Путь хаоса. Обострение - Алексей Шеянов
— И Вам здравствовать, — кивнув, ответил я.
— Что-то Вы зачастили влипать в разного рода ситуации и неприятности, господин Криг, — усевшись напротив меня, известил Дрожжин. При этом он с нескрываемой радостью смотрел на меня, будто нашёл что-то драгоценное. Меня от его взгляда даже передёрнуло.
— Так получилось, — хотел я развести руки в стороны, но вспомнил, что прикован.
— Вот сейчас и проверим, действительно ли так получилось, или всё произошло намеренно, — с усмешкой отметил следователь.
Некоторое время мы сидели в тишине. Дрожжин продолжал сверлить меня своим предвкушающим взглядом, ну а я же делал вид, что зашёл сюда чисто случайно. Но долго так продолжаться не могло, и вскоре в помещение внесли поднос, на котором лежал небольшой колокольчик.
— Знаете, что это? — поинтересовался он у меня, когда этот поднос оказался у меня буквально перед носом.
— Артефакт правды, — не стал отпираться я. Пару раз натыкался на нём в книгах по артефакторике. Там были описаны принципы работа самого артефакта, а также небольшая история про него.
— Верно, — довольно кивнув, сказал Дрожжин. — Согласно статье 5 пункта 7 Кодекса Российской Империи, я имею полное право допросить Вас с помощью этого артефакта. Есть возражения? — с довольной улыбкой спросил он.
И причина для радости у него была. С юридической точки зрения он был полностью прав. Согласно этой статье, покушение на членов Императорской семьи, а тем более на наследников, приравнивается к особо тяжким преступлениям, вплоть до смертной казни, к которой обычно и приговаривали. И дабы не допускать в этом плане никаких просчётов, любых, кто хоть как-то фигурирует в этом деле, будь он преступником, случайной жертвой или даже свидетелем, допрашивают при помощи артефакта правды. И неважно бедняк ты или зажиточный горожанин. Хоть трижды аристократом будь, но процессуальный момент в данном вопросе для всех одинаков и не изменим.
— Нет, — покачав головой, спокойно ответил я. Вот только на душе при этом скребли кошки. Главное, чтобы Дрожжин не вспомнил «старые» дела. Но тут я уж постараюсь как-нибудь отбрехаться. Надеюсь, что академические маги всё же придут вовремя, чтобы оградить Дрожжина от ненужных вопросов. Особенно это касается магии Хаоса.
— Итак. Как Вы уже знаете, солгать у Вас не получится. Колокольчик зазвенит, если Вы хоть чуть-чуть отойдёте от истины, — разъяснил мне Дрожжин. — А теперь давайте начнём, — добавил он, открывая свою пухленькую папку.
Но не успел он начать допрос, как на его КПК кто-то позвонил. Извинившись, он покинул допросную. Пять минут его не было, а затем он вернулся. При этом улыбка на его лице стала намного шире, чем была изначально. Видимо, что-то хорошее у него случилось. У него, но не у меня, судя по направленному в мою сторону взгляду.
— Что ж, на чём мы остановились, — сделав вид, что задумался, проговорил Дрожжин. — Ах, да. На допросе. Приступим.
Он уселся на своё место, а затем продолжил:
— Что Вы делали в Императорском дворце этим вечером?
— Пил напитки, танцевал, — лениво ответил я. Ну а что? Какой вопрос, такой ответ.
— Я спрашивал не об том, — сморщившись, будто проглотил лимон, проговорил следователь. — Я спрашивал о том, как Вы там оказались? — уточнил он.
— Прибыл вместе со своими сокурсниками по университетскому приглашению, — пожав плечами, насколько это было возможно, спокойно сказал я.
Колокольчик, лежавший передо мной, молчал. Оно и понятно. Я ни слова не соврал.
— Как так получилось, что Вы вместе с принцессой были «похищены»? — сделав ударение на последнем слове, явно намекая на то, что я мог быть с похитителями заодно, поинтересовался Дрожжин.
— Не знаю, — честно ответил я. Самому бы хотелось узнать причину.
Следователь скосил взгляд в сторону колокольчика, которой продолжал лежать на импровизированном подносе.
— Вы знаете, кто напал на Императорский дворец. Может быть, Вы действовали заодно с ними? — прямо спросил он.
— Нет и нет. На оба вопроса ответ — нет, — сказал я.
И вновь колокольчик молчал. Лицо Дрожжина приобрело раздосадованное выражение.
— Как Вы смогли выбраться? — последовал следующий очевидный вопрос.
— При помощи магии, — коротко ответил я.
— Можно подробнее? — с интересом спросил Дрожжин, уперев кулак в подбородок.
— Использовал магию, разрушил защитное плетение и сбежал вместе с принцессой, — не вдаваясь в подробности, пояснил я.
— Хорошо. Тогда как объясните то, что вечером Вы проявляли несвойственный интерес к Её Высочеству принцессе Веронике? Тоже совпадение? — позволив себе ухмылку, продолжил допрос следователь. Похоже, это был один из его козырей, полученных в том телефонном звонке. Что ж, жаль его расстраивать, но ничего у него не выйдет.
— Заметил направленный в мою сторону взгляд принцессы и решил пригласить на танец, заодно поинтересоваться причиной такого интереса, — максимально честно, ответил я.
— Вот как, — побарабанив пальцами по металлическому столу, задумчиво произнёс Дрожжин. Он явно был раздосадован, так как колокольчик продолжал молчать, не проявляя никаких признаков. И из этого следователь делал для себя весьма неутешительные выводы. А именно то, что я невиновен. Как говориться, очередная неудача и очередной прокол. — Можете тогда рассказать, что произошло, начиная с того момента, как вы сбежали с принцессой и до того, как Вас, господин Криг, доставили сюда? — прищурив глаза, попросил Дрожжин.
И я принялся вкратце рассказывать произошедшее, опустив компрометирующие меня подробности. В некоторых местах проявлял такую обтекаемость формулировок, что невозможно было подцепиться и за что-то ухватиться.
— Ну а дальше ваш сотрудник обнаружил меня в туннеле и вывел наружу, а уже позже я оказался здесь, — закончил я свой рассказ.
— Очень интересно, — продолжая барабанить пальцами по столешнице, произнёс Дрожжин. — Ваши показания сходятся с теми, которыми поделилась с нами Её Высочество, — добавил он.
— Значит, я свободен? — спросил я, тряхнув руками так, что цепи, которые сковывали меня, звякнули.
— Не торопитесь. Я бы хотел уточнить ещё пару моментов…., — начал было говорить он, но был прерван очередным телефонным звонком.
Встав, он вновь отправился к выходу, оставляя меня наедине с охранником. Из-за маски я не видел его выражения лица. Но мне было как-то всё равно. Я сидел на своём месте и тихо насвистывал незатейливый мотивчик.
Вскоре дверь вновь открылась, явив мне образ раздосадованного Дрожжина. Следом за ним вошёл знакомый мне тёмный маг. Егор Фёдорович собственной персоной пришёл по мою душу.
— Что ж, господин Криг. Вы свободны, — сказал Дрожжин, махнув при этом рукой охраннику.
Тот всё правильно понял и быстро освободил меня от оков. Потерев затёкшие
