Игра - Ян Бэк
И почему она не договорилась на сегодня после обеда с Харальдом? У него явно было время для небольшого мобильного массажа с хеппи-эндом. Мысль заменить Энцо прямо у себя дома возбудила ее.
– Мы никогда не получим это очко. Мы неправильно все сделали! Смотри! Та же причина, что и вчера.
– Ты все неправильно сделал! Не надо было отрезать голову, этого не требовалось. Или было похоже, что метка там? А?
Он зашипел, приложив палец к губам, как если бы у них в доме были спрятаны жучки или подслушивали соседи. Энцо был так смешон, так стар и так жалок.
– Я не отрезал ей голову, ты же знаешь! Это случилось из-за того, что ты ее плохо пристегнула!
– Ну ты же уверял, что фоток достаточно! Если бы ты не хотел побыстрее отрубить голову, мы бы спокойно нащелкали еще…
Вдруг ей кое-что пришло в голову. Она цокнула языком – признак удачной идеи.
– Что такое, cara?
– Поехали к озеру!
При мысли о том, что снова увидит Лауру Витвер, Сабине почувствовала, как волоски на руках встали дыбом. Труп. При свете дня. Живот. Слипшиеся органы. Засохшая кровь. Позвоночник, рассечь который было поистине трудной задачей. Не исключено, что кто-то из хищников уже там побывал. Можно сделать новые фотографии. На которых не видно, что Лаура Витвер обезглавлена и что они нарушили таким образом правила Игры.
– С ума сошла? – заикаясь, пролепетал Энцо и приложил руку ко рту.
– Почему? Какие аргументы против? Мы привезем правильные фотографии и заработаем очко.
Она представила, как после всего они пойдут искупаться в озере – нагишом, в точности как Витвер. Потом займутся любовью. Она чувствовала крайнее возбуждение.
– А если ее давно уже нашли?
Жалкий идиот.
– Тогда нам стало бы об этом известно, не так ли? Распиленная женщина в лесу – если уж этого нет в телевизоре, тогда я теряюсь…
– Прекрати так говорить! Но что, если это ловушка? По телевизору говорят, что убийца всегда возвращается на место преступления.
– Если ты наложил в штаны, я поеду одна.
– Нет, cara! Это безумие. Follia![14] Тебя там сразу возьмут в поли…
Очередной сигнал из телефона.
– Погоди… Нам письмо! – прокомментировал Энцо, хотя и так было понятно.
Тема письма: Твоя добыча
Привет, Пауль,
поздравляю с первой добычей! У меня есть то, чего тебе не хватает для подтверждения. Передам из рук в руки. Завтра, автобан А8, закусочная «Айхен».
С наилучшими пожеланиями,
Кракен
– Ты посмотри на него, – сказала Сабине и прикусила губу. Снова мурашки по коже. Интуиция подсказывала, что тут она имела дело с самым что ни на есть выжигой.
С прожженным мужиком.
– Assurdo! Una trappola![15]
– Оставь свою дурацкую болтовню и пусти меня к клавиатуре!
Она подвинула его в сторону и села. Пока набирала ответ, уголки губ приподнимались. Эта Охота была просто подарком. Прямо наркотик. Чистое упоение. Новые вызовы, новые контакты, новые риски. Она создана для Игры.
Привет, Кракен!
Три вопроса:
1) что это может быть?
2) откуда такая уверенность, что я приеду не сам?
3) что ты хочешь взамен?
С приветом,
Пауль
– А почему это ты отвечаешь? Это же ловушка! Он хочет заманить нас в ловушку! – стенал Энцо.
Ты мне этого не испортишь.
Сабине кликнула на «Отправить» и взглянула мужу в лицо.
– Да что ты! Думаешь, кто-то станет платить сто тысяч, чтобы завлечь нас в ловушку? Говорю тебе: соберись! Ты хотел играть, так давай играть. Мы победители, Энцо. Победители! – С этими словами она встала и пошла на кухню, чтобы до локтя ополоснуть руки холодной водой и продлить ощущение мурашек на коже. Кракен. Даже имя привлекательное. Она представила себе громилу с восемью руками, а также все прочее, что он мог бы ими сделать, если она отправилась бы завтра на встречу.
Она услышала, как Энцо быстро подошел к ней.
– Я не хотел играть. Ты втянула меня в это! Если бы я знал, чем придется заниматься, я бы никогда… Послушай, давай сотрем все это и забудем, давай? Прямо сейчас. Да, cara? Он схватил ее за бедра и потерся безо всякого желания о ее зад, очевидно пытаясь изобразить возбуждение. На какой-то короткий, очень короткий момент Сабине и впрямь подумала о том, чтобы поддаться.
Но тут снова раздался сигнал.
Ответ от: Кракен.
– Cara? Пойдем, cara.
Я создана для Игры.
Сабине увидела перед собой стойку с кухонными ножами.
И приняла решение.
10
Штутгарт, 15 часов 49 минут
Вернер Кракауэр
Кракауэр сидел в своем старом «Саабе». Хоть машина уже несколько лет как барахлила, избавиться от нее у него не поднималась рука. А теперь уже и неважно. Скоро они оба пойдут в утиль.
Осталось одно большое дело.
За домом он наблюдал с почтительного расстояния. Идти туда пока не мог.
Он взял в руки смартфон и проверил входящую почту на своем официальном ящике. Бреме по-прежнему молчал, хотя Кракауэр четко дал понять шеф-редактору Штуттгартер Блатт, что это будет настоящая бомба. При условии, что последний проявит гибкость, предоставив небольшой бюджет на текущие расходы. Кракауэр был практически на мели. Ему был нужен бензин, отели и сумма денег для заманивания Охотников. Свои последние деньги он потратил на вступительный взнос в Игру.
Игру в Охоту.
Уголки его рта дрогнули, когда он вспомнил о переписке с этим Паулем.
«Привет, Кракен!» – поздоровался тот.
Кракен. Все-таки внезапные идеи самые удачные. «Кракен» звучит угрожающе и таинственно. Имя Охотника и одновременно отличный юзернейм для того, кто не хочет светиться среди настоящих.
Он посмотрел на часы. По воскресеньям Бреме бывал в редакции только до четырех. Самое время, чтобы успеть его застать.
Кракауэр откашлялся и нажал на вызов.
– Штуттгартер Блатт, Фишер, добрый день, чем могу быть полезен? – заместитель Бреме настолько бесцветно пробубнил эту скороговорку, словно хотел таким образом предупредить, чтобы к нему не лезли.
– Говорит Кракауэр. Соедините меня с Бреме, пожалуйста, – с нажимом озвучил он свою просьбу этому молодому сотруднику, с которым познакомился незадолго до того, как стал работать из дома.
– А, господин Кракауэр, привет! Сожалею, но шеф заболел. Вам придется довольствоваться моей персоной.
– Что, простите?
– Я вместо шефа.
Кракауэр представил себе, как этот лопоухий юнец командует ветеранами издания и подписывает в печать завтрашний номер. Возникшая перед глазами картинка была абсурдной.
– А что у него?
– Воспаление легких.
