Новогодний детектив. (Не)выдуманные истории - Виктор Динас
— А ты сам как думаешь? — тихо спросил он.
Мишка помолчал.
— Я думаю, что Оксанке ты сказал, что вы меня убьете — свидетель вам ни к чему. Она должна была меня ранить, а ты якобы был намерен добить меня из ее же пистолета. Но у тебя оказался свой план — убивать меня ты не собирался. Ты вообще никого убивать не собирался. Руки в крови запачкать должен был я. Только Оксана этого не знала, потому и оторопела, когда под ее пулю бросился ты. «Так не должно было быть», — вот что она хотела мне сказать. Бедная девчонка думала, что вы получите целый ворох валюты, которого вам хватит на счастливую жизнь. Сумма обмена была для всех тайной, так что ты смело мог назвать хоть миллион долларов — она и тысячи-то никогда не видела.
— По-твоему, выходит, что я хотел ограбить шефа, но потом передумал?
— Понимаешь, так получается, что все зациклились на валюте. Но в реальности деньги оказались ни при чем. То есть, конечно, не деньги вообще, а конкретно этот дипломат. Твоей настоящей целью была смерть Оксанки.
— Ха! Зачем мне ее убивать?
Мишка помолчал. Тут он ступал на зыбкую почву предположений. Доказательств у него не было никаких. И он понимал, что никуда с этой историей пойти не сможет — никто ему не поверит, даже шеф.
— Это и есть страшная сказка. Не знаю, прав ли я, но боюсь, что прав или близок к этому. Допустим, когда мы начали здесь работать, ты задумался, как бы поживиться, но так, чтобы не быть пойманным. И ты нашел себе сообщников: искренне благодарного тебе сослуживца и девушку — красивую, но из простой семьи. Эти двое пошли бы за тобой в огонь и в воду. Не знаю почему, но меня ты в вашу компанию не пригласил. И вот ты знакомишься с дочерью по-настоящему богатого человека, начинаешь встречаться с ней, попадаешь к нему в дом. Там ты можешь получать информацию, подслушивать, да и невеста то и дело приносит новости на хвосте. Перед Новым годом оборот денег всегда увеличивается, особенно если некоторые люди владеют информацией о грядущих реформах. И можно под праздники провернуть несколько дел, а после Нового года на время затихнуть. Андрюха, наверное, во вкус вошел, а Оксанка верила, что вас с ней ждет долгая совместная жизнь. Однако ты намеревался закончить отношения с секретаршей навсегда. Тебя поманила другая жизнь, и ты твердо решил жениться на Алине, стать правой рукой ее отца. Андрюха бы это скушал, куда ему деваться. А вот Оксана — нет. Ты мог ей пудрить мозги — говорить, что поддерживаешь отношения с Алиной только ради ценных сведений, а жениться на ней не собираешься. Но рано или поздно она бы все поняла.
— Хочешь сказать, что я задумал ее убить?
— Не просто убить, а моими руками. Ты все рассчитал и всеми манипулировал. Тебе обязательно надо было встретиться с сообщниками после банкета. Андрюха и Оксанка вчера пошумели на очередном налете, а ты весь вечер был в ресторане на глазах у множества людей. Но вам надо было ночью кое-что обсудить. Потом пришлось Андрюху напоить, чтобы под ногами не мешался. Ты его даже домой доставил, чтобы ничего с ним не случилось! Конечно, тебе тоже пришлось немного выпить, но ты перебил запах спиртного луком и чесноком — все ведь знают, что ты не пьешь. Прихрамывал передо мной, чтобы я вспомнил, чем тебе обязан, чтобы у меня сработал рефлекс в нужный момент. Вот такая страшная сказочка.
— Ужас какой! — Витька довольно реалистично изобразил это чувство. — И выхожу я у тебя каким-то чудовищем.
— Так и есть. Ты — чудовище, которое красавицу принесло в жертву.
Мишка встал и подхватил куртку.
— Как странно! Шеф оказался прав: наводчиком мог стать или он, или твой будущий тесть. И тестя любой нормальный человек исключил бы сразу. А ведь именно он и стал невольным наводчиком! Я подумал, что одному человеку он все-таки должен был рассказать об обмене — тому, кого там ждали. Меня ведь дальше крыльца не пустили, а ты сразу прошел в дом. Значит, хозяин тебя знал? Вот почему с утра Оксанка пошла на скандал с шефом: ей уже можно было сжигать мосты — вы успели договориться. И только ты мог ее так настроить. Я знаю, что обязан тебе жизнью, но смерть Оксанки простить не смогу.
Мишка пошел к двери. Витька приподнялся на кровати.
— Стой! Ты даже не представляешь, что нас ждет! Прикинь, ничего из того, что нас сейчас окружает, не будет! Страна станет другой! Появятся такие возможности — мы сможем ворочать делами, которые нам даже не снились! Ты, я и Андрюха — три мушкетера, а перед нами целый мир!
Витька еще что-то кричал вслед другу, но Мишка уже не слушал. Он шел по коридору больницы под бой курантов, вступая в новый год и в новую жизнь. А мысль в голове крутилась совсем не эпохальная: не быть ему дружком у Витьки на свадьбе.
Елена Шерман
Чудо в решете
После долгих недель пасмурной погоды утром 31 декабря наконец-то засияло солнце, и в его лучах зимний мир настолько преобразился, что Игорь Иванович уступил инстинкту фотографа и около девяти, соответствующе одетый и экипированный, выехал из города на своем немолодом «форде». К пяти он намеревался вернуться домой, пообедать, отдохнуть, а к девяти вечера отправиться в ресторан и встретить Новый год в компании старых друзей.
Натурные съемки его не разочаровали, а когда он остановил машину у озера — главного украшения заповедника и конечного пункта поездки, то и вовсе замер в восхищении. Абсолютно круглый водоем сиял, как драгоценный камень светло-голубого цвета, брошенный природой в белый бархат снегов. Проваливаясь чуть ли не по колено в снег, он подошел к берегу, но успел сделать лишь несколько снимков — и солнце исчезло. Сияние зимы померкло: бриллианты и жемчуга превратились в стекляшки, бархат — в холстину. Игорь Иванович глянул на часы: без четверти три, слишком рано даже для зимнего заката. Он поднял голову и испытал разочарование, знакомое многим фотографам: небо все сильнее затягивало тучами. Ему ничто не мешало вернуться сюда после праздников, в любой солнечный день, но настроение ощутимо подпортилось. Игорь Иванович попробовал снимать при пасмурном освещении — не то.
Бросив прощальный взгляд на озеро, он побрел к машине.
