Немцы после войны: Как Западной Германии удалось преодолеть нацизм - Николай Власов
Но недостаточно было просто предоставить немцам больше свободы: на первых порах им требовалось помочь, для начала хотя бы просто накормить. Масштабный импорт продовольствия стал насущной необходимостью с первых месяцев оккупации. Уже в 1946 г. в британскую зону было ввезено 2 млн тонн зерна. Оплачивали этот импорт в первую очередь американцы. С лета 1946 г. начала действовать американская программа «Государственная помощь оккупированным территориям» (Government Aid and Relief in Occupied Areas, GARIOA). C 1946 по 1950 г. расходы по этой программе превысили 1,5 млрд долларов.
Удачным решением стало подключение к продовольственной помощи частных благотворителей. Война постепенно уходила в прошлое, а многочисленные публикации в прессе привлекали внимание западной публики к бедственному положению немецких женщин и детей. Кроме того, у многих немцев были родственники в Соединенных Штатах. Изначально оккупационные державы не позволяли частным лицам и организациям отправлять в Германию благотворительную помощь, опасаясь утратить контроль над процессом. Однако опасения вскоре оказались сняты с повестки дня.
В январе 1946 г. 34 американских сенатора выступили с публичным обращением, требуя допустить частных благотворителей в Германию, а уже в следующем месяце правительство США разрешило поставлять гуманитарную помощь в свою оккупационную зону негосударственной структуре с длинным названием «Совет благотворительных агентств, имеющих лицензию на работу в Германии» (Council of Relief Agencies Licensed to Operate in Germany, CRALOG). В апреле первые 10 000 тонн груза прибыли в Бремен. Летом того же года деятельность CRALOG распространилась на британскую и французскую оккупационные зоны. Со временем эта структура начала брать на себя ответственность за отдельные крупные проекты вроде организации школьного питания или снабжения диабетиков инсулином. В общей сложности за несколько послевоенных лет CRALOG отправила в Германию около 300 000 тонн гуманитарной помощи.
Еще более широкую известность получила структура «Кооператив американской помощи Европе» (Cooperative for American Remittances to Europe, CARE), созданная 22 американскими благотворительными организациями в конце 1945 г. Ее главной задачей была продовольственная помощь западноевропейским странам. Американская армия предоставила в распоряжение CARE почти 3 млн сухих пайков, изначально предназначавшихся участникам так и не состоявшейся десантной операции в Японии. К пайкам добавились многочисленные частные посылки. Отправки в Западную Германию начались летом 1946 г. Весной 1947 г. состав посылок был стандартизирован: четыре с лишним фунта консервированного мяса, три фунта жиров и маргарина, пять фунтов сахара и сладостей, фунт фруктовых консервов, полфунта яичного порошка, по два фунта сухого молока и кофе. Один такой пакет тянул на 40 000 калорий. Так называемые CARE-пакеты стали в глазах западных немцев одним из главных символов послевоенных лет. С 1946 по 1950 г. организация отправила в Германию около 10 млн посылок с продовольствием, общий вес этих грузов составил почти 100 000 тонн.
В 1947 г. объем британской и американской помощи оценивался в 730 млн долларов, из которых 240 млн приходилось на американцев (GARIOA), 360 млн на британцев, 130 млн на частную благотворительность. В мае 1947 г. американцы приняли решение выделить дополнительные 400 000 тонн продовольствия. Пик помощи со стороны США пришелся на 1948–1949 гг., когда в рамках различных программ западным оккупационным зонам (а затем Федеративной Республике) выделялся почти миллиард долларов в год.
Одним из главных событий 1948 г. стало включение западных оккупационных зон в программу восстановления европейской экономики, более известную как «План Маршалла». Главной ее задачей было создать стимулы для устойчивого экономического роста в Западной Европе и таким образом снизить шансы на приход к власти коммунистов и сократить потребность в американской финансовой помощи. В рамках «Плана Маршалла» в европейские страны поставлялись американские товары, выручка от продажи которых поступала в распоряжение правительств соответствующих государств, а те, в свою очередь, должны были направлять ее в инвестиции. «План Маршалла» иногда называют едва ли не главной причиной западногерманского «экономического чуда». В действительности это не совсем так. Общий объем помощи не превысил 1,5 млрд долларов, причем на пике этих выплат они составляли менее 3 процентов западногерманского национального дохода (для сравнения: во Франции аналогичная доля была равна 6,5 процента, в Австрии – целым 24 процентам). Эффективность инвестирования полученных средств тоже остается предметом споров.
«План Маршалла», однако, имел два важных косвенных последствия. Первое относилось к области психологии: широко разрекламированная американская помощь придавала западным немцам уверенности в завтрашнем дне и улучшала деловой климат. Второе касалось более широкого европейского контекста. «План Маршалла» способствовал развитию экономики европейских соседей Западной Германии – а следовательно, росту спроса на немецкую продукцию. Инвестиции в развитие собственной промышленной базы в Бельгии и Нидерландах, к примеру, влекли за собой масштабные закупки западногерманского промышленного оборудования. Это стимулировало экспорт и экономику ФРГ в целом.
В 1946–1947 гг. западные державы-победительницы приняли еще одно исключительно важное решение, взяв курс на восстановление западногерманской экономики. Уже в мае 1946 г. в американской оккупационной зоне был приостановлен демонтаж промышленных предприятий, предназначенных для отправки в СССР. Официальной причиной называли срыв согласованных поставок продовольствия из советской зоны. Затем список предприятий, подлежавших демонтажу в английской и американской зонах, официально сократили с 1600 до 682 пунктов. Заключенное осенью 1949 г. с новообразованной ФРГ Петерсбергское соглашение предусматривало дальнейшее сокращение этого списка. Естественно, в процессе не обошлось без споров между союзниками (к примеру, о статусе Рура, где французы категорически не хотели уступать, требуя прав контроля над этим ключевым регионом) и отдельных противоречий. Демонтаж промышленных объектов продолжался, хотя и в заметно сокращенном объеме, до 1952 г. Однако в общей сложности он затронул лишь около 5 процентов западногерманского промышленного потенциала.
Еще важнее было то, что в 1947 г. победители пересмотрели квоты для различных отраслей западногерманской экономики. Промышленности в целом разрешили выйти на уровень 1936 г., а в отдельных отраслях (например, автомобилестроении) значительно превзойти довоенные показатели. К примеру, годовая квота производства автомобилей выросла сразу с 40 000 до 160 000 штук в год. Это стало спасением для завода «Фольксваген», который в рамках прежних лимитов оставался не у дел и ждал демонтажа. Немецкая промышленность наконец-то получила возможность задышать полной грудью.
В своей «речи надежды» Бирнс заявил о желании восстановить единое германское экономическое пространство. Однако ни с советскими, ни с французскими властями договориться на первых порах не удалось. В результате англичане и американцы решили начать с экономического объединения своих зон. В декабре 1946 г. было подписано соответствующее соглашение, которое вступило в силу 1 января 1947 г. Единое пространство получило полуофициальное название Бизония.
Ликвидация экономической границы двух зон сама по себе была большим шагом вперед, поскольку их хозяйственные комплексы во многом дополняли друг друга. Однако англичане и американцы не собирались на этом останавливаться и создали общий для двух зон немецкий орган экономического управления – так называемый Экономический
