Собор темных тайн - Клио Кертику

– Конечно, – ответил пресвитер и еще некоторое время смотрел Лиаму в глаза.

Затем Лиам с облегчением коснулся первого листа и замер, пытаясь как бы заранее прочувствовать то, что он должен был узнать.

* * *

Отец Ланс (думаю, теперь и мы будем называть его подобным образом) не сразу понял, о чем говорят мальчики. Это было естественно, если учесть то, как изъяснялся Жан Пьер.

Все было иначе, чем представлялось ему самому, и смысла в их поступке было гораздо больше, чем он подозревал. Хоть они в силу своей незрелости и отсутствия многих знаний не смогли собрать воедино всю картину, они получили важные сведения, которые могли сослужить хорошую службу для обладающих большей властью, например для отца Ланса.

Благодаря спокойному разговору и более подробным объяснениям ему удалось понять, о чем идет речь.

Для него это не стало новостью, учитывая то, во что его уже собирались вовлечь. На встрече, на которой присутствовал еще и аббат Мартин, ему четко разъяснили ситуацию. Видите ли, я не могу выражаться в некоторых фрагментах более точно, ввиду своих интересов. Думаю, вы уже догадались, что не все написанное здесь принадлежит руке Кензи, хотя бы потому, что не при всех перечисленных в книге событиях он был свидетелем, но о славном малом позже. В узких кругах я известен как Фергюс, в широких же мне приходится существовать под другим именем, но и обо мне позже.

Отец Ланс, пораженный тем, что все достигло таких масштабов, понял, что нужно действовать. Он поставил себе четкую цель узнать причины возникновения некоего общества, о котором до сих пор ничего не знал. Пресвитера и сейчас интересовало, был ли в курсе этого епископ, и если да, то каким образом он сам так долго оставался в неведении?

Чтобы не пугать учеников, он успокоил их, прибегнув к легкому обману, но сам посвятил этому расследованию практически все последующие годы своей жизни. О том, что хранится в соборе, он узнал сильно позже. В те времена эта тайна еще не обрела той власти и величия, которой достигла сейчас.

Став пресвитером, Жан Пьер и не догадывался, что система, в которую теперь попал, была создана его собственными руками и руками его товарищей, что благодаря их расследованию отец Ланс заинтересовался этой темой.

Скажу проще: им удалось отвести от отца Ланса невзгоды, но в остальном они привлекли его к общей миссии. Благодаря отцу Лансу они организовали сеть, которая распространила свое влияние за границы Руана. По нашим источникам, во времена студенчества Кензи она уже достигала Парижа.

Отец Ланс сделал эту сеть официальной, и Жану Пьеру досталась роль его последователя. Жан Пьер не знал, что стоял во главе огромной паутины, в центре которой находилась волшебная реликвия – камень. Я думаю, что пресвитеру даже не было известно, где именно он хранится.

К сожалению, прочитав его рукопись, Жан Пьер не поймет всего этого, так как отец Ланс сам этого не понимал.

Он поймет только то, что существует некое общество. Общество, которое хранит камень. Его также называют «Марсовый камень».

В девятьсот восемьдесят шестом году человек, знакомый нам из источников как Н., привез на свою родину в Руан oeil de l'univers[52]. Так во французских источниках называют этот камень. Мы так и не узнали, кем был этот человек, но, судя по доступной информации, он один из тех, кто решил отделиться от Гластонбери и основать свою секту поклонения этой реликвии, а затем выкрал камень. Нам неизвестно также, насколько это было просто или тяжело сделать, насколько эта информация была тайной за пределами узких кругов в тот период времени. Если копнуть дальше, то выяснится, что в шестьдесят четвертом году нашей эры Иосиф Аримафейский прибыл в Гластонбери с этим камнем и создал там аббатство. Он отправился в Британию из Галлии вместе с несколькими спутниками после путешествия на север с апостолом Филиппом.

Мы не знаем также, как именно попал камень в их руки, но, по преданию, паломники нашли его в пустыне Сахаре еще до нашей эры. Они чтили этот камень потому, что верили, будто он исполнял желания, давал человеку право на бесконечную власть и могущество. Паломники и люди тех времен считали, что этот камень пришел к нам из другого мира, – я полагаю, им мог быть осколок метеорита.

К Марсовому камню нельзя было прикасаться, так как, если верить легендам, к этому был готов далеко не каждый: алчные люди, движимые жаждой наживы, потерянные души после контакта с сокровищем должны были запутаться еще больше. Некоторые, по легенде, даже сходили с ума. Могу сказать только то, что все это правда, я сам стал свидетелем этого ужаса – когда люди, прикоснувшиеся к камню, сходили с ума, впадали в прострацию или обезумевали.

Более ранние сведения о камне нам найти не удалось. Как он оказался в пустыне и к какому метеориту принадлежал этот кусочек – нам неизвестно до сих пор, но я полагаю, мы выясним, потому что этого хотим.

По уже известным нам данным, возраст метеорита составляет около 4,5 млрд лет, в составе его – марсианская брекчия из спрессованных фрагментов различных горных пород, главным образом базальта с вкраплениями циркона, алюминия и натрия. На вид он глубокого черного цвета с рельефной, будто чешуйчатой поверхностью, на которой можно увидеть вкрапления золотистых, светящихся кусочков неизвестной нам породы. Размером с мой кулак, и когда я увидел его в первый раз, мне сразу стало очевидно, что он не является порождением нашей планеты. Он выглядит крайне чужеродно даже для такого обывателя, как я.

Лиама же ужаснул не факт его существования, а то, из-за чего он оброс такими слухами. Лиама пугало, что есть угроза разрастания этого дальше – угроза появления обществ, охотящихся за сокровищами, желающих заполучить камень, исполняющий все желания.

Он действительно исполняет их, но так ли важно, если человек может воплотить свои мечты в жизнь сам? Люди, по моему мнению, делятся на два типа: тех, кто, как Лиам, познают истину в лоб, ищут подтвержденных фактов, материальных доказательств чуда, и тех, кто, как Эдит, нащупывают знание с помощью чувств, тех, кому не нужны камни для того, чтобы понять свою уникальность. И кто знает, у кого получается достичь истины быстрее.

Люди превозносят камень, пришедший к нам откуда-то из космоса, столетиями ищут его, чтобы, увидев и прикоснувшись к его шероховатой поверхности, испытать катарсис, но