Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер
«Совершенно точно Blondie не распадается, – подтвердил Клем. – И на то нет никаких оснований. Нас до сих пор многое объединяет».
Джимми тоже реагировал на слухи спокойно: «Меня не волнует, кто и что говорит. Забавно, я сидел в гостях у Дебби и Криса, играл на гитаре и просматривал газеты, чтобы высчитать, сколько раз, по мнению их авторов, мы расставались. Если бы только эти бумагомаратели видели, как мы весело проводим время. Нам еще лучше в обществе друг друга благодаря успеху альбома Autoamerican, который позволил сделать перерыв в чреватой мелкими ссорами и стычками работе».
«У меня нет никакого желания прямо сейчас выходить на сцену и устраивать плохое шоу. Скоро мы возобновим работу, но выступать где попало точно не собираемся, – заявила Дебора. – Выступая в отстойных условиях, можно сойти с ума. Выходишь на саундчек, а тебе навстречу: “Эй, чувак, у тебя удлинителя с собой нет?”. В углу кого-то тошнит, под ногами собачье дерьмо, в гримерке на полу полно воды…. Эти впечатления, конечно, остаются с тобой на всю жизнь, но и рехнуться можно запросто».
Тем не менее, Дебора признавала существующие разногласия внутри группы. «Конфликты случались и до отъезда в последний тур, и во время него, так что, думаю, нам не помешало бы немного отдохнуть».
«Мы до сих пор не умеем общаться между собой на сцене, – замечал Дестри. – Каждый из участников слишком большого мнения о себе. В итоге мы получаем шесть эгоистичных музыкантов, которые не могут скоординировать действия и только бесят друг друга во время концертов. Нет, конечно, уже скоро начнется работа над новым материалом, но на гастроли мы отправимся только при большом желании. Мы достаточно настрадались».
Будь то констатация факта или очередная попытка заявить о единстве группы, но с момента выхода альбома Parallel Lines в 1979 году кадровая динамика внутри Blondie явно изменилась. Фрэнк Инфанте почти не появлялся в студии, хотя на том же Eat To The Beat он был соавтором песни «Victor». Он почти не привлекался к записи гитарных партий, а при работе над Autoamerican его привлекли к работе только для записи дополнительных наложений, поэтому музыкант даже не получил авторских отчислений.
Инфанте играл важную роль в концертной деятельности команды, но на данный момент она была приостановлена. «Дебби и Крис отстранились от дел группы, – позже утверждал Фрэнк. – Полагаю, Крису хотелось стать единственным гитаристом в группе. Тем более что между нами уже тогда было достаточно трений».
«Участники многих групп, придя к успеху, не могут справиться с раздувшимся эго и вступают в фазу конфликтов, – замечал ведущий передачи “TV Party” Гленн О’Брайен. – В старые добрые времена джаза в группе всегда был один лидер и его помощники. Но потом появились поп-группы. Да, Крис и Джимми писали песни, сам Стейн в какой-то степени играл роль музыкального директора, а Дебби – главной звезды. Фрэнки же с чего-то решил, что в группе демократия. Но я всегда считал и буду считать, что демократия и успешный коллектив – понятия несовместимые».
«Знали бы вы, как трудно удержать вместе компанию людей, следить, чтобы они не перессорились, не теряя при этом собственного достоинства, – говорила Дебби. – Это и без того трудная задача, но становится практически нерешаемой, когда возникает финансовый фактор. Деньги оказывают на группу дополнительное давление и вносят свою деструктивную роль. Представьте себе, что вы оказались в обстоятельствах, когда вокруг полно людей, делающих на вас деньги. От такого могут возникать навязчивые идеи, развиться паранойя. Вот что я имею в виду, говоря о том, что происходит в индустрии – очень трудно удержать вместе группу молодых людей и мотивировать их на сплоченную работу».
В Blondie, как и в большинстве музыкальных групп, существовала негласная иерархия. Фрэнк, как и Найджел Харрисон, не входил в первоначальный состав и потому находился внизу негласного табеля о рангах. Он конфликтовал с Дебби и Крисом гораздо чаще, чем Найджел, и вполне логично, что те считали его участие в длительных сессиях записи не таким уж и важным. Неудивительно, что Инфанте почувствовал себя выброшенным на обочину, тем более, что группа давно не давала концертов, а Крис, как он однажды высказался в интервью журналу «Rolling Stone», считал, что гастроли созданы «для идиотов».
«Мои слова неверно истолковали, – уточнял Стейн. – Я имел в виду, что если группа вынуждена постоянно гастролировать, значит, ей вроде как больше нечем зацепить средства массовой информации. Такие коллективы, как Kiss и Rush, вынуждены регулярно давать концерты только потому, что иначе не получают достаточного внимания прессы. Это не обязательно идиотизм, но у нас в Blondie другие методы. Нам кажется, что журналисты должны писать о музыке вне зависимости от сценической активности той или иной команды. В конце концов, для того они и существуют».
Впрочем, что касается прессы, ее чрезмерное внимание к Деборе переходило уже все мыслимые и немыслимые границы. «Уже никто не понимал, кто тут Blondie: группа или ее блондиночка», – поясняла она.
«Проблемы не было бы, будь Дебби парнем или все мы девушками. Конечно, это напрягало», – добавлял Крис.
«Довольно эгоистично быть частью группы, где образ создает один человек, а другие только пользуются плодами ее имиджа, – соглашался Джимми. – Дебби – лицо группы, но доходы распределяются между всеми. Иногда мне казалось несправедливым, что я сижу дома, клею пластиковые модельки, а она в Лос-Анджелесе дает девять интервью подряд. Но Дебби всегда хотела быть в центре внимания и совершенно справедливо заслужила свой звездный статус. Я знал правила игры с самого начала и поэтому я не чувствую себя обманутым, оказавшись на заднем плане».
«Каждому музыканту хочется думать, что люди приходят на концерты только ради него, – говорил Крис. – Если бы Дебби не была моей девушкой, я бы, возможно, разделял их чувства, но я провожу с ней очень много времени и смотрю на это иначе. Хочется думать, что я выше этого эгоистичного дерьма, хоть и трудно знать наверняка».
«Неудивительно, что коллектив, названный в честь блондинки, будет ассоциироваться в первую очередь с ней. Тем более, что именно на мне лежит ответственность за все промахи и ошибки группы. Было ли то или иное решение моей инициативой или нет, только меня будут винить, если что-то пойдет не так», – отметила Дебби.
«Внеурочная» деятельность помогала ей отдохнуть от повышенного внимания с одной стороны и незримого укора коллег по группе с другой. «Однажды ночью я долго не мог уснуть,
