Что скрывает прилив - Сара Крауч
Элайджа так и видел выбеленное бунгало, обветренное соленым воздухом, фасад украшен музыкальными подвесками из ракушек и деревянной резьбой в виде чаек. Вместо забора – канат со старого корабля, закрепленный на деревянных столбах. У одной стены – небольшая кухонька, у другой – простая парусиновая койка и обшарпанный стол под круглым окошком, выходящим на океан. На неказистом, но уютном столе лежит наполовину написанная рукопись. Рядом – кружка горячего кофе, от которой вечно идет пар. В последнее время Элайджа все чаще возвращался мыслями к вымышленной резиденции, и каждая деталь представлялась отчетливо ясной – стул, ручка, листы бумаги на столе. Он мог представить каждую мелочь, кроме самой истории, которая должна была появиться на этих страницах.
Сквозь голос Курта Кобейна в наушниках Элайджа услышал, как в кабинете звонит телефон. Он вылез из-под «фольксвагена» и повесил наушники на шею. Телефон не унимался.
– Подойдешь? – крикнул он.
Читто не ответил, и телефон зазвенел в третий раз. Элайджа помчался в кабинет.
– Автосервис Бигей, слушаю.
В кабинете было пусто: пока Элайджа чинил «фольксваген», Читто, должно быть, отошел.
– Кажется, вы не Читто, – сказал женский голос на другом конце провода.
– Нет, мэм, он сейчас занят. Я Элайджа Лит, чем могу помочь?
– Привет, Элайджа! Это доктор Лэндри, не уверена, что ты меня помнишь.
Элайджа слегка выпрямился.
– Помню, мэм. Как поживаете? Как малышка?
– Зови меня Эрин, – рассмеялась доктор Лэндри. – Спасибо, что спросил: у нее все прекрасно, лепечет без умолку, так здорово. Вот только кризис двух лет и нам не дает пощады.
Элайджа улыбнулся.
– Хочу посоветоваться по поводу своего «мерседеса», – продолжала она. – Машина дергается, когда я переключаю с первой передачи на вторую. Задняя тоже барахлит. Боюсь, не полетела ли коробка передач.
Элайджа записал.
Лэндри, «мерседес», проверить коробку передач. Он знал, какую машину водит Эрин, – каждый раз, проезжая по Главной улице, обращал внимание на черный внедорожник – своего рода Джип-Вранглер на стероидах. Такой скорее подошел бы Индиане Джонсу – рассекать африканские равнины или колесить по джунглям Амазонки, – чем хрупкой женщине, работающей врачом в небольшом городке. Но именно поэтому Эрин смотрелась столь эффектно, разительно выделяясь на его фоне.
– Сама доедешь или лучше нам его отбуксировать?
– Сама, – заверила его Эрин. – У вас сегодня не найдется свободного окошка? А то в ближайшие девять дней у меня на работе завал.
Элайджа бросил взгляд на «фольксваген».
– Если приедешь к часу, смогу заняться им в обеденный перерыв – только закончу с одним заказом.
– Не могу же я оставить тебя без перерыва.
– Ничего страшного, успею потом забежать в пекарню и перекусить.
– Спасибо огромное. К часу буду.
Элайджа положил трубку и отправился на поиски Читто. Тот сидел в переулке за гаражом с трубкой в руке, прислонившись спиной к стене и рассеянно глядя перед собой.
– Беседуешь с мусорным контейнером? – спросил Элайджа.
Читто засмеялся, и в его смехе Элайджа различил булькающий хрип, который так и не прошел до конца после зимней простуды.
– Доктор Лэндри подгонит тачку. Я обещал проверить коробку передач.
Читто кивнул.
– Тогда мне пора сматываться. Если учует от меня дым, опять заведет волынку, чтобы я бросил курить. Посплю и приеду после обеда.
Элайджа помог ему подняться.
– Не надо. Дальше я сам.
Читто снова кивнул, и Элайджа проводил его до машины.
Только Элайджа вывел «фольксваген» задним ходом из гаража и припарковался на тротуаре, как на черном «мерседесе» подъехала Эрин и посигналила.
Элайджа махнул рукой, приглашая заехать в гараж. Эрин вышла из машины: льняная белая блуза заправлена в темно-синие джинсы, на ногах – высокие сапоги на каблуках. Длинные светлые волосы собраны в небрежный хвост, легкий макияж подчеркивает точеные скулы и большие голубые глаза с зеленоватой радужкой. Она как будто сошла с обложки глянцевого журнала о скачках.
– Добрый день, мэм!
– Эрин, – поправила она его. – Вот. – Наклонилась и достала с пассажирского сиденья бумажный пакет. – Раз уж ты пожертвовал ради меня перерывом, я заехала в «Голубой гусь» и захватила тебе поесть. Тут бургер с картошкой.
– Спасибо! – поблагодарил ее Элайджа. – Не стоило.
– А мне захотелось. – Она вручила ему ключи. – Слушай, раз уж я выбралась в город, то хотела бы пробежаться по делам. Ты не возражаешь?
– Без проблем.
Оставшись в одиночестве, Элайджа опять врубил музыку и принялся за работу. Когда через час каблуки Эрин процокали по гаражу, Элайджа уже опустил «мерседес» с домкрата и выписывал квитанцию.
– Какие новости – хорошие или плохие? – спросила Эрин, усаживаясь напротив. Она успела распустить волосы, и те спадали у нее на плечи. От ее прямого взгляда Элайджа оробел.
– И те и другие, – ответил он, протягивая ей квитанцию. – Хорошая – дело не в коробке передач. Нужно новое сцепление, но детали мы ждем не раньше, чем через неделю. Я бы не советовал ездить со старым сцеплением, так что предлагаю оставить машину у нас. Если хочешь, прямо сейчас подброшу тебя до дома.
– Было бы здорово.
Элайджа провел Эрин к «камаро» и, прежде чем сесть за руль, открыл ей дверцу. Странное ощущение – ехать в машине с другим человеком. Да к тому же с длинноногой красавицей-докторшей. Элайджа выехал из гаража и повернул в сторону гавани, неподалеку от которой находился дом Эрин. Несколько минут они ехали молча. Элайджа хотел было включить радио, но передумал. В тесном салоне повеяло едва уловимым ароматом духов, теплым и своеобразным, с легкой цветочной ноткой, невероятно манящим, какого он раньше никогда не слышал.
Справа от него Эрин, закинув ногу на ногу, рассеянно водила пальцами по волосам, и Элайджа заметил, что ему все труднее фокусироваться на дороге.
– А, чуть не забыл, – сказал он, пытаясь вернуться с небес на землю. – Заодно я поменяю местами шины – протектор на задних колесах немного протерся.
– Хорошо.
Элайджа побарабанил по рулю и прокашлялся, подыскивая тему для разговора.
– Ну
