Колодец Смерти - Селин Данжан
— Домыслы.
— Сигнал с этого второго мобильного, неизвестно кому принадлежавшего, был получен в пределах Эскиуля.
— Это ничего не доказывает.
— Ну, раз вы так утверждаете, — равнодушно сказала Луиза. — Но я все-таки продолжу. План Жубера предусматривал следующее: как только мы к вам приедем — а это неизбежно должно было случиться, учитывая наши открытия в лицее и признания Жубера, якобы оправдывающие вас, которые он собирался сделать, — вы должны будете спровоцировать свой арест. Отсюда ваше враждебное поведение, угрозы и оскорбление в адрес моего коллеги, здесь присутствующего. Это была двойная хитрость! Мы бы занимались вами, а Жубер получил бы полную свободу действий, чтобы убить Давида Шаффера, а в нужный момент вы оказались бы невинным, как дитя, потому что находились под стражей. Но все это могло сработать только при скрупулезном следовании плану. Жуберу нужна была уверенность, что вас арестуют, не так ли?
В глазах Брока промелькнул страх, и он опустил голову.
— Между тем вы не могли спровоцировать моего коллегу, чтобы он надел на вас наручники, так как вам нужно было позвонить Жуберу по телефону с предоплаченной картой и сообщить о том, что вас арестовали. И тогда вы придумали очень простой выход: чтобы мы от вашего имени попросили соседку присмотреть за вашими бонсаями. Я повторно прослушала запись допроса и обратила внимание, как настойчиво вы переспрашивали, действительно ли мой коллега предупредил ее.
Луиза замолчала, театрально сложила руки на столе и наклонилась к Брока.
— Так мы встретились с госпожой Готье. Это очаровательная, очень услужливая женщина даже не подозревает, что участвовала в преступном мероприятии. После визита жандарма она, следуя вашим рекомендациям, позвонила вот по этому номеру, — сказала Луиза, положив перед собой новое вещественное доказательство.
В прозрачном конверте лежала половинка листа бумаги с собственноручно написанными указаниями Тибо Брока.
— Номер, который вы здесь указали, привязан к предоплаченному телефону Романа Жубера — он не предвидел, что его арестуют вместе с ним. Короче говоря, позвонив ему и сказав, чтобы он позаботился о ваших бонсаях, соседка сообщила ему время вашего ареста.
Луиза посмотрела Брока прямо в глаза и заключила:
— Это доказывает прямую связь между господином Жубером и вами. Вопреки его заявлениям, вы поддерживали с ним очень тесную связь… Ни вы, ни он не смирились со смертью Клары, ведь так?
Брока не ответил. Он по-прежнему сидел, опустив глаза, и молчал.
— Повторно допросив ваших родителей, мы получили номер стационарного телефона, по которому они могли позвонить вам в чрезвычайной ситуации, когда вы жили в Сайтаме и обучались у мастера бонсая Масахико Кимуры. С помощью переводчика мы смогли поговорить с вашей тогдашней хозяйкой госпожой Ватанабэ. Она рассказала нам, что некий француз, называвшийся Романом Жубером, звонил вам каждое воскресенье.
Брока съежился и больше не пытался ничего отрицать.
— В 2012 году ваше обучение завершилось, вы окончательно вернулись на родину и открыли свою ферму бонсая. Разумеется, ваши отношения с отцом Клары продолжались, как свидетельствует ваша соседка госпожа Готье, которая рассказала моим коллегам, что некий мужчина на красной «Панде» очень часто посещал вас в течение многих лет. Еще она заметила, что эти визиты внезапно прекратились год или два назад. Мы думаем, что это произошло в сентябре 2019 года, после того как Жубер узнал правду о смерти своей дочери.
Луиза сделала паузу, давая Брока время осознать ее слова.
— Жубер, конечно, сразу приехал к вам, чтобы рассказать о чудовищном признании Валерианы Дюкуинг во время их встречи в Бордо. Он вернулся с дневником Клары, который Валериана украла вечером 27 июня 2002 года, когда собирала вещи своей подруги, чтобы все поверили в ее побег… А мы нашли дневник в вещах Александра Шаффера в доме его невестки, — нанесла удар Луиза, положив на стол третий конверт с уликой.
Увидев дневник, Брока вздрогнул и закрыл глаза.
— Мы почерпнули из него много информации. Любовь с первого взгляда Клары к Александру Шафферу, первые испытания на фоне игры в обольщение, встречи у Аместуа, рождение «НЧС», соперничество внутри группы и эскалация риска. Мы узнали из него об унижении, которому она вас подвергла. Судя по всему, она не очень-то вас уважала, — с вызовом заметила Луиза.
— Она никогда не хотела мне зла! — горячо возразил Брока. — Это написано черным по белому! И я знаю, что она прошептала мне на ухо в тот день! Она сказала: «Возьми все, что я тебе сейчас предлагаю, возьми все, что можешь взять!» И она была искренней! Она не хотела меня унизить! Она даже пыталась защитить меня, но не могла противостоять этому подонку Магиду! Распространяя это видео, он наказывал Клару, зная, как ей будет больно!
Его голос сорвался на рыдание, он не мог говорить. Теперь Брока дрожал с головы до ног, как несчастный воздыхатель, которым он всегда и был, и для Луизы это стало верным знаком, что она на пути к получению признаний.
— Однако это не заставило ее покинуть группу и прекратить испытания.
— Вы не знали Клару, а я знал! — кипятился он. — Это была необыкновенная девушка, полная жизни, желаний и искренности! Единственная девушка, встреченная мною в детстве, для которой мое ожирение не стало препятствием! Ей было плевать на взгляды других, на их дебильные суждения, на их насмешки! Она видела больше чем мою внешность… — добавил он прерывающимся голосом. — Но с этим придурком она уже не была прежней… Она перестала ясно выражать свои мысли, замкнулась в своих токсичных отношениях, — закончил он, стиснув зубы.
— Вы имеете в виду Александра Шаффера?
— Конечно! Этот мерзавец всегда был только… — он прервался и презрительно махнул рукой, — миражом, карикатурной копией Пигмалиона, которого ей одинаково нравилось как привлекать, так и отталкивать.
Луиза не возражала ему; после чтения дневника для нее так и осталось загадкой: была ли Клара безумно влюблена в Александра или она безумно любила ему сопротивляться, создавая таким образом ситуацию неутолимой и, следовательно, неослабевающей страсти.
— Итак, в сентябре 2019 года, во время последнего визита, Роман Жубер, опьяненный местью, убедил вас помочь ему.
— Он ни в чем меня не убеждал! Когда я узнал, через какие мучения прошла Клара по вине своих псевдодрузей, идея мести возникла сама. Эти негодяи двадцать лет прожили безнаказанными! Жили себе в свое удовольствие… это чудовищно!
