Второе рождение - Марк Блейн
Улыбнулся — впервые с момента пробуждения в этом мире.
— Ничего страшного. У меня есть планы. Долгосрочные.
Впереди сквозь деревья показались огни Каменного Брода. Скоро буду дома — в доме Логлайна, который теперь мой. Высплюсь, приведу мысли в порядок, а утром начну готовиться к новой жизни.
Жизни солдата в мире магии и чудес, где древние боги влияют на судьбы людей, а за каждым углом поджидает смертельная опасность.
Но это не пугало. В прошлой жизни я был профессионалом по борьбе с опасностями. В этой стану таким же, только с более широким арсеналом.
Магия, меч, тактика, стратегия — всё ждёт изучения.
А пока шагал по лесной тропе рядом с новым другом, наслаждаясь ощущением второго шанса, подаренного судьбой.
Глава 3
Первые лучи солнца пробились через дырки в крыше, а я уже не спал несколько часов. Проклятые воспоминания не дают покоя. Каждый раз, когда закрываю глаза, в голове всплывают картинки чужой жизни. Детские игры в пыльных переулках какого-то пограничного города. Старый маг с всклокоченной бородой, который учил Логлайна премудростям. Товарищи из XV Пограничного легиона, их лица такие знакомые, будто прослужил с ними пятнадцать лет.
А может, и правда прослужил? Чёрт, эти воспоминания накатывают волнами, то едва заметными образами, то настоящим цунами эмоций. Иногда просто мелькнёт запах хлеба из пекарни отца Логлайна, ощущение грубой военной формы на коже или звук дождя по брезенту палатки. А бывает, память обрушивается со всей силой прожитых лет, заставляя переживать каждую эмоцию так, будто это моё собственное прошлое.
Сел на край койки, потирая виски. Голова трещит, результат конфликта между двумя наборами воспоминаний. Я помню заснеженные улицы Москвы и солнечные дороги империи Зерентарн. Запах пороха на полигонах ГРУ и аромат магических зелий в военных лазаретах. Два разных мира, две разные жизни и все в одной голове.
Хуже всего, эмоциональные воспоминания. Логлайн любил девушку по имени Милара. Дочь местного торговца травами. Сейчас я могу в деталях вспомнить её смех, цвет волос каштанового оттенка, родинку на левом плече. Помню их первый поцелуй в роще за городом, помню, как она плакала, провожая его служить в легион. И одновременно помню свою Катю — психолога, которая осталась в далёкой России и которую больше никогда не увижу.
— Кто я теперь? — прошептал вслух — Алексей или Логлайн?
В детстве Логлайн был сыном кузнеца в небольшом пограничном городке. Отец Горан Железная Рука, мастер, способный выковать не только обычные инструменты, но и простейшие магические артефакты. Мать Элиза, травница, знавшая секреты исцеляющих настоек.
Помню — нет, Логлайн помнил, как в семь лет у него впервые проявились способности. Играл с деревянными солдатиками, изображая битву, и вдруг одна фигурка загорелась синим пламенем. Родители обрадовались: ребёнок с магическим талантом мог рассчитывать на лучшую жизнь.
В десять лет отправили учиться к местному магу старику Элдрену, жившему в башне на холме. Элдрен оказался бывшим боевым магом, потерявшим ногу в стычке с варварами из пустошей. Суровый наставник, требовавший железной дисциплины.
«Магия — не игрушка, мальчишка», — слышу его голос в памяти Логлайна — «это сила созидания и разрушения. Научись контролировать её, или она будет контролировать тебя».
Пять лет обучения. Основы элементальной магии. Огонь, вода, земля, воздух. Чтение древних рун, принципы построения заклинаний, различение магических аур. Особенно хорошо шла боевая магия. Элдрен говорил о природном таланте к разрушительным заклинаниям.
К пятнадцати годам Логлайн создавал огненный шар размером с яблоко, замораживал кувшин воды, поднимал в воздух камни весом в несколько килограммов. По местным меркам неплохой уровень, достаточный для поступления в боевые маги начальной ступени.
Сейчас эти знания ощущаются знакомыми, но недоступными. Понимаю теорию магии, помню формулы заклинаний, но, когда пытаюсь их использовать, болезненное сопротивление. Травма серьёзно повредила связь между сознанием и энергетическими каналами тела.
Попробовал ещё раз создать простейший огонь. Сосредоточился на формуле заклинания, помню каждый жест, каждое активационное слово. Ощущаю, как энергия должна течь по определённым каналам. Но стоило направить силу в нужном направлении, острая боль пронзила грудь, изо рта пошла кровь.
— Дерьмо! — выругался, вытирая кровь рукавом — нужно понять, что повреждено и можно ли исправить.
Воспоминания о травме, одни из самых болезненных. Год назад легион участвовал в операции против культистов в древних руинах пустошей. Сложная миссия, руины оказались лабиринтом ловушек и магических аномалий.
Логлайн командовал отделением боевых магов, двенадцать человек для поддержки пехоты. Задача: прикрывать штурмовые группы, нейтрализовывать защиты культистов. Всё шло по плану до засады в центральном зале.
Главный жрец оказался архимагом тёмных искусств. Его заклинания превосходили всё, с чем сталкивались имперские войска. Один за другим гибли товарищи, их барьеры рассыпались как песочные замки под волнами тёмной энергии.
Когда из двенадцати осталось четверо, принял отчаянное решение. Попытался создать групповой щитовой барьер, способный защитить товарищей и дать время на отступление. Для этого требовалось объединить энергию всех выживших магов и направить через одного себя.
Заклинание сработало. Барьер выдержал несколько атак архимага, позволил отступить. Но цена… Количество энергии, прошедшей через каналы, в несколько раз превышало возможности организма. Произошёл магический перегрев, каналы получили серьёзные повреждения, часть полностью разрушилась.
Сжал кулаки, переживая боль того момента. Логлайн полгода провёл в лазарете, борясь за жизнь. Врачи сделали всё возможное, но восстановить разрушенные каналы не смогли. Из мага среднего уровня превратился в полуинвалида.
Командование предложило почётную отставку с пенсией и земельным наделом. Можно было остаться инструктором, но гордость не позволила принять подачку. Взял сбережения и поселился в этом захолустье, надеясь найти покой.
Покоя не было. Каждый день напоминал о потерянных способностях, погибших товарищах, девушке, которая не дождалась. Милара вышла замуж за сына богатого торговца, пока Логлайн лечился. Официально ждала известий о его состоянии, но не смогла привязать жизнь к калеке.
Почувствовал укол боли — эмоциональной. Эти чужие переживания становятся моими собственными. Помню, как больно было получить письмо от Милары с объяснением её решения. Помню, как разорвал его на кусочки и сжёг в камине.
— Стоп — сказал вслух, встряхивая головой — я Алексей Волков, капитан спецназа ГРУ. У меня своя жизнь, свои воспоминания.
Но чем больше пытался отделиться от воспоминаний Логлайна, тем сильнее они сопротивлялись. Память о службе в легионе особенно яркая. Помню каждого товарища, командира, операцию за пятнадцать лет.
XV Пограничный легион дислоцировался в крепости Железные Врата, мощном укреплении в горном проходе между империей и пустошами. Ключевая оборонительная позиция, контролирующая
