Миротворец - Вениамин Шер
В это время раздался стук в дверь, и через секунду вошёл Эткин с усталым лицом. Сейчас вовсю был уже вечер, а архимага я ждал только утром.
– Эткин! Ничего себе ты быстрый! – улыбнулась Елена архимагу.
– Ага. И вам привет… Карательную группу оставил в провинции, а сам на всех парах рванул в столицу, – вздохнул он, садясь в кресло передо мной.
– Рад тебя видеть, дружище, – улыбнулся я. – Лена мне рассказала новости. Всё в порядке? Текстовая связь была не стабильна…
– Да. Теперь весь Оркенон на твоей стороне. Мелочь, конечно, возмущается. Но это всё мелочи, – улыбнулся он в ответ и достал из инвентаря кувшин с элем.
Елена на его действия закатила глаза кверху и отвернулась, делая вид, что разглядывает книжную полку.
– Значит, мы можем лететь в Сирэн? – спросил я и тоже налил себе эля.
– Конечно. Только нужно прикрыть тылы. Знаешь, кого я обнаружил в провинции Сагрон, в городе Спарс? – растянув улыбку до ушей, спросил меня Эткин.
– Э-м. И кого? – осторожно спросил я.
– Он ожидает прямо за дверью. Именно поэтому я так быстро прилетел, – хмыкнул архимаг, повернулся в сторону двери и крикнул: – Заходи, юродивый!
Дверь отворилась, и к нам зашёл человек в обносках коричневого цвета, совсем не первой свежести. Растрёпанные черные волосы покрывала лёгкая седина. На шее имелся след от многолетнего ношения рабского ошейника. Голубые глаза мужчины выдавали безразличие и вселенскую печаль одновременно.
Кстати о рабстве. Лично мной введён ультиматум всей знати Оркенона: «Если я обнаружу хоть одного раба в их городе, провинции или графстве – последует незамедлительное наказание в виде казни». Именно из-за этого половина знати взбунтовалось, а Елене пришлось поступать крайне жёстко.
– Эткин. И кто это такой? – недоуменно спросил я, всматриваясь в мужика, который опустил голову.
– Да подними ты голову и подойди ближе! – громко сказал ему архимаг.
Мужчина встрепенулся, подошёл ближе ещё на пять метров и неуверенно поднял голову, а я несколько секунд всматривался в его лицо.
– Л-Лонс?! Лонс Дэрг?! – ошалело воскликнул я и вышел из-за стола.
– У-Уважаемый архимаг, Р-Рокаин… – посмотрел он на меня и отвернулся, а я обнял этого вонючего мужика.
– Ребят. Дайте мне с ним поговорить. Наедине, – отстранившись он него, посмотрел я на Эткина, а потом на Елену.
– Без проблем, – улыбнулся архимаг и, встав с кресла, направился на выход.
А Лена недовольно хмыкнула и с гордо поднятой головой отправилась за другом. Когда дверь за ними закрылась, я потянул робкого Лонса к креслу и усадил его. Достал гномскую настойку со стаканами и закуской. Разлил по бокалам и протянул один из них своему старому знакомому.
– Лонс. Всё закончено. Прекращай себя вести, как будто ты перед хозяином. Теперь ты свободен, – сказал я, наблюдая, что он очень робко держит стакан и, выпрямив спину, отпивает маленькими глоточками.
– Хорошо… – еле как он пересилил себя, посмотрел на меня и залпом опрокинул бокал.
– Так-то лучше… Хочу сразу прояснить некоторые моменты: Алтарь богини тьмы уничтожил я. А за это, в наказание, я отрабатывал в другом мире. Очень далёком мире. Я вернулся в Эрон чуть больше месяца назад. И был неприятно удивлён произошедшими изменениями, – медленно проговорил я, одновременно опять наполняя до краёв его бокал.
Он удивлённо посмотрел на меня и выпил сразу половину. Видимо, даже несмотря на почти сломленный дух, моё объяснение его проняло и объяснило некоторые неприятные моменты.
– Я начал наводить здесь порядок. Поэтому, мой старый друг, рассказывай. Как так получилось? – сказал я и пристально посмотрел на бывшего сотника.
Его рассказ поначалу был ломанным и не внятным. Но по ходу действия крепкого алкоголя он раскрепостился и начал вещать уже более смело. Я даже ощутил его сеонский говор.
Всё началось, как всегда, с войны с тёмными. В те роковые месяцы, перед падением Империи – он лично участвовал в захвате и чистке прибрежных земель темной территории на Эстории.
Примерно два месяца понадобилось на это. Когда земли относительно очистили, и началась подготовка флота к наступлению на тёмный материк, половину их легиона закрепили за патрулированием прибрежных земель, которые теперь полноправно принадлежали Империи. Его сотня патрулировала северную часть новых территорий. Для рядовых воинов счастья не было предела. Ведь они наконец очистили прибрежные земли и победили темных. Всех должно было ждать всемирное счастье, как они думали.
О нападении на Аркону узнали спустя неделю, в тот момент она ещё полыхала лавой. Гонец на байке разносил эту новость до самых тёмных форпостов. Малым остаткам войск империи. Потому как вся армия находилась на вражеском континенте.
А так как с моей подачки он давно перевёз всех своих родных в столицу – Лонс собрал преданный ему десяток и судорожно отправился в столицу на казённом грузовике.
Вот только далеко они не уехали – телепорт больше не работал. Поэтому пришлось продолжить путь на транспорте. Через четверо суток, вблизи города Карос, их автомобиль был схвачен сотней из объединённой армии захватчиков. Солдат казнили на месте, а его скрутили и отправили в ближайший распределительный пункт.
Несколько дней пыток раскалённым железом. Я дико кривился, когда он показывал безобразные шрамы на ногах, животе и руках. Конечно, он не выдержал и выдал всю информацию по местонахождению остатков своего легиона. О их судьбе, как и судьбе своих родных, у него не было возможности узнать.
После этого Лонса заковали в рабский ошейник и отправили караваном невольников на окраину прежних владений Оркенона. Собственно, это и была провинция Сагрон. На аукционе его и двадцать невольников-имперцев выкупил какой-то знатный торговец, они работали на полях с рабом-магом земли. По вчерашний день он и находился в рабстве. Только когда карающий отряд Эткина вломился к ним в дом, их наконец освободили и отпустили. В живых, из коренных имперцев, осталось четверо вместе с Лонсом.
Он бы тоже давно погиб от тяжёлой работы, недоедания, болезней и всяческих увечий. Но он держался только на ненависти к Оркенону и надежде когда-нибудь увидеть своих родных.
– Извини, Лонс… Если бы не я, твои родные остались бы… – покачал я головой.
– Не стоит, Рокаин… Половина людей в Эмбусе казнили, а вот в Арконе спаслось гораздо больше, в соотношении. Хотя, признаюсь – я несколько лет подряд винил тебя в произошедшем. Что ты исчез. Что мои родные были в Арконе, но потом… я осознал, что никто
