Муртаза Мутаххари и Исламская революция в Иране - Исмагил Рустамович Гибадуллин

данного исследования не представляется возможным. Одной из причин, приблизивших начало революционных событий, было смягчение той репрессивной политики, которую режим Мохаммада Резы Пехлеви в течение долгих лет проводил в отношении оппозиции, в том числе сторонников Имама Хомейни среди шиитского духовенства Ирана, что возымело результатом появление у народа новых надежд и оживление общественно-политической жизни в стране. Тем не менее шахский режим стремился сохранить контроль над положением в обществе, применяя для этого различные меры. В то время как светской оппозиции, в первую очередь марксистам, была предоставлена относительная свобода, духовенство оставалось зажато в тисках тайной полиции и САВАК.

Осенью 1977 г. активизировались все политические силы страны, и духовенство также отреагировало на изменение общественно-политической атмосферы в Иране. После окончательного ухода из университета 3 сентября 1977 г. М. Мутаххари включился в работу по координации деятельности оппозиционного духовенства. В октябре-ноябре 1977 г. М. Мутаххари стал одним из учредителей Общества борющего духовенства Тегерана (Джаме’е-йе роуханият-е мобарез-е Техран). Прообразом данного общества послужило ранее уже созданное в 1963 г. М. Мутаххари Общество духовенства Тегерана, организованное как политическая партия, во главе которого стояли генеральный секретарь, президиум и учредительный совет. Эта структура, в которую, помимо М. Мутаххари, вошли и многие другие преданные Имаму Хомейни представители духовенства (С.М. Бе-хешти, М.Х. Бахонар, М.Р. Махдави Кани, М. Мофаттех, М.А. Шахабади, Ф. Махаллати и др.), превратилась в координационный центр исламского движения и просуществовала в такой роли до 1978-1979 гг., когда ее сменили Революционный совет и другие органы революционной власти. Создание данного общества было продиктовано необходимостью придать более четкие организационные формы исламскому движению, чтобы не допустить повторения горького опыта событий июня 1963 г.

По словам А.А. Рафсанджани, после переезда Хомейни в Париж (октябрь 1978 г.) квартира М. Мутаххари стала местом собраний основного ядра борющегося духовенства. Начиная с этого времени М. Мутаххари фактически являлся «чрезвычайным представителем» Хомейни, поддерживая с ним связь через третьих лиц. Он исполнял роль связующего звена между Хомейни и религиозными авторитетами Кума и Тегерана. М. Мутаххари стремился исправить тот заметный перекос, который особенно ощущался среди молодых семинаристов и студентов, признававших единственным духовным авторитетом Хомейни и критиковавших или пренебрежительно относившихся к другим моджтахидам (во многом из-за антиклерикальных настроений, заложенных трудами А. Шариати и подрывной работой ОМИН)[288].

Важным событием, способствовавшим дальнейшему росту оппозиционных настроений в религиозной среде, стала загадочная смерть старшего сына Имама Хомейни – Сейеда Мустафы Хомейни (ум. 23 октября 1977 г.), которая была воспринята аналогично смерти А. Шариати и увязывалась с деятельностью зарубежной резидентуры шахских спецслужб. М. Мутаххари выступил с инициативой отправки телеграммы с соболезнованиями по поводу «мученической смерти» С.М. Хомейни, а 26 ноября подготовил текст официального заявления тегеранских улемов о проведении церемонии траура в мечети «Арк», которая после долгого перерыва вновь стала местом собрания сторонников Имама Хомейни[289]. Хомейни передал свою благодарность за соболезнования через М. Мутаххари, с которым на тот момент он находился в постоянной переписке, справляясь у него о происходивших в ходе революции событиях[290].

Публикация 8 января 1978 г. статьи в государственной ежедневной газете «Эттелаат», в которой С.Р. Хомейни стал объектом неоправданной критики и оскорблений (авторство впоследствии было приписано самому шаху), послужила поводом к началу массовых демонстраций, которые повторялись с определенной периодичностью до конца 1978 г., с каждым разом набирая все большие обороты. Общество борющегося духовенства Тегерана, работой которого руководил М. Мутаххари, сыграло особую роль в организации демонстраций и наращивании масштабов борьбы. Оно осуществляло свою работу в основном путем издания коллективных заявлений ведущих религиозных деятелей Тегерана и Кума по поводу тех или иных событий, по большей части связанных с кровавым подавлением народных выступлений; а также путем организации и проведения массовых акций протеста.

10 января 1978 г. М. Мутаххари выразил протест по поводу вышеупомянутого оскорбления Имама Хомейни в газете «Эттелаат» и последовавшего за ним убийства мирных демонстрантов, вышедших на улицы в знак несогласия с этой статьей. Спустя сорок дней после указанного трагического события, в феврале 1978 г., тысячи людей вышли на улицы Тебриза и других иранских городов, соблюдая траур по мученикам, однако власти вновь отдали приказ открыть огонь по людям. Демонстрация была подавлена с применеием средств военной авиации, что вызвало колоссальные человеческие жертвы. 19 февраля 1978 г. М. Мутаххари подготовил по этому поводу письмо, подписанное 53 другими представителями духовенства, в котором подверг суровой критике действия шахского режима:

«Смелое предприятие великих улемов и достойного народа Тебриза, восставших по призыву марджа ат-так-лидов вместе со всем мусульманским народом Ирана для защиты святынь ислама и Корана, с целью проведения сорокового дня со дня смерти шахидов Кума, к величайшему сожалению, по вине агентов правящего режима превратилось в кровавую трагедию, принесло много жертв и потерь. Органы пропаганды стремятся извратить эту священную борьбу уважаемых улемов и гордого мусульманского народа Тебриза, хотят выставить все в выгодном им свете, однако сознательный народ Ирана знает о божественной сущности его борьбы и никогда не поддастся на обман лживых правительственных органов.

Мы выражаем свою скорбь по поводу этой катастрофы перед Господином нашего времени (Вали Аср), марджа ат-таклидами, улемами, скорбящими семьями, а также всей мусульманской нацией Ирана и всем мировым сообществом, надеемся, что усилия нашей решительной и бдительной нации под руководством улемов ислама и вместе с сотрудничеством всех братьев-мусульман будут продолжаться до победного конца, а повинные в этой трагедии преступники получат по заслугам»[291].

Ровно через сорок дней подобные события повторились во многих городах (Исфахан, Зенджан, Шираз, Мешхед, Иезд и т.д.). Во всех этих городах прошли траурные церемонии, а тегеранский базар был закрыт. На протяжении всей весны 1978 г. М. Мутаххари продолжал выпускать коллективные заявления духовенства Тегерана и Кума, в которых говорилось о совершаемых представителями власти убийствах, расстрелах, арестах, избиениях, обысках, угрозах, осквернениях мечетей, медресе и мавзолея Фатимы Масуме в Куме, униженном положении политзаключенных[292].

Коллективные заявления тегеранского духовенства, публиковавшиеся по инициативе М. Мутаххари и распространявшиеся большими тиражами по всему Ирану, были для многих иранцев главным источником информации о происходивших в стране событиях, так как государство через официальные каналы стремилось представить их в искаженном свете. Например, в них была разоблачена инициатива правительства по налаживанию общественного диалога, которая при этом сопровождалась созданием тесно связанных со спецслужбами тайных полутеррористических организаций «Комите-йе эгдам-е мели» (Комитет национального действия), «Горух-е зирзамини-йе энтегам» (Подпольная группа мести), «Ниру-йе пайдари» (Сила стойкости) и т.д. В соответствующем заявлении тегеранского духовенства эта инициатива шаха нашла следующее отражение: «…они забыли о том,