Долгие северные ночи - Влада Ольховская
– Форсов знает о том, что здесь творится? – поинтересовался Гарик.
– Нет. И вы тоже не знаете. Если вы думаете, что я, увидев Ксану, бросился к ней с объятиями, то напрасно. Я хотел видеть ее здесь не больше, чем вы.
– Так почему она все еще один цельный кусок? – простонал Гарик. – У тебя в гараже пила, я сам ее там оставил!
– Я все слышу! – донеслось из гостиной.
– Хорошо, в этом и смысл!
– Ксана нашла аргументы, заставившие меня преодолеть целый ряд собственных желаний и оставить ее здесь. Думаю, нам всем лучше собраться в одной комнате и не тратить время на лишнее.
– Но обслуживать-то ее зачем? – Таиса покосилась на чай. – Если это, конечно, не цианид…
– Увидишь.
Они последовали за ним в гостиную. Ксана как раз расположилась в кресле напротив входа, откинула плед, в который куталась раньше, устроилась так, чтобы разве что слепой не заметил в первые три секунды: она беременна. Месяц пятый-шестой, насколько мог разглядеть Гарик.
Матвей поставил перед ней чашку и отошел, священного трепета он явно не испытывал, хотя порой уровень его порядочности приносил проблемы.
– Поняли уже, да? – с невинным видом осведомилась Ксана. – От него, разумеется. Поэтому он ничего не может мне сделать, да и вам не позволит.
– Да и я буду тобой только восхищаться, – тут же отреагировала Таиса. – Учитывая, что вы последний раз виделись год назад, это ж насколько крепко ноги нужно сжимать, чтобы до сих пор не разродиться!
– Детеныш просто медленно развивается, потому что весь в мать, – подсказал Гарик.
– Хватит, – прервал Матвей. – И это относится ко всем. Ксана, я готов придерживаться минимальной вежливости из-за того, что ты мне рассказала. Но как только проблема будет решена, ты отправишься либо прочь из страны, либо за решетку. Доказательная база для этого уже собрана. Только из-за твоего положения тюрьма не стала единственным возможным вариантом, но это вовсе не означает, что мне приятно твое общество. Или ты предпочтешь справляться сама?
Ксана наконец прекратила ухмыляться, и это стало для Гарика лучшим доказательством: что бы ни прищемило ей хвост, дело действительно серьезное. Ну а потом она удосужилась заговорить по существу, и всепрощение Матвея обрело хоть какой-то смысл.
После того, что случилось год назад, Ксана быстро побросала в чемодан свои монатки и удрала из страны. Дальше она могла названивать профайлерам, да той же Таисе, и угрожающе шипеть в трубку. Однако никто ее не боялся, Таиса вообще прямым текстом посылала, и Ксана угомонилась. Она была достаточно умна, чтобы не планировать возвращение всерьез. Месть ее привлекала – но ровно до того момента, когда ради этой самой мести нужно было жертвовать своими интересами.
В остальном же Ксана устроилась неплохо. Она была умна и великолепно образована, она владела несколькими иностранными языками, да и бежала она с внушительной жировой прослойкой – зарубежными счетами и уютной маленькой косметичкой наличных. Некоторое время Ксана помоталась по Европе, примеряя на себя разные страны, потом решила, что осень лучше провести во Франции.
С ее талантом к психологии она никогда не оставалась без работы и покровителей. Поэтому у нее не заканчивались деньги и очень быстро появлялись влиятельные друзья. Правда, отношения и уж тем более беременность она не планировала. Но когда все случилось, Ксана сразу решила, что оставит ребенка. Почему нет? Ее носило по жизни, как опавший лист, у нее не было ни миссии, ни мало-мальски значимых целей. Рождение ребенка могло придать тому балагану, в который она превратила свою жизнь, хоть какой-то смысл.
Правда, врагов у нее от этого меньше не стало, и далеко не все они умилились бы округлившимся животиком. Поэтому Ксана стала уделять повышенное внимание безопасности, она использовала несколько систем сигнализации. Если она уходила из дома, она никогда не возвращалась туда просто так, сначала она использовала скрытые камеры, чтобы проверить, не поджидает ли ее внутри кто-нибудь малоприятный.
По большей части ее жизнь текла тихо и мирно, подстраховка с камерами казалась излишней. Но осторожная Ксана знала, что иногда осечка бывает только одна, и не собиралась расслабляться. Именно камеры однажды предупредили ее, что дома появились трое рослых чернокожих мужчин, которых она знать не знала. Эти трое отключили основную сигнализацию, перерыли личные вещи Ксаны, однако уходить определенно не собирались, они ждали возвращения хозяйки – и явно не ради приятной беседы.
Ксана могла бы просто вызвать полицию, однако она была не настолько милосердна. Она воспользовалась покровительством местного преступника, упросила его направить в квартиру своих головорезов. Так что трое чернокожих мужчин живыми уже не вышли…
– И ты даже не подумала выяснить, кто их тебе подкинул? – удивился Гарик.
– Не нужно опускать меня на свой интеллектуальный уровень, – хмыкнула Ксана. – Разумеется, им задали этот вопрос. Причем задали так, что они не могли не ответить. Но это скорее на всякий случай… Тот, кто их нанял, действовал через посредников, он и не позволил бы исполнителям узнать свое имя.
Такой подход означал, что на Ксану объявил охоту не обиженный любовник и не недовольный клиент, а кто-то куда более серьезный. Только вот она не подозревала, кто именно. Это настораживало само по себе: Ксана старалась очень внимательно следить за своим окружением, особенно за теми, кто способен причинить ей реальный вред.
– Я даже подозревала вас, – признала она. – Но потом решила, что для вас это слишком…
– В какой момент тебя потянуло обратно в Россию? – уточнил Матвей. – Не самый типичный шаг для тебя.
– Обстоятельства! – Ксана указала на свой живот. – Если бы мне нужно было спасаться в одиночестве, как обычно, я бы в какую Азию рванула или еще куда… Но сейчас мне нужна была страна с развитой медициной. Достаточно большая, чтобы я могла в ней затеряться. Такая, где у меня есть надежные знакомые, которые позаботятся обо мне в те несколько месяцев, на которые я стану беспомощной.
– Страна, где ты в розыске, – добавил Гарик.
– Этот момент решается новыми документами, я по-прежнему гражданка Франции. И я уж точно не собиралась связываться с вами – даже в шутку, как в прошлый раз. От вас я как раз хотела держаться подальше. Я приехала к Лу́лу.
Гарику это имя ни о чем не говорило, и все равно он догадывался, к чему все идет. Это ему катастрофически не нравилось.
Матвей, как и следовало ожидать, знал, о ком речь, он лишь спросил:
– Вы с ней дружили? Не знал.
– Правильно не знал, потому что мы не дружили. Но
