Игра - Ян Бэк
Вздохнул.
Он успел на поезд. Все благодаря помощи своего приятеля, с которым они дружили со студенческих пор, Эриха Лангталера. У него он заночевал накануне, и тому пришлось нарушить все мыслимые правила на дороге, чтобы домчать Бранда до вокзала. Времени осталось, как раз чтобы купить в автомате билет, добежать до платформы и отважно протиснуться в почти закрывшуюся дверь поезда. Ситуации вроде этой – «на тоненького» – в жизни Бранда были не редкостью. Но он как-то справлялся.
Эрих позвонил ему вчера после обеда и пригласил к себе. До этого они несколько недель не виделись, но теперь он словно почувствовал, что Бранду нужно отвлечься. Бранд хотел было откреститься, но в конце концов согласился, уступив известной настойчивости друга.
Когда-то они вместе изучали искусство. Лангталер доучился до конца и имел в кармане диплом. Для Бранда все закончилось скорее бесславно – после первого семестра. С тех пор он знал: ставить под сомнение компетентность профессоров, название должности которых оканчивается на – rat[18], чревато. А снимать с их машин колеса и пускать их вниз по Дунаю наутро после веселой ночки тем более.
Они встретились на винодельне родителей Лангталера, те уехали в Испанию. Грюнер вельтлинер, цвайгельт и тяжелые кюве – сколько бокалов в итоге было «продегустировано», Бранд не смог бы вспомнить при всем желании. Разговоры, смех, опять разговоры. Лангталер, как обычно, нисколько не интересовался службой Бранда. Его стандартный лозунг был: «Отстань от меня со своей конторой». С ним Кристиан мог обсуждать что угодно – искусство, виноделие, всякую любовную ерунду, но только не «Кобру» и не полицию. Тем лучше. Минул полдень, наступил вечер, затем ночь, Лангталер между делом принес еды: сало, крестьянский хлеб, острые закуски. В винном погребе Лангталеров Бранд в своей летней одежде подмерз, и Эрих одолжил ему джинсы и рубашку. Впрочем, слишком просторные и короткие. И сейчас Бранд ехал в этой самой одежде.
В какой-то момент возвращаться домой уже не имело смысла. Бранд заночевал в гостевой комнате и, разумеется, проспал. И теперь с похмелья, небритый, в одежде с чужого плеча сидел в поезде до Атнанг-Пуххайма с остановкой в Гальштате.
Телефон зазвонил снова.
«В следующий раз», – сказал себе Бранд, в следующий раз он возьмет трубку. Он отклонил вызов и направился в туалет.
Едва сев, снова почувствовал вибрацию телефона, на этот раз возле голени.
Мама!
С него довольно. Он вытащил мобильный и ответил, не взглянув на экран.
– Мам, я в поезде, – нервно сказал он.
– Алло? Бранд, это вы?
Бранд сразу узнал голос шефа.
– Да.
– Хинтерэггер говорит. Говорите, вы в поезде?
– Да?
– Да… – эхом отозвался телефон. – Вы ведь помните о нашем вчерашнем разговоре.
Бранд стиснул зубы. Как не помнить тягчайшую из отповедей в свой адрес с момента поступления на службу.
– Так, Бранд, планы поменялись. Хотя все сказанное вчера остается в силе и сегодня. Но ночью мы получили запрос из Гааги. На вас, Бранд.
В другом случае он бы удивленно воскликнул: «Гаага? Они вызывают меня?» Но сегодня он просто сказал: «Ага».
– Вот и я так же среагировал, когда узнал час назад. Европол. Ну, им виднее.
Звучало заманчиво, однако Бранд молчал.
– Запрос пришел напрямую из министерства. Вы откомандированы туда в качестве помощника. А после продолжим. Еще раз скажу, что наш уговор остается в силе.
– Вы отправили меня в отпуск, – парировал Бранд.
– Нет, не отправлял, Бранд. Вы забыли? Вы были против. Я молча принял это к сведению. То есть вчерашнюю службу вы прогуляли. Я ожидаю, что вы незамедлительно вернетесь к работе, а для этого нужно выйти на следующей станции. Это какая будет?
– Не знаю, – искренне ответил Бранд. Он знал только, что до Атнанг-Пуххайма оставалось минут сорок пять.
– Так узнайте! – рявкнул Хинтерэггер.
– Это… Это может занять время.
– Жду.
– Нет, я… э-э… перезвоню, – сказал Бранд, положил трубку и нажал на смыв.
Через десять минут он стоял на станции Санкт-Валентин, оповестив перед этим начальника. Тот приказал ждать на месте. Сказал, что за ним уже едут, что привезут в Больцано, где он через три часа должен встретиться с людьми из Европола и получить дальнейшие инструкции.
– Больцано? – удивленно переспросил Бранд. – Почему Больцано?
– Это мне, к сожалению, не известно. Совершенно секретно.
Бранд попытался извлечь из услышанного какую-то полезную для себя информацию. Что для Хинтерэггера совершенно секретно, то, видимо, действительно секретно. Но Больцано? Если не считать того факта, что Больцано располагался в Италии и не сказать чтобы был центром международного терроризма или организованной преступности. Что же в таком случае Европол забыл там? И зачем им был нужен Бранд?
– Как мне успеть за три часа? – спросил Кристиан.
– Решайте сами! – просто ответил шеф.
И вот он на перроне Санкт-Валентин – берег, к которому обычная жизнь его никогда бы не прибила. Он встал так, чтобы был обзор на главную улицу и окрестности. Скорее всего, его подберут коллеги из близлежащего отдела полиции, поэтому он стал высматривать патрульную машину.
Но ждал напрасно. Прошло десять минут, еще пять, не происходило абсолютно ничего. Наконец он сел на скамейку и закрыл глаза. Его найдут.
Не прошло и минуты, как до Бранда донеслось урчание, оно усиливалось и вскоре стало напоминать звук громадной пылевыбивалки, хлопающей по еще более гигантскому ковру в пока еще синем небе.
Бранд взглянул вверх. Солнце слепило нещадно, и он прикрыл ладонью глаза.
Он приметил в небе растущую черную точку. Вертолет. Бранд и модель узнал: только Bell 212 Вооруженных сил Австрии способен производить столько шума. Время от времени, когда не было другой машины, бойцы «Кобры» летали на этом стареньком многоцелевом вертолете. Впрочем, не особо охотно.
Вертушка прицелилась прямиком на привокзальную площадь, так что сомневаться в цели ее прилета не приходилось. Вертолет становился все больше и больше, завис над площадью и опустился, наконец, прямо на перехватывающую парковку напротив вокзала. Лопасти еще вращались, когда из машины выпрыгнул человек в комбинезоне оливкового цвета и побежал к зданию вокзала.
Спустя две минуты Бранд сидел в задней части Bell 212, машина набирала высоту, и он подумал, что неплохо бы позвонить маме.
14
Автобан А8, закусочная «Айхен», 10 часов 50 минут
Вернер Кракауэр
Кракауэр сидел на скамейке возле закусочной, откуда ему хорошо была видна парковка, и сам он в целях безопасности тоже постарался сесть на видном месте. Его план был довольно безрассудным. Поэтому предпринять все возможные меры для минимизации рисков было необходимо.
Он ждал Охотника, с которым условился о
