Честное предупреждение - Майкл Коннелли
— Ты где?
— По эту сторону холмов. Сижу в кофейне на Фэрфакс, пишу заметки и пережидаю пробки.
— Сейчас шесть. Когда планируешь вернуться?
— Я почти закончил с записями, потом нырну в поток.
— Значит, будешь к семи?
— Надеюсь, раньше.
— Ладно, я тебя подожду. Хочу поговорить об этой истории.
— Может, поговорим сейчас? Ты получил мое письмо? Я только что взял убойное интервью.
— Письмо получил, но давай обсудим всё, когда приедешь.
— Хорошо. Попробую прорваться через каньон Николс. Может, повезет.
— Увидимся.
Положив трубку, я задумался, почему Майрон захотел поговорить с глазу на глаз. Я догадывался, что он может не разделять моей уверенности в том, что здесь есть что копать. Он никак не прокомментировал мое письмо, и, похоже, мне снова придется «продавать» ему эту историю.
Каньон Николс оказался удачным выбором. Движение плавно текло через районы на голливудских холмах вплоть до неизбежного затора на Малхолланд-драйв. Но стоило мне миновать его, как спуск в Долину пошел как по маслу. Я вошел в офис в 18:40 и счел это личным достижением.
Майрон сидел в конференц-зале с Эмили Этуотер. Я бросил рюкзак на свой стол и помахал ему через стекло. Раз уж я вернулся раньше ожидаемого, я решил, что он, вероятно, обсуждает с ней её собственный материал.
Но он жестом пригласил меня войти и даже не подумал отпустить Эмили.
— Джек, — сказал он, — я хочу подключить Эмили к твоему расследованию.
Я долго смотрел на него, прежде чем ответить. Он поступил умно. Он оставил Эмили в комнате, потому что при ней мне было бы сложнее возражать против его плана. И всё же я не мог просто так принять это вторжение без протеста.
— С чего вдруг? — спросил я. — В смысле, я думаю, что и сам справлюсь.
— Эта линия с «Оранж Нано», о которой ты упомянул в письме, выглядит многообещающей, — ответил Майрон. — Не знаю, знаком ли ты с послужным списком Эмили, но до прихода в «FairWarning» она освещала высшее образование для «Оранж Каунти Реджистер». У неё остались там связи, и я думаю, вам двоим было бы полезно объединить усилия.
— Объединить усилия? Но это моя история.
— Конечно твоя, но иногда истории разрастаются и требуют больше рук — более опытных рук. Как я уже сказал, она знает там людей. Кроме того, у тебя еще и ситуация с полицией.
— Какая ситуация с полицией?
— Насколько я знаю, ты всё еще в их списке «лиц, представляющих интерес». Ты говорил с ними в последнее время? Они обработали твою ДНК?
— Я не говорил с ними сегодня. Но это не «ситуация». Как только они проверят ДНК, меня вычеркнут из списка. Я планировал поехать в «Оранж Нано» завтра с утра пораньше.
— Звучит неплохо, но именно это я и имею в виду. Я не хочу, чтобы ты ехал туда без подготовки. Ты собрал какую-нибудь информацию о лаборатории или её сотрудниках?
— Пока нет, но собирался. Я для того и вернулся в офис, чтобы покопаться в базах.
— Вот и поговори с Эмили. Она уже кое-что нарыла, и, может быть, вы вдвоем выработаете план действий.
Я промолчал. Просто уставился в стол. Я знал, что не смогу переубедить его, и, возможно — хоть и с неохотой, — понимал, что он прав. Два репортера лучше, чем один. Кроме того, если половина штата будет работать над статьей, Майрон будет больше в ней заинтересован.
— Хорошо, — подытожил Майрон. — Тогда оставляю вас за работой. Держите меня в курсе.
Он встал и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Прежде чем я успел что-то сказать, заговорила Эмили.
— Извини, Джек, — сказала она. — Я не напрашивалась. Это он меня втянул.
— Не волнуйся, — ответил я. — Я тебя не виню. Просто я думал, что держу ситуацию под контролем, понимаешь?
— Понимаю. Но пока мы тебя ждали, я провела предварительную проверку Уильяма Ортона, парня, который управляет «Оранж Нано».
— И?
— Думаю, там что-то нечисто. Ортон ушел из Калифорнийского университета в Ирвайне, чтобы открыть «Оранж Нано».
— И что с того?
— А то, что ты не бросаешь просто так работу в университете, где у тебя пожизненный контракт, целая лаборатория в распоряжении и бесконечный поток докторантов на побегушках. Можно открыть стороннюю компанию или лабораторию, но университет — это твой якорь. Ты сохраняешь эту связь, потому что она работает на тебя. Так проще получать гранты, профессиональное признание, всё что угодно.
— Значит, что-то случилось.
— Именно, что-то случилось. И мы выясним, что.
— Как?
— Ну, я буду работать по линии университета — у меня там остались источники, — а ты делай то, что собирался: займись «Оранж Нано». Я не хочу переходить тебе дорогу, но думаю, что смогу помочь.
— Ладно.
— Вот и отлично.
— Вот как, по-моему, нам стоит действовать…
В течение следующего часа я поделился всем, что знал на данный момент об убийствах четырех женщин и «GT23». Эмили задавала много вопросов, и вместе мы составили план, позволяющий атаковать историю с двух флангов. Мое нежелание сменилось радостью от того, что она в команде. Она была не так опытна, как я, но производила впечатление, и я знал, что самые громкие материалы «FairWarning» за последние пару лет, вероятно, были её заслугой. Я покидал офис в тот вечер с уверенностью, что решение Майрона свести нас вместе было верным.
Было восемь часов, когда я вернулся к своему джипу и поехал домой. Припарковавшись в гараже, я подошел к фасаду жилого комплекса, чтобы проверить почту. Я не заглядывал в ящик уже неделю, и главной задачей было очистить его от накопившейся рекламной макулатуры.
Администрация здания поставила мусорную корзину рядом с блоком почтовых ящиков, чтобы спам можно было быстро отправить по назначению. Я перебирал свою стопку, швыряя один конверт за другим в урну, когда услышал шаги за спиной, а затем знакомый голос.
— Мистер Макэвой. Как раз тот, кого мы искали.
Это были Мэтисон и Сакаи. Мэтисон снова коверкал мою фамилию. Он нес сложенный документ и протянул его мне, приближаясь в сгущающихся сумерках.
— Что это? — спросил я.
— Это ордер, — объявил Мэтисон. — Подписан, заверен и выдан офисом городского прокурора. Вы арестованы.
— Что? Арестован за что?
— Статья 148 Уголовного кодекса Калифорнии. Воспрепятствование офицеру полиции при исполнении служебных обязанностей. Этим офицером буду я, а обязанностями — расследование убийства Кристины Портреро. Мы велели вам не лезть, Макэвой, но нет — вы продолжали донимать наших свидетелей и нагло врать.
— О чем вы говорите? Я никому не препятствовал. Я репортер, работаю над статьей и…
— Нет, вы
