Долгие северные ночи - Влада Ольховская
– Тебя не предупреждали, что, когда ты становишься типичным суперзлодеем из комиксов, тебе уже нельзя рассуждать о счастье?
– Обижаешь – я же мать! А еще я вижу, что это раздражает тебя больше, чем любые шуточки, и меня это устраивает. Так частенько бывает с правдой.
Таиса лишь неопределенно пожала плечами. Соглашаться с Ксаной она считала ниже своего достоинства, а спорить в этот раз было сложновато, потому что Ксана задела нужную струну.
Хотя это несложно, грамотному психологу достаточно было знать о прошлом Таисы, чтобы все выяснить. Частые перемены места работы. Романы и разводы. Кто-то считал, что она металась… и был прав. А она просто пыталась понять себя и видела, что многие ее осуждают, потому что сами через подобное не проходили.
Но она все-таки нашла свое место! Когда она стала ученицей Форсова, у нее наконец-то появилось чувство, что она там, где надо, больше никуда бежать не придется. Да она не только в отношении карьеры поняла, чего хочет… Просто с остальным было намного сложнее.
– Знаешь, почему почти все боятся холодного сезона? – снова подала голос Ксана.
– Потому что их запирают в доме с какой-то беременной бабой, которая даже трезвая уболтает любого алкаша?
– Потешно пошутила. В наказание я расскажу. Когда день длится дольше ночи, да и ночь теплая и не так уж сильно отличается от дня, есть на что отвлечься. Хочешь – плавай в луже, хочешь, люби кого-нибудь в кустах сирени!
– Типичные летние занятия.
– Разве нет? А вот когда ночи становятся долгими, игнорировать их сложнее. Темнеет все раньше, ты больше не собираешься вместе с теми, кто тоже рвется жить только настоящим… Ты остаешься наедине со своей душой, и она требует от тебя ответов на вопросы, которые ты не решался себе задать. Внутренняя тишина – она ведь страшная, да? Напоминает обо всех твоих ошибках и обо всем, на что ты не решилась. И ты пытаешься заглушить ее, забросать дорогими шмотками, закопать под дипломами и медалями… Но ты не сможешь, потому что на севере ночи долгие, и однажды тебе придется держать ответ перед собой настоящей за все, что ты сделала и не сделала.
Голос Ксаны звучал мягко, почти напевно. Без фанатичного надрыва, и именно это спасало его от излишка пафоса. Хотя стоило ли ожидать меньшего от психолога ее уровня? И манипулятора, это тоже важно.
Таиса прекрасно помнила, кто рядом с ней, и доверять не собиралась, но все равно заслушалась. Так что она была особенно благодарна раздавшемуся из прихожей щелчку – похоже, кто-то из других учеников наконец вернулся.
Она поспешила подняться и включить свет, чтобы не пришлось объясняться за затянувшуюся темноту. Хотя вряд ли Матвей заметил бы это, он выглядел задумчивым, настороженным даже.
– Визит пошел не по плану? – догадалась Таиса.
– По большей части – по плану, но в одном случае все не совсем понятно… Я не знаю, где Кристина Гримова, а ее муж ведет себя так, будто все в норме. Не понимаю, зачем ему это.
– Кристинка? – Ксана подошла поближе. – Это которая собакой подъеденная?
– В твоем мире – да, – холодно ответил Матвей.
– Тогда можешь не гадать. Ее драгоценный Егор – нарцисс-манипулятор. Даже если она пропала, а он действительно встревожен, он бы не сказал тебе, потому что он ни в чем не должен уступать альфа-самцу, появившемуся в пределах видимости. Как и все неуверенные в себе мудаки, он ревнует жену к любому предмету крупнее наперстка.
– Его отношение ко мне я еще могу понять. Но он не подал и заявление в полицию – я проверял.
– А когда Кристину видели в последний раз? Люди, а не Егор.
– В пятницу.
– Ну и все, – уверенно заявила Ксана. – Он выдерживает нужный срок в надежде, что она вернется сама. Может, и вернется. Но вряд ли.
– Почему? – удивилась Таиса. – Я этого Егора не знаю, но мне ваших реплик достаточно, чтобы понять: Кристина вполне могла захотеть от него отдохнуть.
– Нормальный человек захотел бы, – уточнила Ксана. – Но нормальный человек с ним давно бы развелся. А у Кристины болезненная созависимость, она посвятила половину своей жизни уходу за мужем, который не нуждается в уходе, компенсировав этим оставленную Фабрикой травму.
– Откуда ты столько знаешь о ней? – спросил Матвей.
– Я следила за некоторыми из наших – теми, кто послабее.
– Список тех, кого ты могла при необходимости использовать? – усмехнулась Таиса.
Но Ксана выдержала ее взгляд совершенно спокойно:
– Да. Это как раз он и был.
– Ну ты и…
– Она знает, кто она такая, и даже гордится этим, – прервал Матвей. – А нам, полагаю, нужно сосредоточиться на Кристине, потому что ее молчание мне катастрофически не нравится.
Таисе оно тоже не нравилось, и она была согласна сосредоточиться на Кристине – они просто не успели. Они даже прихожую не покинули, когда в дом ворвался радостный Гарик и с порога объявил:
– Короче, я все порешал! Сегодня одному владельцу клуба будет очень весело! Собственно, весело ему прямо сейчас, а когда все закончится, придется действовать нам – и действовать очень быстро!
– Что ты сделал? – насторожился Матвей.
Гарик отмалчиваться не стал, но Таиса прекрасно знала это его состояние: ему отчаянно хотелось рассказать. Поэтому он пусть и несколько сбивчиво, но в целом понятно объяснил, как простая слежка, которую ему поручили, перешла в диверсию.
Таиса была согласна с его догадками о том, что Денис Лесов ведет параллельный бизнес втайне от жены. Вечеринка явно была не исключительным, а типичным событием. И профайлеры, изучая эту сторону жизни Лесова, могли узнать много нового о нем…
Но узнать постепенно, аккуратно, а это не в стиле Гарика. Поэтому он решил создать для Лесова кризис и заставить бизнесмена реагировать. Он не стал скрывать следы своего присутствия в тайном зале, он сделал их демонстративными. Он понимал: об этом сообщат Денису, и он, уже нервничающий, будет вынужден срочно отменить вечеринку. Это явно удар, которого он не ждал, при таком раскладе легко наделать ошибок…
– А вдруг не отменит? –
