Александр I - Андрей Юрьевич Андреев

запрещалось вести торговые отношения и заходить в порты Франции и всех ее союзников, а все обнаруженные на континенте британские товары подлежали конфискации. Целью Наполеона было целиком закрыть европейское побережье от англичан и тем самым подорвать их экономику, которая зиждилась на чрезвычайно выгодной торговле. Присоединение России расширяло зону санкций на значительную часть Балтийского моря, а чтобы полностью держать под контролем балтийскую торговлю, Наполеон добился согласия на те же условия еще и от Дании, владевшей проливами при входе в Балтику из Северного моря. В ответ Англия приняла свои контрмеры: в эти проливы вошла эскадра из более чем полусотни английских военных кораблей, и со 2 по 5 сентября 1807 года Копенгаген был подвергнут ночным артиллерийским бомбардировкам – настолько мощным и страшным, что весь город охватил пожар, а разрушенным оказалось каждое третье здание. Оставшиеся после бомбардировки на плаву датские корабли сдались и были увезены англичанами. Таково было последствие Тильзитского мира, от которого датский флот не мог оправиться еще много десятилетий.

На континенте вследствие Тильзитского мира появились новые государства. Пруссия лишилась более половины своей прежней территории – в первую очередь земель, перешедших к ней вследствие разделов Польши в конце XVIII века. Из них было образовано герцогство Варшавское – по сути буферное государство на границах Российской империи. Его правителем стал король Саксонии (союзник Наполеона) Фридрих Август I, и на его территории были на постоянной основе размещены французские войска. Именно такие гарантии выполнения Россией своих союзнических обязательств хотел иметь Наполеон. Впрочем, одна из бывших польских областей – вокруг Белостока – присоединялась к Российской империи. Тем самым Александр I, даже потерпев поражение в войне, не только не утратил собственных владений, но и расширил их. Этот символический жест со стороны Наполеона (поскольку речь шла о небольшом клочке земли), с одной стороны, должен был свидетельствовать о его дружеском расположении к Александру I, с другой же – дополнительно унижал Пруссию, ибо фактически та уступала территорию своему бывшему союзнику. Еще большим унижением для Пруссии служило образование из ее западных владений близ Рейна (а также из других земель в центре Германии, включая Ганновер) Вестфальского королевства во главе с Жеромом Бонапартом. Наполеон неоднократно заявлял, что был готов отдать под власть Жерома всю Пруссию, но лишь «рыцарственная привязанность» императора Александра I к королю Фридриху Вильгельму III помешала этому.

На Балканах под власть французов по условиям договора переходила Которская бухта и Ионические острова. Были даже намечены контуры для будущего раздела европейских владений Османской империи между Александром и Наполеоном, впрочем, покамест Александр должен был разрешить посредничество Франции при заключении мира с турками, а для этого вывести войска из Молдавии и Валахии – очевидно, что такова была одна из уступок царя в обмен на сохранение прусской монархии. Если же турки не согласятся на мир, то Наполеон на словах давал царю широкие обещания не препятствовать его дальнейшей экспансии на Дунае и к югу от него, вплоть до самого Константинополя (но не занимая его).

В отношении Швеции на тильзитских переговорах Наполеоном был поставлен вопрос о том, что если та останется верной Англии, то Россия вправе вступить с ней в войну и присоединить Финляндию. Война действительно началась в феврале 1808 года. Здесь окончательно закатилась звезда графа Буксгёвдена, назначенного главнокомандующим: Александр I признал «непростительной ошибкой» его действия, которые привели к утрате первоначально завоеванных территорий и заключению перемирия осенью 1808 года. Войну удалось завершить лишь весной следующего года в результате решительных действий корпусов под командованием генералов Михаила Богдановича Барклая де Толли и князя Петра Ивановича Багратиона, которые по льду пересекли Ботнический залив, поставив под непосредственную угрозу Стокгольм и вызвав там панику и, как ее следствие, государственный переворот. Заключенный затем Фридрихсгамский мир закреплял статус Финляндии как великого княжества во главе с Александром I и гарантировал присоединение Швеции к континентальной блокаде.

По итогам переговоров между Александром и Наполеоном в Тильзите возникает естественный вопрос: неужели перспективы приобретения новых владений Российской империи на севере и на юге, к чему Александр I никогда прежде не стремился, стоили для него принятия массы других, невыгодных для России пунктов, обуславливавших ее союз с Францией? Неужели нельзя было ограничиться одним лишь подписанием мирного договора? Такие размышления не покидали и современников. Многие из офицеров считали заключенные договоренности позором, поскольку ресурсы русской армии, на их взгляд, были еще не исчерпаны, она могла бы дальше сопротивляться, тогда как и войска Наполеона стояли уже на грани истощения, а потому могли отступить. Лагарп узнал о последствиях Тильзитского мира по изданному царем манифесту от 24 октября 1807 года о разрыве дипломатических отношений с Англией, за чем последовало введение эмбарго на все английские суда, находившиеся в русских портах. Лагарп не понимал, почему Александр решил копировать внешнюю политику Наполеона вопреки интересам своей страны. Учитель написал ученику письмо, полное разочарования, со словами о том, что, заключая союз, превращающий Россию в «орудие или преданного вассала» Франции, царь сам лишает себя «нравственной силы» и даже «права быть русским», и лучше даже было бы потерять одну или две провинции, чем принимать такие обязательства; «подобной терпимости даже десятью проигранными сражениями не оправдать»[289].

Но на самом деле союз в Тильзите был нужен не только Наполеону, но и Александру, который сознательно пошел на его заключение. Да, российский император мог ограничиться мирным договором с Францией, как о том свидетельствуют некоторые дипломатические документы, составленные до начала переговоров. Но, во-первых, накопившиеся у Александра антианглийские настроения, которые он тогда высказывал (и, вероятно, вполне искренне), например, князю А. Б. Куракину, облегчали царю подбор нужных слов в разговоре с Наполеоном, главной целью которого была победа над Англией. А во-вторых, задуманное и реализованное Александром представление по заключению «дружбы» с французским императором требовало в финале именно подписания союза как зримого воплощения преданности своему новому другу.

Именно эта роль друга позволила Александру 12 дней находиться в Тильзите рядом с Наполеоном, почти не расставаясь с ним: проводя вместе и смотры французских войск, и салонные разговоры, и дипломатическую игру. Чтобы Александр не тратил время на переезды к себе для переодевания к обеду и ужину, даже его гардероб частично переехал в дом Наполеона, который часто сам отдавал царю свои галстуки и носовые платки. Зачастую они засиживались вместе допоздна и около полуночи выходили прогуляться по улицам Тильзита, поражая вечерних прохожих, не ожидавших так поздно увидеть двух императоров, идущих под руку друг с другом.

Александр I на лету брал уроки у Наполеона, например, понимая, что ему предстоит военная реформа, в которой очень многое, вплоть до нового вида мундиров, будет заимствовано у французской армии. Наполеон