Из забвения - Александр Берг
На четвёртом квартальном круге добавились рабочие цеха, но люди не сильно отличались по благосостоянию от третьего круга. Хотя я понимал, что как бы благополучно не выглядел город, тем более мегаполис по местным меркам, воры и антисоциальные элементы всегда будут присутствовать. Проезжая по кварталам, я чувствовал пристальное внимание нескольких типов. Мы как раз подъехали к первой нашей цели поисков. Пообщавшись с хозяином своеобразной обогатительной фабрики и не добившись успеха, направились дальше.
Примерно через полтора часа поисков мне всё-таки повезло. Хозяин цеха вынес лоток с парой десятков невзрачных, мутных угловатых камней, размерами от одного до трёх сантиметров в диаметре. Уверив, что этот твёрдый минерал встречается очень редко, но из-за трудности обработки практически ни где не используется. Этот лоток хозяин просто ещё не выбросил. Я осмотрел каждый камень руной Определения и предложил цену в два серебряных за всё. Видя мой интерес, хозяин предприятия взвинтил цену до десяти серебряных. После непродолжительных торгов я стал обладателем двадцати алмазов за шесть серебряных монет. Мог бы и за золото купить необработанные кристаллы, но хозяин этого цеха показался мне скользким типом с тёмной аурой души. Не знаю, чем он грешит, но было неприятно находиться рядом и по наитию озвучил сильно заниженную цену на весьма дорогие алмазы.
Когда отъезжали, я обратил внимание, как один тип из тех, кто следят за нами, зашёл в цех. Осмотрев руной Определения доморощенных Пинкертонов, увидел, что все они средней силы маги. Это подвело меня к мысли о преследовании со стороны аристократии. Видать обо мне уже утром прознал весь дворцовый бомонд. А значит нужно быть немного по деликатнее, если дойдёт до столкновения. Так же благодаря этим неумелым сыскарям, я выявил более тонкую слежку. Эти неприметные люди в обычной городской одежде и с обычным источником магии, но обвешанные различными амулетами, явно были из Тайной Канцелярии. Однако неплохо меня под наблюдение взяли. Хотя, чего я ожидал? Виктор Верославович Борей не был бы главой канцелярии, если бы не установил за мной слежку из лучших сыщиков.
Слушая в пол уха Даниила о достопримечательностях и истории четвёртого круга кварталов, которые мы проезжали, я с удивлением отметил, как стало снижаться внимание ко мне со стороны первой группы наблюдателей. Попросив остановиться у небольшой харчевни, я оставил кучера и Даниила обождать меня тут, попить пивка с сухариками. А мне якобы нужно в лавку книжника, которую только что проехали. Оставив мешочек с алмазами на попечение лакея, ускорив шаг, скрылся за углом здания и припустил бегом на свежую эманацию смерти, тянущуюся из переулка. Сначала я подумал, что две группы сыскарей схлестнулись, но это было не так. Наблюдатели из канцелярии всё так же были с другой стороны улицы, постепенно сокращая расстояние до меня. Видать, тоже почувствовали неладное и решили проверить, куда я так спешу.
В переулке стоял Полог Тишины, установленный амулетом, не пропускавший звуки боя между двумя группами. Я немного замешкался, но, определившись, использовал руны ускорения и концентрации, врубился в неравную схватку между тремя богато одетыми молодыми людьми против десятка явных бандитов. Четвёртый из компании молодых лежал изломанным телом в кровавой луже. Десяток крепких мужчин атаковали вставших спиной друг к другу молодых людей, просаживали их защиту и глумливо улыбались.
Я возник за спинами двоих бандитов и, разрушив защитные амулеты, двумя короткими ударами ножа в шею отправил их к встрече с Марой. В этот момент сдох амулет ещё одного молодого человека, а я атаковал огненным шаром намеревавшегося зарезать его бандита и прошёлся вихрем воздушных ударов по оставшимся семи нападающим. Отброшенные мужики ошарашенно уставились на меня и, перегруппировавшись, с руганью кинулись в атаку. Используя боевые амулеты, пытались просадить мою защиту. Я атаковал руной нейтрализации их защитные амулеты и, ускорившись, устроил кровавую баню. Последнего из нападавших вырубил ударом ноги в голову и отправил в него руну Сна. Будет кого допросить канцелярским, которые наконец-то услышали шум боя, когда я нейтрализовал вражеские амулеты, и теперь бежали к нам по переулку.
Не теряя времени на разговоры, просканировал рунами из лечебной обоймы состояние молодого человека, лежащего навзничь в кровавой луже. Спасти его ещё можно было. Мозг цел, ударом ножа повреждено сердце и лёгкое. Эманация души ещё не полностью ушла из тела и Мара не забрала её окончательно. Я собрал всю энергию с убитых мной врагов, напитав полностью один браслет, приступил к восстановлению повреждённых органов парня. Сначала дал импульс в мозг, затем усиленной руной Регенерации залатал повреждённые сосуды, остановив кровотечение, и затем занялся сердцем с лёгким. На всё ушло не больше двух минут. Оглядев творение своей магии, удовлетворённо кивнул. Спасённый мной человек глубоко задышал и попытался открыть глаза. Я тут же отправил его в целебный сон. Он потерял много крови и лишние движения не рекомендуются пациенту.
Я огляделся, вставая с колен. Прибежавшие шесть конторских агентов держали троих молодых людей под прицелами мощных атакующих амулетов. Вооружены они были короткими мечами, которые удобно было скрывать под куртками и плащами.
— Господин барон, вы не пострадали? — спросил меня один из агентов.
— Я в порядке. Опустите оружие. Эти молодые люди не представляют опасности.
В переулке раздался громкий топот с лязгом железа. А вот и доблестные стражники, как и везде приходящие к итогу происшествия. Но винить их было бы глупо. Абсолютно всё держать под контролем физически не возможно.
Один из агентов махнул перед лицом старшего стражника каким-то медальоном, и тот вытянулся перед агентом, как обычный рядовой, грохнув кулаком себя в кирасу в воинском приветствии. Я тем временем занялся осмотром моего пленного. Жить будет, но челюсть придётся ему восстановить, а то говорить долго не сможет. Немного не рассчитал я удар. Проведя процедуру регенерации костной ткани челюсти, передал его в руки агентам. И обратил внимание на ошарашенную троицу спасённых Пинкертонов.
Думаю, не ошибусь, если вся эта молодёжь примерно двадцати трёх лет от роду,
