Адмирал Империи – 58 - Дмитрий Николаевич Коровников
— Балтийцы открывают огонь! — прозвучал доклад оператора вооружений.
Корабли контр-адмирал Василькова — те, что снова спрятались за конструкциями станции — начали обстрел. Не концентрированными залпами — короткими очередями, пробными ударами. Прощупывание обороны.
Плазменные сгустки ударили в построение «фаланги».
И тут же растворившись, наткнувшись на невидимую стену.
Защитные поля первой линии вспыхнули голубым, принимая на себя удар. Энергия распределилась между перекрывающимися щитами, рассеиваясь без следа. На экранах замелькали цифры — процент мощности полей: девяносто восемь, девяносто пять, девяносто семь…
— Повреждений нет, — доложил оператор. — Генераторы справляются. Щиты восстанавливаются быстрее, чем их выжигают.
Суровцев позволил себе первый выдох с начала боя.
Стена держит. Мощи орудий кораблей Василькова точно не хватает, чтобы пробить сомкнутый строй его «золотых» крейсеров.
— Ответный огонь, — тут же приказал он. — Первая линия — залп всеми калибрами. Цель — вражеские корабли за станцией.
Четырнадцать тяжёлых крейсеров развернули орудийные башни. Сотня стволов, нацеленных на промышленный комплекс. Сотня заработавших генераторов плазмы, готовых извергнуть ад.
— Готовы!
— Огонь!
Пространство между выстроенной «фалангой» и станцией расцвело ослепительными вспышками. Плазменные заряды неслись к цели, оставляя за собой шлейфы раскалённых частиц.
Удар обрушился на конструкции комплекса.
Модули плавились, пирсы изгибались, металл испарялся. Облака раскалённого газа вырывались из пробоин. Вторичные взрывы вспыхивали вдоль внешнего периметра станции.
Но корабли Василькова оставались невредимыми.
Они отступили глубже в лабиринт конструкций, прячась за промышленными модулями. Залпы канониров «фаланги» крошили станцию — но не её защитников.
— Противник отходит вглубь! — доложил оператор. — Укрываются за внутренними секциями комплекса, гаденыши!
— Продолжать огонь! — Суровцев стиснул зубы. — Разрушайте укрытия! Выкуриваем их!
Орудия «грохотали» снова и снова. Станция медленно превращалась в руины — секция за секцией, модуль за модулем. Но каждый раз, когда очередное укрытие разлеталось на куски, корабли Василькова отходили к следующему. Слишком большим и массивным оказался данный промкомплекс.
А еще «балтийцы» огрызались.
— Залп! — крикнул оператор. — Одиночный пуск из-за обломков! Цель — левый фланг!
Гипер-ракеты вынырнули из-за горящих останков пирса и устремилась к построению. Зенитки крейсера «199» ударили им навстречу — потоки противоракетного огня, сплетающиеся в смертоносный узор.
Ракеты взорвались примерно в пятидесяти километрах от цели — безопасное расстояние.
— Так им.
— Ещё пуски! Тринадцать ракет с правого фланга!
Зенитки «Минска» и «Можайска» открыли огонь. Двенадцать ракет в итоге были уничтожены. Тринадцатая…
— Попадание в «2516»! — доложил дежурный оператор. — Трансляторы защитного поля повреждёны! Мощность щита — шестьдесят процентов!
— «2516», статус!
— Тряхнуло немного! — донёсся голос капитана корабля. — Генераторы перегружены, но работают. Прошу разрешения отойти во вторую линию!
— Отказано. Держите позицию. Соседние корабли — на сближение — компенсировать брешь!
Крейсера по бокам от «2516» сомкнули строй плотнее, перекрывая ослабленный участок своими полями.
Прошло минут пятнадцать. Потом еще столько же.
Артиллерийская дуэль превратилась в изнурительное противостояние. Залпы «фаланги» крошили станцию, но не достигали вражеских кораблей. Ответные удары артиллеристов Василькова — редкие, точечные, беспокоящие — заставляли защитные поля работать на пределе, но тоже не могли пробить сомкнутый строй.
Патовая ситуация.
Вице-адмирал Суровцев смотрел на тактическую карту и решал, как из нее выйти.
У Василькова было только жалкие восемь кораблей — это подтверждали все сканеры, все данные разведки. Никаких скрытых резервов, никаких подкреплений. Первоначальное предположение Валерина Николаевича подтверждалось, это авантюрист бросил остальной флот и пришёл сюда с горсткой вымпелов, чтобы… что?
Конечно, чтобы занять станцию первым. И чтобы устроить засаду.
Но теперь?
Теперь Васильков был заперт. Его корабли в ловушке среди руин комплекса, окружённые превосходящими силами противника. Они не могут выйти на открытое пространство — «фаланга» разорвёт их на части. Они не могут отступить — скорости у тяжелых дредноутов «балтийцев» не хватит, чтобы оторваться от быстроходных «золотых» крейсеров.
А это стопроцентная ловушка. Васильков, желая устроить ему западню, сам попался в мышеловку.
Три уничтоженных легких крейсера — не такая дорогая цена за гибель сразу восьми лучших дредноутов императора и жизнь их самоуверенного командующего.
— Прекратить огонь, — приказал Суровцев.
Офицеры удивлённо переглянулись.
— Командир?..
— Прекратить огонь, — повторил он спокойно. — Мы тратим боезапас на станцию, а не на противника. Пора изменить тактику.
Он поднялся с кресла и подошёл вплотную к тактической карте. Несколько мерцающих точек среди руин комплекса — корабли-смертники, зажатые между обломками и его флотом.
— Перестроить «фалангу» из двух линий в одну, — приказал он. — Все корабли — в единый боевой порядок. Увеличить интервалы между вымпелами. После этого плотность огня — максимальная.
Нилов нерешительно кашлянул:
— Одна линия? Но тогда мы потеряем глубину построения.
— Ничего страшного. — Суровцев усмехнулся — холодно, зло. — Их мало и они заперты там, как крысы в норе. Им некуда бежать, некуда прятаться. И сейчас мы просто… выкурим их оттуда.
Он повернулся к офицерам мостика. Его глаза горели тем особым огнём, который загорается у людей, когда они чуют близкую победу.
— Начать перестроение. И передайте по всем кораблям: приготовиться к массированному огню.
Золотые крейсера начали новый маневр. Компактная «фаланга» растягивалась в длинную боевую цепочку.
Суровцев смотрел на это и думал о Василькове. О человеке, которого ненавидел пятнадцать лет. О противнике, который сегодня выиграл первый раунд — уничтожил разведдозор, заманил в ловушку, заставил почувствовать неприятный укол страха и раздражения.
Но это был только первый раунд.
— Построение завершено! — доложил Нилов. — Все корабли на позициях. Орудия наведены. Ждём вашего приказа, господин вице-адмирал.
Валериан Николаевич зло ухмыльнулся.
— Огонь из всех орудий!
Глава 7
Место действия: звездная система HD 23888, созвездие «Ориона».
Национальное название: «Смоленск» — сектор Российской Империи.
Нынешний статус: спорная территория.
Точка пространства: орбита центральной планеты Смоленск-3.
Дата: 16 августа 2215 года.
Первый залп обрушился на внешний периметр станции как кулак разгневанного бога.
Тридцать с лишним крейсеров, выстроенных в единую боевую линию, открыли огонь одновременно — сотни плазменных орудий изрыгнули смерть в направлении промышленного комплекса. Пространство между флотом и станцией превратилось в сплошное море огня, в котором сгустки раскалённой материи неслись к цели со скоростью, недоступной человеческому восприятию.
Вице-адмирал Суровцев стоял на мостике «Новороссийска» и смотрел на это зрелище с холодным удовлетворением охотника, загнавшего добычу в угол. Небольшой отряд вражеских кораблей прятался где-то там, в лабиринте модулей и конструкций. Прятались мышки — но не могли прятаться вечно.
— Залп! — командовал Валериан Николаевич. — Перезарядка… Залп!
Ритмичная работа орудий сотрясала корпус флагмана. На тактическом экране расцветали вспышки попаданий — внешние модули станции плавились, разрывались, превращались в облака раскалённых обломков. Двести километров в диаметре — такова была эта громада. Двести километров металла, пластика,
