"Фантастика 2026-42". Компиляция. Книги 1-13 - Соня Марей

В тот день не было никакой громкой казни, как любил проводить старый император. Новый правитель — новые правила, всё тихо и скромно без лишних глаз и ушей.

— Не хочу, чтобы потом его прославляли, как мученика, поэтому просто казните и закопайте в безымянной могиле. Пора становиться цивилизованнее.

Это был своего рода подарок нового императора первому преступнику, казнённому при нём. Никакого позора, никаких криков, всё тихо и спокойно без лишних самовлюблённых, жадных до кровавых зрелищ глаз. Простой выстрел в затылок, который прокатился по округе, и тишина.

В тот день Зей устроила в своём доме поминки. Тихий ужин за столом в кругу близких для Кондрата людей, хотя нашлись и те, кто пришёл просто почтить его память. Были здесь и Дайлин с Вайрином, его товарищи, и какие-то гости с севера, и даже какая-то женщина с девушкой, которые пришли проститься с сыщиком.

Ни громких слов, не красивых тостов. Лишь общее чувство утраты, и память о человеке, который однажды незаметно пришёл и так же незаметно ушёл из жизни. Как говорят, герои уходят тихо без громких слов и фейерверков. Никто никогда не узнает о тех подвигах, что они одержали, и преступлениях, что совершили. Они просто были, жили и делали всё, что могли.

А мир шагнул дальше, переступив бездну, над которой однажды завис, но так туда и не упал.

Тихо и незаметно началась новая эпоха.

Эпилог

Время лечит.

Громкие слова важных людей. И тем не менее, в них было зерно истины.

Дайлин не помнила, где и когда это слышала, однако со временем действительно становилось легче. Время шло, дни сменялись месяцами, а те годами, и события давно минувших дней становились всё дальше и дальше.

Всё вокруг менялось, пролетало так, что ты не успевал за этим следить. Ещё недавно люди стреляли и однозарядных пороховых ружей, а вот человечество для себя открыло, что поливать противника непрекращающимся огнём из оружия с сумасшедшей скорострельностью гораздо веселее. Ещё недавно все ездили на поездах, а вот какие-то умельцы уже пытались сделать паровоз, но на колёсах, чтобы ездить по дорогам. Точные картинки, которые отпечатывались на специальной бумаге через стекло, попытка оседлать молнии, чтобы направить их силу на нужды человечества, новые методы возведения зданий…

Даже поговаривали, что император пытается наладить связь с ведьмами под лозунгом «всё лучшее для империи», убеждая совет, который сам же и создал, что ведьмы — это возможность обрести сильного союзника и вес в политике мира. Пока с переменным успехом, но первый шаг был сделан.

Мир не стоял на месте и стремительно менялся. А вместе с ним менялись и люди. Вот Дайлин молодая девушка сыщица, подающие надежды, а вот уже и взрослая женщина-сыщик тридцати трёх лет, которой предрекали стать года через два главой сыскного отдела, а ещё лет через десять и главой специальной службы расследований.

Ни у кого не возникало в этом сомнений: у неё был действительно талант, помноженный на покровительство свыше. Она ломала стереотипы и правила, готовая стать первой женщиной, которая поднялась действительно высоко.

Дайлин стала спокойнее. Теперь у неё было двое детей, мальчик и девочка, и любящий муж. Тот, который любил её огненный и твёрдый характер, не считая это чем-то «не полагающимся девушке», зовя в шутку воительницей. Не осталось той Дайлин, которую знали почти десять лет назад.

Дайлин поддерживала хорошие отношения с Вайрином, но они уже никогда не станут теми, которые были до всего произошедшего. Он так и оставался защитником императорского двора, хотя честно признавался, что жалеет, что не пошёл дальше сыщиком. А теперь уже и у него не было возможности уйти. Четверо детей, три мальчика и одна девочка, плюс жена из рода, который давно потерял свою власть и былое величие. И тем не менее она была женой защитника императорского двора и талантливого инженера, который открыл миру патрон и оружие, которое само перезаряжалось отдачей или через барабан.

Много было слышно о Зей Жьёзен, сменившей имя и фамилию на Рамию Гусенскую. Графиня из какого-то богом забытого рода, который внезапно при новом императоре опять появился в жизни высшего света. Счастливая жена с мужем точно его возраста и двумя дочерями. Очень известная писательница сыскных историй и даже сама владеющая сыскным агентством, которое раскинулось на всю империю, а ещё благотворитель, при ком были созданы многие дома для сирот и школы для малоимущих. Поговаривают, что именно с её пинка появились государственные адвокаты, что могли отстаивать права тех, кто о них даже не слышал.

Они были почти никак не связаны между собой, далёкие друг от друга люди, которых было сложно представить вместе. Разные жизни, разные судьбы, разные интересы и достаток…

Но летом в один и тот же день столь непохожие на друг друга они тихо собирались вместе на ужин. Иногда к ним присоединялась пара, приезжавшая ради этого с самого севера, Сайга и Нутико.

В этот вечер они вспоминали былые времена, а заодно, чтобы почтить память человека, чьё имя и фамилия были давно вычеркнуты из истории кроме устойчивого выражения «Кондратий хватил». Были и весёлые истории, и грустные, и интересные, и странные. И каждый чувствовал в этот вечер, что в его жизни чего-то не хватает. Кого-то… того, кто своим присутствием и делами сделали их теми, кем они стали, определив однажды будущее империи.

А потом жизнь продолжалась. Свои дети, своя жизнь, своё будущее, которому не было места прошлому…

* * *

Дайлин возвращалась домой. Статная женщина, строгая и всегда серьёзная, открывающая свою заботливую и любящую натуру только в кругу семьи и близких людей. Всё же работа в исключительно мужском коллективе накладывала свой отпечаток. На неё оборачивались, провожали взглядом, иногда гадая, кто эта женщина, так неуловимо отличающаяся от остальных?

Девушка, которая станет первой женщиной главой специальной службы расследований, своим правлением выведя службу в её золотое время. Но это будет потом, а сейчас она спешила домой. Слава богам, домашние заботы брала на себя Сулита, которая сама уже успела обзавестись и мужем, и ребёнком, но она была ещё и матерью, и женой, и это тоже была иногда работой.

И вот она шла по улицам, красивая и яркая, не такая, как другие. Вдалеке уже виднелся её родной дом, где её ждали те, кто был дорог её сердце. Ещё один перекрёсток, ещё одна улица, и