Что скрывает прилив - Сара Крауч

Она звонко рассмеялась.

– Кручусь как белка в колесе. Нет, я не жалуюсь, просто так много дел.

– Могу себе представить.

– А ты задумывался о детях?

Элайджа неотрывно смотрел на дорогу, чувствуя ее пристальный взгляд.

– Не знаю. – Он решил говорить откровенно. – Сперва нужно найти спутницу, с которой мне захочется создать семью. Четыре года не был на свиданиях.

– Шутишь? – хихикнула Эрин. – Такой красавчик – и за четыре года ни одного свидания?

Румянец пробежал по шее и залил лицо. Элайджа хотел отшутиться, но в голову ничего не лезло, и в ответ он лишь выдавил: «Ну да».

– Ой, останови вон там, пожалуйста. – Эрин указала на подъездную дорожку слева, и Элайджа заехал на склон и затормозил у рощицы туй, где стоял ее дом.

– Тут славно, – сказал Элайджа, окинув взглядом свежевыкрашенные наличники и симпатичные ставни; окна украшали кашпо с искусственными розовыми пионами.

– Мне нравится, – ответила Эрин, отстегивая ремень безопасности, и Элайджа удивленно отметил, что она не сказала «нам».

Элайджа кивнул в сторону белого БМВ, видневшегося в гараже.

– Я так понимаю, ты будешь ездить на машине мужа, пока мы не поменяем сцепление?

– Мэнни водит грузовик, – ответила она. – Это моя машина.

– Да? – пролепетал Элайджа.

– Я купила внедорожник, потому что в нем удобнее возить детей, – объяснила Эрин, открывая дверь и опуская ноги на землю, после чего наклонилась к Элайдже и, легонько коснувшись предплечья, сказала: – Спасибо, что подвез.

Элайджа кивнул.

– Если что… Звони, если что.

Эрин вылезла из машины, хлопнула дверью и помахала на прощание. Элайджа тут же развернулся и тронулся с места, подавив желание проводить ее взглядом.

Он глянул на предплечье, которого коснулись ее пальцы, словно проверяя, нет ли там их отпечатков. Нет – только на локте жирное пятно от машинного масла. Элайджа схватился за зеркало заднего вида и уставился на свое отражение.

На лбу и щеке – черные масляные пятна, оставшиеся с утра.

– Чудесно, – вздохнул Элайджа, выруливая на дорогу.

Вцепившиеся в руль ладони были липкими, футболка под мышками промокла от пота, но Элайджа не стал открывать окно, вдыхая по дороге в город едва уловимый аромат духов.

15

10 января 1994 года

В одной руке шериф Годбаут сжимал книгу Элайджи, в другой – телефон. За последние пару часов он три раза звонил в издательство и никак не мог дозвониться. Выждав несколько гудков, Джим с сердитым щелчком бросил трубку.

Сегодня все шло наперекосяк. Обнаружив в бревне сапоги Эрин, они с Джереми вернулись на пристань и направились прямиком к хижине Элайджи, но опять не застали его дома. Задавшись целью разыскать того, кто стремительно становился их главным подозреваемым, Джим поехал к нему на работу, только вот по дороге поступил звонок от встревоженной Элис Несбитт, местной жительницы девяноста восьми лет. Шериф лихо развернулся и потратил еще полчаса – все ради того, чтобы выяснить, что в коридоре кряхтит не притаившийся грабитель, а обогреватель, включенный на полную мощь. По дороге в отделение позвонил Джереми и сообщил, что Элайджа уволился пару месяцев назад, так что ехать Джиму было некуда. Поэтому остаток дня он посвятил тому, что набирал номер, мелким шрифтом напечатанный на форзаце.

Улица за окном медленно растворялась в ранних зимних сумерках, а Джим так и сидел за столом, поглядывая на часы. Через десять минут он опять снял трубку и набрал номер.

– Издательство «Брэнтли-Хауз», – раздался бодрый мужской голос.

Ну наконец-то! Джим выпрямился за столом.

– Здравствуйте. Я пытаюсь связаться с человеком, который работал с одной книгой в вашем издательстве.

– Название книги?

– «Прилив». П-Р-И…

– Понял, одну секунду, – перебил его тот.

Послышался стук клавиш. У них там, наверное, целая компьютерная база. Джим глянул на собственную картотеку – шкафчик с парой покосившихся ящиков. Сам он, впрочем, не разделял новомодного увлечения Интернетом. Картотека его не подведет – даже если вырубится электричество.

– Книгу к публикации готовила Джини, наш редактор. Сейчас вас соединю.

Не дожидаясь ответа, мужчина перебросил его в режим ожидания, и в прижатой к плечу трубке заиграла простенькая жизнерадостная мелодия, которая, похоже, надолго застрянет у него в голове.

– Джини Дэвин, слушаю, – раздался женский голос.

– Здравствуйте, Джини. Вас беспокоит шериф Годбаут из Пойнт-Орчардс, штат Вашингтон. Если у вас найдется минутка, я бы хотел задать пару вопросов по поводу книги, опубликованной в вашем издательстве несколько лет назад.

– Хорошо, – неуверенно ответила Джини, сбитая с толку. – О какой книге речь?

– Называется «Прилив». Автор – Элайджа Лит.

– Ах да! – встрепенулась Джини. – Помню-помню. Секунду.

Снова заиграл прилипчивый мотив, и, дожидаясь ответа, Джим стал притоптывать ему в ритм.

– Нашла. До сих пор храню экземпляр у себя на полке. Что вы хотите узнать?

– Честно говоря, ничего конкретного, – осторожно начал Джим. – Для начала расскажите, как проходила работа над книгой? Ваша команда не помогала Элайдже в работе над сюжетом?

– Я порой подсказываю нашим авторам, но его рукопись, если не ошибаюсь, не требовала доработки. Были кое-какие правки – скорее косметические. Сюжетную линию он выстроил сам, и нареканий она не вызвала.

– Понятно, – сказал Джим и, переложив трубку к другому уху, взял в руки книгу. – Надо полагать, он не упоминал, основан ли сюжет на реальных событиях?

Повисла долгая пауза.

– Нет, – наконец проговорила она. – Нет, Элайджа не говорил, откуда взял идею для романа, а я не спрашивала.

Джим чувствовал, что зашел в тупик, но продолжал:

– А что происходило после выхода книги? Много экземпляров продали?

– Немного. К сожалению, как это нередко бывает с прекрасными книгами, «Прилив» просто не нашел отклика у читателей. И очень жаль. Элайджа был замечательным писателем. Подавал большие надежды. Прочитав «Прилив», я тут же предложила ему заключить договор. У нас тогда не было возможности выплатить аванс целиком, и помню, как заверила его, что роман разлетится моментально, а он заработает в десять раз больше. Я редко говорю такое писателям – если только сама не уверена в успехе. Ужасно было сообщать, что допечатки не будет.

– Так что произошло? Почему роман плохо продавался?

– Трудно сказать. Много прекрасных книг плохо продаются. Лично у меня по поводу его романа было хорошее предчувствие, но я же не ясновидящая. Издательский рынок прихотлив. Помню, как в самом начале на «Прилив» вышла разгромная рецензия и моментально охладила интерес читателей. Если хотите, поищу данные о продажах. Мы храним всё – цифры, отзывы и все такое.

– Если вас не затруднит.

– Повисите немного.

Вернулся знакомый мотивчик, и Джим с досадой заметил, что подпевает. Джини