Капитан (Часть 2) Назад в СССР. Книга 14 - Максим Гаусс
— Планируешь взрыв? А как ты это сделаешь? — спросил Савельев, передавая мне компактный, плоский нож в ножнах.
— Найду способ. Оружие у них там точно есть, точно. Взрывчатка, топливо. Сделаю импровизированную бомбу. На это много времени не нужно. Все, работаем!
— Добро! — Савельев щёлкнул предохранителем на своем MP-5. — Удачи!
Мы переместились ближе к носу корабля, там разделились.
Я глубоко вдохнул холодный, соленый воздух и бесшумно сполз с борта по свисающему тросу в темную холодную и соленую воду.
Удар холода был внезапным, отрезвляющим, легкие и мышцы почти сразу скрутило так, что первые движения получились каким-то неестественными. Напоминало одновременный укол сотен мелких, но очень острых игл, которые причиняли сильную боль. Нормально, я бывал в воде и по-холоднее. Прорвемся.
Вода, действительно была холодной, примерно около десяти градусов. Не критично, но обычному человеку в ней будет крайне не комфортно. Хорошо, хоть ветра не было.
Я задержал дыхание, заставил мышцы работать в нужном ритме. Тело помнило тренировки, пусть это и было давно. Мозг тоже помнил, как нужно правильно экономить тепло, как двигаться, чтобы не схватила судорога. Что делать, если это всё-таки произошло.
Я нырнул, пошел под водой, чтобы не создавать всплесков — вдруг кто-то из людей врага услышит? Или увидит.
Темнота была почти абсолютной, только смутное свечение от огней «Разина» и катера где-то сверху.
Плыл мощными рывками, но плавно, стараясь не поднимать шума. Набрал воздуха, снова нырнул. Сердце колотилось, пытаясь согреть и быстрее разогнать кровь по организму, но разум был холоден и предельно сосредоточен. Считал секунды. Примерно сто двадцать метров по прямой — но нужно обойти катер с кормы, против течения. Две минуты. Три — максимум. Больше уже проблематично.
Плыл и плыл, не обращая внимания на боль. На то, что первые признаки судороги уже начали «хватать» за ноги.
Легкие уже начинали гореть, когда я, наконец, ухватился за холодный, обросший ракушками корпус катера. Судя по всему, это бывший рыболовный траулер, явно переделанный какими-то рукастыми умельцами — низкий борт, широкая палуба и наверняка здесь стоял более мощный дизель. С кормы свисала веревочная сеть — возможно, для быстрой высадки. Или ещё для каких-то целей. Вот ей-то я и воспользуюсь. Вряд ли тут кто-то ожидает того, что с воды к ним пожалуют нежданные гости!
Уцепившись за сеть, я быстро выбрался из воды. Замер на несколько секунд, чтобы вода стекла. Одновременно, я превратился в слух. Сверху доносились голоса — негромкие, деловые. Английский. Двое, расслабленные тем, что не было оказано никакого сопротивления, судя по всему, стояли у леера, ожидая изменения обстановки и дальнейших команд.
Я тихо перевалился через борт, мягко опустился на палубу катера. Тут же шмыгнул за какие-то ящики, опутанные транспортировочной сетью. Шума не было — значит, меня никто не заметил. Это хорошо. Нужно как можно быстрее спуститься вниз и проникнуть в машинное отделение.
Двинулся вдоль борта.
Прямо передо мной, в пяти шагах, спиной ко мне, стоял человек в темном тактическом жилете, с автоматом на груди. Он что-то говорил в портативную рацию. Второй был дальше, ближе к носу, внимательно смотрел в сторону «Разина». Обоих нужно устранить.
Только теперь, находясь на катере, я понял, что наш теплоход хотя и раза в три больше этого судна, не такой уж и высокий. И тем не менее, для того, чтобы отсюда перейти по мостику на «Разин», его пришлось перекидывать с крыши надстройки, да ещё и под большим углом.
Я тихо отцепил свой нож, подкрался сзади. Удар рукоятью пистолета, который я все еще держал в левой руке, в основание черепа — точный, скупой. Человек осел беззвучно. Я подхватил его, оттащил за тент, мягко скинул в темноту у борта. Рацию выключил, забрал. Винтовку М-16 брать не стал, слишком громоздкая. Спрятал под брезент, на всякий случай.
Со стороны «Разина» вдруг раздалась короткая автоматная очередь, затем крики на русском — голос Савельева, искусно изображавший панику. «Они прорвались! В корме!». На палубе катера засуетились. Голос у носа крикнул что-то, и ещё двое людей, которых я ранее не видел, бросились к трапу.
Настал более-менее удачный момент, чтобы проскочить вниз, во внутренние помещения катера.
Рывок вперёд. Быстро и тихо. Я словно уж, буквально проскользнул в открытую дверь рубки. Внутри было тесно, пахло соляркой, табаком и потом. На столе — рации, карты, термос. Оружие. Никого. Рванул дальше, проскочил по коридорчику, свернул влево. Там из открытого люка в полу вела вниз лестница в машинное отделение. Снизу доносился ровный гул дизеля.
Я спустился. Отсек был достаточно небольшим и тесным, забитым разными агрегатами. Огромный дизель занимал больше половины всего внутреннего пространства. Тут же, у топливных фильтров, стоял ящик с надписью «M67». Гранаты. Отлично, то что нужно! А рядом с ним, еще несколько блоков пластичной взрывчатки C-4 с готовыми детонаторами. Все это было мне хорошо знакомо. ЦРУ-шники явно готовились к масштабным работам — заложить взрывчатку и пустить ко дну советский теплоход с таким арсеналом проще простого. Вполне возможно, они считали, что им будет оказано сопротивление, потому и перестраховались. Ну, черти!
Схема сложилась мгновенно. Нужно было соорудить самодельное взрывное устройство, на основе таймера, вот только времени возиться у меня не было. Быстро осмотрелся, прислушался — вроде пока тихо, хотя наверху периодически раздавался топот ботинок.
Увидел щиток с бортовой электрикой — судовую систему электропитания, управления. Здесь все просто — подключить детонатор к цепи аварийного освещения, которая срабатывает при отключении основного питания. Если потом перерезать основной кабель… корабль погрузится в темноту, а цепь замыкания через несколько секунд подаст импульс на детонатор. Рванет знатно. После такого, только под воду.
Работал я быстро, пальцы почти не дрожали, хотя холод все еще проникал до костей. Отключил предохранители, нашел толстый силовой кабель. Ножом срезал изоляцию, оголил провода. К одному из них примотал контакт от электродетонатора, вставленного в блок C-4. Второй контакт — к корпусу, на массу. Теперь, если перерезать кабель — возникнет искра, цепь замкнется. Примитивно, не очень
