Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер
«Натура Патти Смит такова, что в ней всегда выражается дух соперничества, и потому она всегда смотрела на меня свысока, – замечает Дебби. – В отличие от меня, у нее мужской интеллектуальный подход к музыке и исполнительному мастерству. Когда я играла роль хористки Джуси Люси, я поймала себя на мысли, что музыка мне ближе актерства хотя бы потому, что в ней меньше рационального. До поры до времени рок-н-ролл считался исключительно мужским занятием, и мне кажется, что женщинам пора проявить себя в нем по полной. Не хочу звучать как ярая феминистка, но я всегда хотела показать своим примером нашу состоятельность и хоть немного изменить общественное сознание по отношению к женщинам. Так делала Дженис Джоплин, но ей пришлось принести себя в жертву. Всякий раз, выходя на сцену, она исходила кровью ради публики. Я к такому пока не готова».
Несмотря на то, что Дебора всегда отрицает личную неприязнь к Патти Смит, та, в свою очередь, даже не скрывает свое отношение к вокалистке Blondie. «Патти не согласилась бы с ней даже стоять на сцене», – утверждал Джимми.
«Сказать по правде, CBGB не так уж и отличался от других площадок, – утверждала Дебора. – Иногда у нас были удачные концерты, иногда – нет. Там крохотная сцена и очень длинный зал, поэтому трудно выставить хороший звук. Все дело в атмосфере, репутации и любви зрителей. CBGB – не место, а ощущение. С подачи Хилли Кристала, ты чувствовал себя свободным. Там было можно создавать, экспериментировать, получать опыт, реализовывать идеи и привлекать свою публику».
«Думаю, CBGB можно назвать американской версией “Cavern Club”[46], – размышлял Клем. – Здесь мы совершенствовались прямо на глазах у публики. Сложно придумать лучший способ учиться, чем выступления перед живой аудиторией. Многие начинающие музыканты постоянно репетируют на базах или дома, считая себя недостаточно готовыми для сцены. Но я убежден, что такой подход контрпродуктивен. Если ты намерен стать профессионалом, то обязан уметь подать себя, не нервничать и все такое прочее. Большинство таких ребят метят на место джазового виртуоза Дэйва Векла, не меньше, вместо того, чтобы выйти к публике и выдать хороший, приемлемый результат».
«Имидж нью-йоркского панк-движения не совпадал с реальным положением дел, – возражает Дебби Виктор Бокрис. – Вопреки популярному мнению, все его участники относились друг к другу с симпатией и участием. Когда таких как ты кот наплакал, хочешь-не хочешь, а будешь паинькой. Кроме того, нью-йоркская культурная среда всегда славилась чувством локтя. Если ты решался на смелый шаг, делал что-то из ряда вон, то обязательно получал поддержку. Дебби Харри – плоть от плоти дитя нью-йоркской тусовки и всегда была обласкана этим сообществом».
«Еще одной особенностью нью-йоркской сцены стало исключительное чувство юмора ее представителей. Именно юмор роднил между собой элементы местного андеграунда. Крис Стейн прекрасно владел этим качеством, и всякий раз, общаясь с ним, я едва ли не надрывал живот от хохота. Он часто подшучивал над комедийностью всего того, что окружало нас на Бауэри».
«Вспоминая прошлое, многие говорят о множестве замечательных групп, выступавших на сцене в то время, – подытоживает фотограф Боб Груен. – Но надо быть объективным: эти группы стали замечательными гораздо позже. Имея все шансы скатиться в серость, они становились хорошими».
В День святого Валентина 1976 года публика впервые увидела хорошую версию Blondie, когда им пришлось выступить перед искушенной публикой и любителями острых ощущений. «Думаю, тот концерт стал для нас отправной точкой, – вспоминала Дебби. – Мы весело отыграли концерт, получили превосходные отзывы, и я осталась довольна каждым из нас. Кажется, мы действительно сделали шаг в открывающиеся двери большого музыкального мира».
Глава 6
Балансируя на тонкой грани[47]
«Дебби была типичной американской девчонкой с тугим хвостиком, эдакая Барбарелла Роже Вадима[48] на максималках».
Игги Поп
Хоть Алану Бетроку и не хватило духу заступить на должность менеджера Blondie, по крайней мере, он рассказал о них читателям первого номера своего нового издания «New York Rocker», вышедшего в феврале 1976 года. Бетрок был твердо уверен, что артисты клуба CBGB достойны внимания, рекламы и возможности быть выделенными в отдельную категорию современной музыки. Помимо интервью с Blondie, увенчанного фотографией Дебби, раскинувшейся на коленях четырех патлатых парней, выпуск представил на суд читателя рассказы о The Ramones, The Talking Heads, Патти Смит, Milk ‘N’ Cookies и Уэйне Каунти. Заметку о The Heartbreakers под псевдонимом «Тереза Стерн» написал вскоре покинувший группу басист Ричард Хелл. Кроме того, здесь опубликовали интервью с Television и нарисованную от руки карту «The Stars Homes» – звездных резиденций хедлайнеров номера.
Джимми и Томми Винбрандт пообщались с Blondie в «новой коммунальной штаб-квартире группы на Бауэри», с их легкой руки описанной как «крепость одиночества»[49], «военизированный форпост… готовый к атаке на Нью-Йорк». В материале дан подробный сет-лист концерта Blondie 14 февраля в CBGB. Выступление открывала песня «Man Overboard», за которой следовали «Die Young, Stay Pretty», «Little Girl Lies» и «He Sure Works Hard (At Loving Me)». «Голос Дебби убаюкивает, дразнит и провоцирует. Публика у нее на крючке. Группа исполняет седьмую песню и переходит к финальной “I Wanna Be A Platinum Blonde”, дани уважения производителю краски для волос “Clairol”. “О, надеюсь, сегодня я не буду спать одна” (“Ooh, I hope I get laid”), – поет Дебби, обращаясь к судьбе. Мужская половина зала рыдает. Шоу подошло к концу».
Этот репортаж впервые отмечает эффект, который оказал на мужскую часть аудитории новый имидж Дебби. «Примерно в то же время я ходила на выступления Дебби в CBGB, – говорит Эльда Джентиле. – Мне кажется, тогда-то она и открыла в себе этот образ Блонди и училась с ним работать». Действительно, стоило газете Бетрока признать ее самым фотогеничным лицом новой сцены, как полная комплексов вокалистка стала гораздо увереннее в себе. «Поначалу я очень нервничала на концертах. В повседневной жизни я вполне уверена в себе и стараюсь быть оптимистом. Но, выходя на сцену, мне казалось, что случиться может что угодно, те же технические проблемы или что-то еще. Буквально тряслись коленки, – вспоминает Дебби. – Мне приходилось петь громче, лишь бы слышать себя».
Оказалось, что быть на сцене одной вокалисткой, а не в составе трио, куда тяжелее. «В одиночку мне пришлось
