Куратор 3 - Никита Киров

— Подробнее, — потребовал я.

— А ты откуда его взял? — в голосе чекиста прозвучало подозрение. — Как вообще можно сфотографировать чужую ксиву? — он что-то налил себе в стакан.

— Отвечай по существу, майор. Если не хочешь — у меня есть и другие контакты в Конторе.

— Да ладно-ладно, погоди, пошутить уже нельзя, — слышно, как под ним скрипнула табуретка. — Чем тебе этот пацан так насолил, я не знаю, но он в начале лета устроился к нам в кадровую службу.

— Под подставным именем?

— Оно настоящее. Под подставным у нас не возьмут.

Если подумать, то да, возможно, в ксиве как раз были его настоящие имя и фамилия, а мне передавали фиктивное. Я же помню, что у меня были вопросы к нему, когда его проверял, но Трофимов отмахивался.

Может, уже тогда вёл против меня разработку и хотел внедрить человека?

Ведь и правда, устроить в ФСБ кого-то под левой фамилией — проблематично, даже когда имеешь контакты. Проверки очень жёсткие.

Ладно, предположим, это всё же Арбузов Витя, хотя я продолжу называть его про себя Костей. Устроили его уже после того, как убили меня в первый раз. Трофимов мог постелить соломки заранее, вот и подсуетился.

— Значит, кадровик помогает УСБ? — спросил я.

— Не, это какая-то лажа, он же не оперативник, — отозвался Степанов. — Но погоди. Если у Трофимова и здесь контакты, и в Москве, то это возможно. Типа, этот доверенный, ответственный, с Трофимовым не связан, берите в команду, вам же нужен кто-то местный. Вот и завербовали, а на деле — внедрили. Но не знаю точно, я только от тебя это услышал. Вот и гадаю, сижу.

— Спроси у знакомых. Пробей, уточни. Как умеешь. Надо знать детали.

Но и в управлении об этом могут не знать, ведь группа из УСБ не отчитывается местным. Впрочем, что-то он мог выцепить. Нужно пользоваться всеми способами.

— Ладно. Давай другие вопросы. Что у тебя с твоей проблемой? — спросил я.

— Чё? — удивился Степанов.

— Что у тебя со следствием? Прессуют?

— Ну, есть немного, — он задумался. — А чё такое?

— Короче, помогу тебе немного ослабить напор. С тобой свяжется Игнашевич, но ты ему сам позвони ещё. Чтобы не забыл.

— Чего? — он удивился сильнее.

— С ним договорено. Он подскажет, где против тебя роют и кто. А дальше сам — ты чекист опытный, разберёшься. Мне же нужно, чтобы ты работал с группой из Центра вместо этого типа.

— А его куда?

— Придумаем, — я остановил машину у магазина. — Пока же спрашивай своих, задействуй стукачей. Но выясни что-нибудь на Арбузова.

— И сразу тебе рассказать? — едко спросил он.

— Да, раз я тебе наводку дал. И я сам выясню, поделюсь. И ещё есть вопросы…

Через пару часов Степанов сообщило, что Игнашевич действительно вышел с ним на связь. Значит, первая часть плана сработала.

Надо бы ещё навести группу ФСБ на след. Пусть они придут в «Альянс» уже официально, с обысками. Изымут всё, что нужно изъять, устроят панику.

Кроме того, пора нанести первый удар по Трофимову. Не ликвидировать — ничего подобного. Нужно нанести удар, чтобы запустить цепочку событий, реакций и противодействий.

Он начнёт рыть в ответ, но на каждое его действие мы будем наносить новый удар.

Я проверил, что у Виталика всё готово, а на его компьютере можно сгенерировать новую запись, как и тогда. Как раз нужна одна, из голоса одного моего старого знакомого, у меня были образцы.

Он много чего записывал на диктофон. И если бы он узнал, что я использую его голос в своей схеме, он бы посмеялся, но согласился, что подходит отлично.

— Перед тем, как работать, — сказал я Виталику. — Предупреждаешь меня, и я звоню, включаю запись. Потом работаешь ты. Надо вывести его из себя. Подготовить.

— Слушай, может, взрывчатку в дрон зарядить, и хана предателю? — предложил он. — Если найдёшь, я направлю пташку.

— Нет. Ещё рано. Нужен именно этот, — я постучал по коробке. — Но главное — чтобы они не поняли про начинку.

— А это уже готово, — Виталик хмыкнул. — Ничего не добудут.

* * *

Катя предложила встретиться, как и говорила утром.

Пока шёл, то сделал один звонок, но сам не говорил — главное, чтобы проигралась запись. Всё дело в ней, но должно сработать.

А на подходе к кафе понял, что разговор будет серьёзный. Потому что помимо машины наружки, на этот раз не «Киа», а неприметной помятой «девятки», за столиком в кафе рядом с Катей сидел мужик под пятьдесят.

Подтянутый, в хорошем костюме и отличной форме. Чекист, причём матёрый волчара. Видно по взгляду, которым он меня окинул, когда я показался у кафе.

— Толя, — Катя поднялась навстречу. — Вот, хотела тебя познакомить со своим шефом.

Я спокойно подошёл к столику. Мужик привстал, протянул руку для рукопожатия. Крепкое, сухое, без лишнего давления. Профессионал.

Сел с ними за столик, а в городе тем временем крутилась одна комбинация.

* * *

В это же время

— Короче, Степашку надо готовить под арест, — сказал Трофимов.

Он сидел на заднем сиденье «Мерседеса». Водитель ехал вперёд, а на переднем устроился помощник, который держал в вытянутой руке телефон на громкой связи.

Но сейчас он отключил микрофон, пока шеф говорил.

Как и раньше, Трофимов никогда не общался по мобильной связи напрямую, только через помощника.

— Степанова надо готовить под арест, — передал помощник в телефон и снова включил громкую связь.

— И как ты себе это представляешь? — спросил собеседник на том конце. — Тут нужно конкретное обоснование. Пока только лажа была, за это не садят. И так вопросы задают, на каком основании его отстранили.

Помощник посмотрел на Трофимова.

— Ну придумай что-нибудь, — буркнул тот. — Ты же матёрый.

— Придумайте что-нибудь, вы достаточно опытны для таких случаев, — предложил помощник в микрофон.

— Слушай, Сергеич, чё-то недоброе происходит, — продолжал собеседник. — У группы из УСБ постоянно какие-то новые зацепки. И нам…

— Хватит ныть, — тихо сказал Трофимов. — Это у тебя утечка.

— Не нужно впадать в уныние раньше времени. Может ли утечка быть с вашей стороны? — вежливо спросил помощник.

— Своих проверяй! — динамик телефона аж заскрипел. — Сам же уверял, что люди надёжные, а мы до сих пор в дерьме.

— Отбой, — Трофимов махнул рукой. — В старости совсем нытиком стал.

Помощник выключил звонок, Трофимов откинулся на спинку кожаного сиденья, глядя в окно и что-то обдумывая. Охранник косился на него, не решаясь нарушить молчание.

За окном уже видны двухэтажные