чтобы не заблудиться. Дошли до металлической лестницы и ахнули.

Откуда исходило слабое свечение, они так и не поняли, но тьма здесь была иная, какая-то разбавленная, не слишком тёмная. Все, кроме Вики, с лёгкостью разглядели большой квадратный зал внизу и узкие железнодорожные пути, которые пересекались в центре и расходились лучами во множество других тоннелей.

– Ничего себе! Да тут целый подземный город. То есть вокзал, – присвистнул Илья. Эхо усилило его голос и свист многократно. Вадик поморщился и попросил не свистеть. Примета плохая.

– Это узел, – веско произнёс он, – железнодорожный.

– Что там? – заволновалась Вика.

Алина промолчала, помня, кто виноват в Викиной проблеме. Наверное, очки можно было оставить, нехорошо получилось. А Илья коротко описал детали.

– Похоже на старую шахту. В шахтах же ходят подземные вагончики, – сказал Вадик.

– Под кладбищем? – не согласился Илья. – Скажи ещё: метро! Московское. А что? Вон как Москва с каждым годом разрастается, может, уже сюда подкопались.

– Почему сразу под кладбищем? – надулся Вадик. – Может, мы уже под твоим лагерем. Или вообще под соседним посёлком.

– На военный объект похоже? – спросила Вика.

– А как выглядит военный объект? Танков тут нет.

– Тут только рельсы, на вид неопасные, – сказала Алина. – Давайте спустимся.

В общем-то, ничего другого не оставалось – либо вниз, либо назад. А назад настоящие герои не ходят.

Вика растеряно стояла посреди большого зала, там, где её оставил Илья. Сам он переходил от тоннеля к тоннелю и светил в каждый фонариком. Будто слабенькая лампочка могла справиться с густой всепоглощающей тьмой. Вадик тоже светил и прислушивался. Ничего. Только слабое, уже привычное гудение где-то под ногами.

– А знаете, они все ржавые, кроме этих двух. Эти поновее, даже блестят немного, – заметила Алина. Она опустилась на корточки возле пересечения путей и погладила ладонью рельс.

– И что? – Вика злилась. Именно сейчас, когда острое зрение нужнее всего, она самая беспомощная и бесполезная.

– Почему они отличаются? – Алина обернулась на неё. – Как думаешь?

– Никак. Не хочу с тобой разговаривать.

– Мальчики! Мальчики, идите сюда, посмотрите! – позвала Алина.

Илья не обратил внимания, Вадик сказал: «отвяжись». Тогда она