Сердце шторма - Рая Арран
Теперь он выглядел человеком, немного растрепанным, в широкой не по размеру рубашке нараспашку, тонкая цепь ошейника болталась на шее.
— Что на вас? — округлила глаза Софья.
— Полагаю… рубашка графа, штаны графа и ошейник графа, — див поддел цепочку пальцем, — неужели не помните? — Он легко разорвал ошейник, Софья вздохнула. — Помните, выходит.
— Какой странный сон… — Софья потерла пальцами виски и вдруг поняла, что все еще держит в руке монетку. И засмеялась.
Див удивленно посмотрел на нее.
— Прошу, если вы сойдете с ума сейчас, в этом обязательно обвинят меня, пожалуйста повремените до пробуждения.
— Да вот же, — она показала ему пятак, — глупость какая… гадать отправили, монету дали от черта откупиться, если явится вместо жениха… Вам хватит пятака, Александр? — и снова засмеялась.
Див недолго посверлил взглядом монетку и вдруг оскалился.
— Ну что вы, конечно, нет! За столь прекрасную душу я потребую куда больший выкуп.
— Эх, требуйте, чего хотите, но у меня есть только монетка в пять рублей, — Софья бросила ему пятак и пошла к окну.
Гостиная стала уже совсем осязаемой, и было интересно, изменится ли пейзаж за окном. Да, Петергоф исчез, но и на графский парк заснеженные заросли похожи не были. Невысокие кусты под снежными шапками, серые лысины камней и гора на горизонте, нет, скорее вулкан, словно сошедший с японской гравюры.
— Прошу прощения, видимо, это мое влияние, — невинно заметил Александр, снова оказавшись рядом. И протянул монету.
— И чем мне откупиться от вас?
— Как всегда, танцем. Вы замечательно танцуете.
— Боюсь, в последнее время я немного теряюсь в пространстве.
Гора на горизонте таяла, как ледяная статуя под палящим солнцем.
— Ничего, у меня много рук, чтобы вас подхватить.
Он снова изменился, поманил за собой в глубину зала.
— А где взять музыку?
— Если это ваш сон, то из головы. Создайте нам музыку.
— А если сон ваш?
— Тогда танцевать нам в тишине… разве могут дивы что-то создавать?
— Проблемы, дивы отлично могут создавать проблемы, — возник на краешке сознания голос графа, так четко, что Софья обернулась и увидела идущую к центру зала пару.
Словно размытые тени, граф и Анастасия закружились в вальсе, пройдя мимо Вазилиса Аркадьевича с женой. А в углу выросла елка, корнями разрывая уложенный паркет. Смеющиеся дивы на подоконнике, пары вокруг. И музыка… быстрая, смелая, легкая.
— Похоже, вам очень понравился этот новый год.
— Очень. А вам?
— Пожалуй, он был лучшим среди многих и многих.
Александр изящно взял Софью в пару и повел вальс, и даже разница в росте не казалась во сне такой колоссальной. Софья закружилась под рукой кавалера и, мягко останавливаясь, положила руку ему на плечо.
Нет… с ростом точно творилась какая-то чертовщина, какое плечо, он в два раза ее выше. Софья сделала следующий шаг и, кажется, начала понимать, в чем проблема. И мельком бросила взгляд на пол. На очень далекий пол. Она словно плыла по воздуху, продолжа ступать на тонкие опоры, оказывающиеся точно под ее ногой в нужный момент. «У меня много рук чтобы вас поймать…»
— И все-таки вы не похожи на сон… на безумие, может быть, но не на сон, — Софья провела пальцами по длинной бледной шее.
Она вспомнила истории графа о первых попытках коммуникации по ментальной связи и подумала, что стоит вести себя сдержаннее и осторожнее.
— Что ж… сочту за комплимент. Вы тоже совсем не похожи на сновидение, ваше величество.
Он осторожно поставил Софью на пол и принял человеческий облик.
— Тогда что это?
— Не знаю… хотя есть некоторые подозрения, — Александр заложил руки за спину и огляделся. Взгляд его остановился на темной фигуре Анастасии: та уже не танцевала, как прочие тени, а просто стояла у окна и смотрела на Софью.
— Анастасия! — позвала девушка.
Дива казалась четче остальных фигур.
— Анастасия! — она попыталась подойти, но Александр схватил ее за руку.
— Кто незваный гость в вашем разуме?
— Что?
— Если это не кошмар, кто незваный гость?
— Я не знаю, не понимаю, о чем вы…
Он рванул ее к себе, и картинка сменилась. Исчезли гостиная и елка, кружащиеся тени. Они оказались на цветущей аллее.
— Еще сон?
— Воспоминание…
В зарослях слышались голоса и тихая музыка… Софья и Александр свернули с дорожки и пошли вглубь парка. И почти сразу заметили Веру и Мишу.
Дети сидели под деревом, а напротив, перебирая струны гитары, устроился ментор.
— И жили они долго и счастливо?.. — спросила девочка, прижимая к груди книгу.
— Может, и счастливо, но недолго… Он ее сожрал… — голоса то прорезались, то таяли в шуме ветра.
— Вера, Миша, — Софья хотела побежать к детям, но с ужасом осознала, что не может двинуться с места.
Движение стали медленным и тягучими, воздух вокруг тяжелым, ощущение за спиной тревожным, как всегда во снах, в которых нельзя убежать от беды.
— Зато хорошая мораль, — ментор поднял голову и посмотрел прямо на Софью странно-зелеными глазами. — Не влюбляйся в бештафер…
— Не влюбляйся в бештафер? — повторила Софья.
— Интересно… — снова произнес Александр, очевидно занявший позицию активного наблюдателя. — Может, ты и права. Может, оно и к лучшему. Но мне казалось, — он словно говорил сам с собой, — что могло бы получиться… что-то хорошее…
— Что вы говорите, Александр? Что происходит?
Усиливался ветер, заставляя Софью жмуриться и отворачиваться, она оставила попытку прорваться в распадающееся видение и попыталась сосредоточится на диве, невозмутимо стоявшем в центре начинающегося шторма, вихрь сужался, словно шел на него со всех сторон разом, как на самого яростного врага.
— Александр!
— Позвольте совет, ваше величество, — сказал он неожиданно грустным голосом. — Вы заняли Российский престол потому, что мне не хватило доверия. Не повторите эту ошибку. Я всегда говорил вам только правду. Всегда.
Она не выдержала, испугалась. То ли ветра, то ли пустоты, то ли этой болезненной печали в чужом голосе. Кинулась к нему, Александр не дал приблизиться схватил на плечи на расстоянии вытянутой руки.
— Ваше величество, вам нужно проснуться. Вам просто снится страшный сон. Обычный ночной кошмар.
— Не говорите так… Вы не кошмар…
Софья попыталась подойти ближе, но хватка дива не дала сдвинуться с места. В этом было что-то неправильное. Она подняла руку и, сама не понимая, почему, потянулась пальцами к его щеке. Только прикоснуться, и все прояснится, и мир встанет на место…
— Александр… вы не кошмар, вы…
— Вам надо
