Кровь служанки - Алеся Кузнецова
Эва прислонилась спиной к коре дерева и наконец подняла на Федора глаза. Он присел на груду камней под грушей и, смахивая капли воды с непослушных темных волос, стал водить пальцем по камню.
– Смотри, – он смахнул с шероховатой поверхности камня сорванные ветром листья, – здесь маленький лев, совсем затерся от времени, но все еще различим. Ты это видела?
– Нет… я особо не осматривалась здесь в прошлый раз. Но не удивлена. Львы здесь повсюду. Просто фетиш какой-то. Что за блажь – завести живого льва в доме. Не думаю, что сюда было просто найти работников.
Она подошла ближе и наклонилась к камню, стараясь рассмотреть контур. Лев был такой же, как везде в замке, как на ее кулоне, как на выпавшем со стола мужа рисунке в их лионской квартире и как на копиях у Виктора Карловича.
– Одна сплошная загадка. Ты веришь, что его действительно убили? Историка… Виктора Карловича.
– Эва, я думаю, что он оказался здесь не случайно.
– Но ты ведь сам говорил, что … Подожди… Он, как и все мы, оказался здесь случайно. Из-за урагана. И не было никаких признаков насильственной смерти. Вдруг он просто умер? Так ведь тоже бывает.
– Я склоняюсь к тому, что его убили. И что убийца все еще здесь. И что Савицкий, каким бы неприятным он мне ни казался, знает больше, чем нам рассказывает. Он все верно понял. И поэтому замок по сути в оцеплении, а среди леса курсируют милицейские машины.
Эва почувствовала, как холод скользнул по позвоночнику:
– А если ночью я видела убийцу? Преследовала его.
– Ох уж эти женщины, – вздохнул Федор. – Вот как можно было в таком состоянии ночью, в незнакомом замке, после убийства, рвануть за непонятным мужиком? Эва, ну нельзя быть такой беспечной. Или отчаянной.
– Я не осознавала, что делаю в тот момент. Мне было просто очень плохо. А потом я увидела незнакомца, и больше ни о чем не могла думать.
– Звучит как сцена из мыльного романа, – ухмыльнулся Федор.
– Только без рекламных пауз и дублерши для опасных сцен. И музыка была не то, чтобы сильно романтическая.
– Она была скорее терапевтическая. Ты находилась в таком состоянии, что мне показалось правильнее не показывать, что я тебя вижу.
– Ты не мог со своего места меня увидеть.
– Значит почувствовал.
– Там мог быть кто угодно. Ты не мог знать, что это я.
– На эту музыку всегда приходишь только ты.
– Правда? У меня вообще странная связь с этим замком. Не только с музыкой.
– Я заметил. Эва. Покажи свой кулон.
Она достала цепочку из-под свитера и раскрыла замочек. Теперь они оба смотрели на льва с разноцветными глазами в ее руке.
– Он почти идентичен со всеми львами, которые встречались в этой истории.
– А что, если ты тоже здесь оказалась не случайно?
– Федор, не включай в себе Савицкого. Это его прерогатива предполагать, что все мы вызвали ураган, чтобы беспрепятственно и случайно проникнуть в замок.
– Он прав. По крайней мере в отношении меня.
– Что?!
– Я несколько раз отказывался от приглашения Яромира Петровича. А потом сам написал ему, что хочу приехать работать. Я приехал не случайно.
Эва смотрела на него, не отводя взгляд и боясь услышать сейчас какое-то страшное признание. Ветер шевелил мокрые ветви, по лицу обоих стекали капли и нельзя было понять – это дождь или что-то другое.
– Помнишь историю про управляющего замком, который влюбился в жену хозяина? – Федор не отводил от нее взгляда и она не понимала почему он начал так издалека.
– Очень красивая и печальная история.
– Только если она тебя не касается, и ты не живешь с этим клеймом с самого детства.
– Каким клеймом? Федор… я не понимаю
– Не важно, – кивнул он. – В каждой семье есть свои скелеты в шкафу. У того управляющего ведь где-то осталась жена и дети. А он здесь страдал по умирающей Марии Амброжевской.
– Не может быть… Это же легенда… – глаза Эвы округлились и дыхание стало неровным от волнения.
Она вдруг выдохнула: – Хочешь сказать, что ты потомок любовника хозяйки замка?
Она тут же прикусила губу:
– Прости… Я не то хотела сказать.
Федор грустно усмехнулся, и она отметила как поднялись уголки его губ, но в глазах мелькнула тень.
– Предков не выбирают. И не всегда они украшают фамилию. Бывает и наоборот.
– Да, но… это же потрясающе. Такое совпадение. Или не совпадение. – Эва запуталась в словах, как ребенок, который слишком быстро заговорил. – Но я представляю, каково было его жене…
– Спасибо, теперь я чувствую себя еще лучше, – сухо заметил Федор, но губы дрогнули.
– Я правда не хотела тебя задеть. Просто у меня странное чувство: будто ты и рассказываешь не про прадеда, а про себя.
– Нет, – на сей раз Федор громко рассмеялся. – Ну уж нет, дудки. Тут я абсолютно чист. В нашей семье ты не представляешь как теперь следят за честью и репутацией. Думаю и родителям удалось сохранить идеальный брак в чем-то из страха стать такими, как он.
– Идеальных не бывает.
– Ты говоришь так, потому что не знаешь моих родителей.
– Наверное, – кивнула Эва. – Хотя, судя по тому, как ты сказал, они прямо пытаются доказать, что их любовь правильнее чужой.
Федор поднял брови:
– Это что, психологический тест?
– Прости, – она смутилась. – Сама себя последнее время не узнаю. Прости, правда… Это бестактно. Иногда у меня язык быстрее мозга работает.
– Тебе просто сложно принять, что бывают настоящие семьи после того, как поступил твой муж.
– Наверное, Арно просто влюбился и не смог противостоять чувствам, а она.., понятное дело, только подогревала этот интерес.
– Забавно, – сказал Федор, глядя в землю. – Ты говоришь о предательстве, как о погоде.
– А что мне остается? – Эва подняла глаза. – Кричать, рвать волосы? Я уже прошла этот этап. Вот, спроси у груши, она слышала, – Эва подняла глаза и позволила капле дождя скатиться с листьев на шею.
– Неужели простила?
– Нет, просто
