В прошлый четверг я спас мир - Антье Хэрден
Наверняка там отнюдь не столь уютно, как здесь. Мне совершенно не хотелось никуда идти.
– Ты уже выпил чай? – заботливо осведомилась пожилая дама у Сандро.
Внезапно я почувствовал, как что-то влажное и тёплое стекает по моей спине. Сандро что, вылил свой замечательный чай мне за шиворот? Но почему?
Мысли внезапно спутались в голове.
– О да. Он очень вкусный. Можно мне ещё, пожалуйста?
Очаровательная старушка ласково улыбнулась и встала, чтобы подойти к очагу.
Она и правда проявила неслыханную заботу. Я знал ещё одну такую же замечательную старушку, но только не мог вспомнить её имя.
Сандро резко выдернул меня из кресла.
– Вперёд! Беги! – крикнул он и толкнул меня.
– Эй-эй-эй! – простонал я и остановился, покачиваясь.
– Прости, но я должен так поступить. – Сандро влепил мне пощёчину. И принялся снова толкать меня вперёд.
– Эй!
– Немедленно вернитесь! – прорычал мерзкий голос из комнаты позади нас.
Сандро схватил меня за руку и потащил за собой.
– Давай, Курт! Попробуй бежать!
– Ну, погодите! – закричала старуха. – Далеко вам не уйти!
Громкий треск эхом раскатился по тоннелю. Я обернулся и обомлел: старушка ловко схватилась за свисавшую с потолка цепь.
– Курт, смотри вперёд и переставляй ноги по очереди, – хрипел Сандро мне в ухо.
– Ха-ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха! – рокотала злобная старуха.
Затем что-то щёлкнуло, и свет в её комнате погас.
«Она закрыла дверь», – хотел было сказать я. Но у меня ничего не получилось, язык мне не подчинялся.
Мы бежали по тоннелю. Вдруг из темноты позади нас неожиданно раздалось жуткое клокотание.
– Что ещё такое? – закричал Сандро.
Но я не знал ответа. А если бы и имел о чём-то представление, то не смог бы ничего вспомнить и выговорить вслух.
Грохот нарастал. Мы попытались бежать быстрее, что было попросту невозможно. Вокруг сгустилась кромешная тьма, а ноги отказывались меня слушаться.
Но я, честно говоря, не слишком хорошо понимал, чего хочу. Откуда же это было знать моим ногам? Оглушительный шум и клокотание слышались уже прямо позади нас.
Ледяной поток воды нёсся по тоннелю.
И тут я обрёл голос.
– Помогите! – хором закричали мы с Сандро, когда нас поглотила и понесла стремительная волна.
В какой-то момент меня прижало водой к стене. В лёгких закончился воздух, и я захлебнулся. Изо всех сил я попытался оттолкнуться от стены, чтобы меня не раздавило, и пальцы нащупали что-то гладкое. Я ненадолго открыл глаза и увидел перед собой лицо существа, которое было изображено на фото вместе со старухой! Неужели в канализационном тоннеле тоже висел его снимок?
Но неожиданно я заметил, что вылупленные глаза существа шевелятся. С какой стати, почему? И меня осенило. Это не картинка. Лупоглазый стоял за стеклом! Значит, он настоящий? И теперь находился по ту сторону тоннеля и наблюдал, как мы тонем?
Но прежде чем я успел додумать мысль, вода понесла меня дальше. Я уже не знал, где верх, а где низ, где право и лево. И ничего не мог поделать. Я обхватил руками рюкзак и свернулся в клубок.
Либо мы захлебнёмся, либо нас разобьёт о камни. Я решил, что настал наш последний час, и перестал дышать.
Смыты водой
Мы, конечно, не погибли. Иначе как бы я вам рассказывал эту историю? Нас бесконечно крутило, швыряло и мотало в ледяной воде, как в стиральной машине. Но внезапно тряска прекратилась.
Я почувствовал, что лежу на чём-то мягком. Вокруг была кромешная тьма. Зато я мог чётко мыслить. А потом я уловил какое-то постукивание.
Некоторое время спустя я понял, что это стучат мои зубы. Я ужасно замёрз.
– Ты жив? – спросил Сандро откуда-то из-под меня.
– Я пока не понял. Но, возможно, да, – ответил я и сполз с Сандро.
– Как здорово, что мы надели шлемы и упаковали вещи в герметичные мешки, – сказал Сандро.
Я услышал шорох, затем зажёгся свет. Сандро включил фонарик.
– Ты не пострадал? – спросил Сандро и осветил меня с ног до головы.
Я медленно пошевелил головой, руками и ногами. Судя по ощущениям, я был цел.
– Думаю, нет. Но я потерял очки, – ответил я и опять громко застучал зубами. – Больше я ничего не смогу толком рассмотреть.
Сандро сунул руку в мой шлем и что-то достал.
– Вот они. Попали в шлем и застряли.
Я с благодарностью нацепил очки на нос.
– Мне жутко холодно, – хлюпая носом, пожаловался я.
– Ты же взял свитер Принцессы. Проверь, может, он не промок, – предложил Сандро.
И я запоздало понял, что до сих пор прижимаю к груди рюкзак, как спасательный круг.
– Точно, – ответил я и немного расслабился. Но мне сразу же стало ещё холоднее.
Дрожащими пальцами я открыл водонепроницаемый пакет внутри рюкзака. Свитер, к счастью, оказался сухим.
Я снял мокрую толстовку и надел сухой розовый свитер. Он оказался весьма длинным.
Принцесса была очень высокой. Или это я был низким.
– А ты? Ты тоже насквозь промок, – сказал я Сандро.
– Ничего страшного. Я никогда не болею. К тому же тебе явно хуже, чем мне. Ты ведь пил тот чай. Он сейчас действует?
И я тотчас почувствовал, как болит моя голова.
– Башка гудит, как осиный улей. Или как отбойный молоток. Или как всё одновременно, – простонал я.
– Бедняга, – заметил Сандро.
– А куда мы вообще попали? – спросил я и огляделся.
– Не знаю. Зато могу показать, откуда мы сюда попали.
Сандро посветил на трёхметровый потолок. В нём находилось отверстие, из которого лилась струйка воды.
– Мы что, упали? – удивился я.
Я не боюсь высоты. Но не помнил, чтобы мы оттуда падали. Это меня испугало.
– Ну… – начал Сандро, – правильнее было бы сказать, что нас смыло.
– Поэтому мы живы, – пробормотал я, а затем меня затрясло.
– Да. Вода очень быстро ушла сквозь трещины в стенах, иначе мы бы захлебнулись.
Свет фонарика высветил дверцу в конце узкого помещения, схожего с пещерой.
– Вот единственный выход отсюда, – сообщил Сандро. – Наверх нам точно не взобраться.
– Будем надеяться, что дверь не заперта, – прошептал я взволнованно.
– Если она заперта, мы умрём с голода, – произнёс Сандро.
– Жалкий конец, – подтвердил я.
– Но дверь совершенно точно должна быть открыта.
– Но она может оказаться и закрытой, – возразил я.
– Может, но не должна.
– Точно.
С этими словами мы надели рюкзаки на плечи и направились к дверце.
– Если нам понадобится чётное количество шагов, чтобы дойти, она будет открыта, – пробормотал




