Все дороги ведут в… - Вячеслав Киселев
– Вы не упомянули венгров Ваше Величество! – напомнил фон Цитен, перебив меня в своей обычной манере, от чего у барона Армфельта аж заалело от негодования лицо.
– Верно, однако в этом уравнении их место ещё окончательно не определено, – развел я руками, – Ференц Тёкели, конечно, мой должник, однако он молод и неопытен, как политик, а венгерские магнаты могут в любой момент договориться с австрийцами, как это уже произошло в ту, столетней давности войну, о которой я упоминал. Поэтому рассчитывать мы можем только на свои силы, которых в мае имелось не так уж и много – двадцать пять тысяч у вас в Силезии, тридцать тысяч у Левенгаупта в Кракове, двадцать тысяч у Суворова в Хорватии и ещё тридцать тысяч у Стенбока в Галиции, однако идти оттуда в два раза дальше, поэтому их можно не учитывать. Итого семьдесят пять тысяч на трех направлениях, против восьмидесяти у принца Кобургского под Веной. Можно было, конечно, рискнуть, но не стоило забывать про поляков в тылу у Левенгаупта, полное отсутствие резервов у вас и проблемы с организацией снабжения Суворова на юге. У нашего построения отсутствует стратегическая глубина и слишком много новых территорий, требующих контроля, а мне требовалось лишь остановить возможное движение австрийцев на юг и ослабить их, забрав обратно Силезию, но никак не развязать новую общеевропейскую войну, когда я ещё не разобрался с делами в России!
– И вам это прекрасно удалось Ваше Величество! – вставил свои пять копеек барон Армфельт.
– Если вы про дела в России Густав, тогда вы правы, а вот на счет новой войны, это большой вопрос, – вздохнул я и спросил, – как обстановка во Франции?
– Военных приготовлений не замечено Ваше Величество, однако есть информация об интенсивной переписке между графом фон Тальманом и новым министром иностранных дел Франции графом Верженном…
– Это не то ли граф Верженн, что был послом в Швеции? – перебил я Армфельта.
– Совершенно верно Ваше Величество, он давний друг государственного министра графа Морепа, поэтому сейчас приобрел большой вес при дворе молодого короля! – подтвердил мою догадку барон.
– Ну в самом факте переписки нет ничего необычного, в этом ведь и заключается работа дипломатов, не так ли? Особенно учитывая появление в Версале нового хозяина, супруга которого приходится сестрой императору Иосифу!
– Вы правы Ваше Величество, однако есть информация, пока не подтвержденная, о том, что император Иосиф собирается лично посетить Версаль по приглашению короля Людовика, что в ситуации с загадочной смертью сестры королевы и императора Марии Кристины, и кончиной баварского курфюрста, может служить весьма неприятным сигналом! – закончил он свою мысль.
– Именно это я и имел ввиду Ганс, вспоминая про турок под Веной, – снова повернулся я к фон Цитену, – однако оставим пока французов в стороне, с ними всё более-менее понятно. Сейчас, с учетом смены власти в Баварии, меня больше интересуют сами баварцы и прочие соседи по империи!
– Баварцы солдаты так себе, – скривившись, махнул рукой фон Цитен, – поэтому каждый раз получают от «Оси» (презрительное прозвище австрийцев) по полной и война для них заканчивается оккупацией, но тысяч двадцать смогут выставить, про саксонцев можно сказать то же самое, а у Ганновера немногим более этого, если без учета англичан, все остальные к самостоятельным действиям вообще неспособны. Есть ещё имперская армия, тысяч тридцать, собираемая всеми княжествами, но там совсем дрянь солдаты, мы их при Росбахе вместе с лягушатниками в хвост и в гриву…
– Ваше Величество, согласно закона 1681 года Имперская армия должна состоять из двадцати восьми тысяч пехоты и двенадцати тысяч кавалерии, а в военное время её численность может увеличиваться! – неожиданно перебил фон Цитена барон Армфельт, блеснув своими знаниями имперского законодательства. Видимо, решил отплатить старому гусару за проявленную в отношении меня неучтивость.
– Благодарю барон, – ответил ему фон Цитен улыбкой, больше похожей на оскал, – я в состоянии сам справиться с докладом, только старый имперский закон уже давно никто не соблюдает, а бумагу на поле боя не выставишь, хотя откуда вам это знать! – добавил он снисходительно, намекая на отсутствие у Армфельта боевого опыта.
– Рад, что вы поладили господа, – натянуто улыбнулся я, посмотрев на фон Цитена, скверный характер и вспыльчивость которого могли стать проблемой для барона, – а то я совершенно не выношу, когда личное недопонимание вредит общему делу. Вы согласны Ганс?
Старый дуэлянт нехотя пробурчал, что согласен, и я перешёл к постановке первоочередных задач…
Глава 15
В свете последних событий, на европейском континенте вполне отчетливо запахло новой войной, хотя лично я не собирался становиться зачинщиком очередной общеевропейской бойни и предпочел бы решить дело миром. Однако посмотрев на ситуацию со стороны, можно было, в целом, понять недовольство моими действиями со стороны европейских монархов, которое ещё пока никто открыто не высказывал, но, думаю, это не за горами. Ведь за последние два года под мою руку попало столько территорий, что никакой Римской империи времен расцвета и не снилось.
И если освобождение Константинополя ещё можно было как-то проигнорировать, с учётом того, что я вернул христианство на берега Босфора и ограничил своё продвижение Балканами, то моё воцарение на русском троне кардинально меняло мировой политический ландшафт. Но самое занимательное в этой эпической картине то, что назвать себя великим стратегом, я могу только в шутку, поскольку действовал, в основном, ситуативно и по наитию. Однако бьют ведь не паспорту – бьют по морде, потому отсутствие у меня планов, совершенно не освобождает от ответственности, а значит нужно срочно готовиться к войне.
Обсудив с фон Цитеном вопросы наращивания боевого состава прусско-бранденбургской армии и защиты западного направления, я подписал несколько дополнительных Указов, поставил барону Армфельту задачу проинформировать о текущем положении дел все многочисленные столицы моей «супермега» империи и держать на постоянном контроле ситуацию во Франции, а сам вновь отправился в путь. Разрулить ситуацию в Баварии проще всего было на месте, в идеале заручившись по дороге в Регенсбург поддержкой союзников.
Мне, естественно, страсть как хотелось повидать детей, но увы. Крюк на запад до Кведлинбурга стоил бы мне, как минимум, недели времени, чего в нынешних условиях, когда обстановка могла осложниться в любой момент, я позволить себе не мог. Поэтому пришлось принести родительский долг в жертву «служебному» и сразу ехать в Дрезден,
