Звезданутый Технарь. Том 2 - Гизум Герко
— Технически, мы живы, — отозвалась Мири, и ее голос звучал так, будто она говорила через ведро с водой. — Хотя мои логические цепи настаивают, что с вероятностью 99,9% мы должны быть размазаны тонким по всему туннелю астероида. Роджер, твой маневр был статистической аномалией. Ты нарушил три закона термодинамики, два механики и пять пунктов техники безопасности.
— Я называю это «импровизацией», крошка, — я вымученно улыбнулся и перевел взгляд на внешний обзор.
Там, за бронированным стеклом, возле гигантской пяты поднявшегося пресса, лежали обломки. Страж. Или то, что от него осталось. Это была груда искореженного черного металла, из которой торчали обрывки кабелей и искрящиеся узлы. Но среди этого хаоса разрушения что-то пульсировало. Мягкий, завораживающий синий свет пробивался сквозь трещины в смятой броне, словно сердце умирающей звезды. Мой внутренний хомяк, который обычно спал где-то между инстинктом самосохранения и жабой, вдруг проснулся, встал на задние лапки и начал истошно орать: «Лут! Легендарный лут! Хватай и беги!»
— Вы только посмотрите на это… — прошептал я, чувствуя, как жадность начинает вытеснять здравый смысл. — Это же не просто металлолом. Это джекпот.
— Даже не думай, — мгновенно отреагировала Мири, материализуясь прямо перед моим носом и скрещивая руки на груди. — Роджер, я вижу этот блеск в твоих глазах. Это тот же самый взгляд, который был у тебя, когда ты нашел «почти целый» варп-двигатель на свалке, и мы потом три недели выводили радиоактивных тараканов из вентиляции. Это технологии врага! Оно фонит во всех диапазонах!
— Мири, это босс уровня! — возразил я, тыча пальцем в экран. — С таких парней всегда падает эпический шмот. Ты видела, как он двигался? У него внутри стоит что-то, что говорит инерции «не сейчас». Если мы прикрутим эту приблуду к «Страннику», мы сможем танцевать ламбаду под огнем имперских крейсеров!
— Это троянский конь! — взвизгнула искин, и ее голограмма покраснела от возмущения. — Там может быть вирус, который превратит меня в тостер! Или наноботы, которые сожрут твой мозг, хотя, судя по твоим идеям, мы уже в карантине!
— Роджер прав, — тихий голос Киры прозвучал как гром среди ясного неба.
Мы с Мири одновременно повернулись к ней. Девушка-биоробот медленно подняла руку и указала на мерцающее синее пятно в останках дрона. Ее лицо было бледным, но глаза горели фанатичным огнем исследователя, который нашел Святой Грааль в куче навоза.
— Там не просто двигатель, — сказала она, и в ее голосе проснулись те самые древние знания, которые обычно спали глубоко внутри. — Я чувствую резонанс. Это фазовый конденсатор класса «Призрак». Древние использовали их на флагманах для поглощения кинетической энергии. Если мы сможем извлечь его и интегрировать в контур щитов «Странника»…
— … то мы станем неуязвимыми? — закончил я за нее, чувствуя, как у меня пересыхает в горле от перспектив.
— Не неуязвимыми, — поправила Кира, слабо улыбнувшись. — Но мы сможем выдержать прямой удар дредноута и не превратиться в пыль. Это технология эпохи Расцвета. Она стоит дороже, чем вся эта звездная система вместе с нами.
Шах и мат, атеисты.
Я победно посмотрел на Мири. Искин открыла рот, чтобы возразить, потом закрыла его, потом снова открыла, но аргументы у нее явно закончились. Против «выдержать удар дредноута» не попрешь, особенно когда твой капитан водит корабль так, будто у него девять жизней, и восемь из них он перед полетом потратил на скидки в баре.
— Ладно! — сдалась она, всплеснув руками. — Но, если ты притащишь на борт какую-нибудь цифровую чуму, я самоизолируюсь в кофеварке и буду плевать кипятком тебе в кружку до конца дней!
— Договорились, — я уже вскакивал с кресла, направляясь к шкафчику со скафандрами. — Кира, следи за сенсорами. Если эта лепешка дернется, кричи. Мири, готовь медотсек и паяльник. Папочка идет за покупками.
Я открыл старый, поцарапанный ящик с надписью «Экипировка судного дня» и достал свой скафандр. Модель «Пустотник-7», которую я купил на «Ля Дешарж», все еще пахла складом и дешевой резиной, но выглядела внушительно. Тяжелые наплечники, армированные сочленения — в таком можно и в открытый космос, и на разборку с коллекторами. Я быстро натянул нижний комбинезон, чувствуя привычное стеснение движений. Это вам не пижама, это рабочая одежда для настоящих мужчин, которые не боятся вакуума и грибка стопы.
Но чего-то не хватало.
Я порылся в ящике с инструментами и извлек свой главный талисман — моток священной синей изоленты. Этот рулон, ну или похожий на него, пережил со мной падение на Целину, три перестрелки и один неудачный роман. Я отмотал щедрый кусок и налепил его на левое предплечье скафандра, прямо поверх заводской маркировки. Теперь это был не просто скафандр, это была броня с +10 к удаче и +50 к инженерному гению.
— Ты выглядишь как гибрид космодесантника и сантехника, — прокомментировала Мири, наблюдая за моими сборами.
— Это стиль «Постапокалиптический Шик», детка, ты просто не шаришь, — я защелкнул шлем и проверил герметичность. — Кислород в норме, давление в норме, уровень крутости зашкаливает. Где мой плазменный резак?
Тяжелый промышленный резак «Искра-3000», заменивший почивший в лету «Ишимуру», лег в руку как влитой. Это была серьезная машинка, способная резать корабельную броню как масло. Я проверил заряд батареи — 85%. Должно хватить, чтобы выпилить из этой консервной банки все самое вкусное.
— Я открываю внешний шлюз, — скомандовал я, подходя к выходу. — Не скучайте тут без меня.
Магнитные ботинки с глухим лязгом припечатались к шершавой поверхности технического шлюза, и вибрация от удара отдалась в моих коленях приятной дрожью. Передо мной, в лучах нашлемных фонарей, лежала моя прелесть, моя законная добыча, мой пенсионный фонд, спрессованный в компактный брикет из экзотических сплавов. Страж, еще пять минут назад бывший вершиной эволюции машин-убийц и ночным кошмаром любого страхового агента, теперь напоминал оригами, которое пытался сложить пьяный хатт. Искореженный металл, торчащие во все стороны провода, искрящие узлы — для кого-то это куча мусора, но для меня, передового космического мусорщика с дипломом инженера, это выглядело как сундук с легендарным лутом после убийства рейдового босса на эпохальной сложности. Настала пора фармить.
— Роджер, напоминаю, что уровень фоновой радиации здесь выше, чем на вечеринке в реакторном отсеке, — проворчала Мири в моем наушнике.
