Реинкарнация архимага 4 - Сергей Александрович Богдашов
Когда мы вышли к воротам, нас снова встретил Иванов.
— Ну что, как там? Нашли своих дикарей? — поинтересовался он.
— Никого, Иван Иванович, — устало ответил я. — Там сейчас никого нет. И не было, похоже.
Штабс-ротмистр понимающе кивнул.
— Оно и к лучшему. А то девки-то те еще… Гляньте-ка.
Он указал рукой в сторону степи. В отдалении, у подножия холма, виднелись контуры юрт. Оттуда доносился смех и какие-то возгласы. А на поляне наблюдалось движение. Весьма яркое и разноцветное.
— Вам еще до своей заставы добираться, — с легкой насмешкой в голосе сказал Иванов. — Нет мыслей задержаться хотя бы на денек? Отдохнуть, людей подкормить…
Карлович, бледный как полотно, лишь покачал головой.
— Нет уж. Лучше мы в дороге. Спасибо за гостеприимство.
Мы поторопились с отъездом. Идея столкнуться с кем бы то ни было, особенно с «охочими до свежей крови» девками-степнячками, сейчас вызывала только тошноту.
Весь обратный путь мы молчали. Рейд оказался пустой формальностью. Мы не нашли никаких следов, не получили никаких новых данных. Лишь подтвердили то, что уже знали: аномалия — это исправный, но безжизненный механизм. И наше присутствие в нем было так же незаметно и бессмысленно, как полет мошки рядом с величавым дворцом, чьи хозяева давно умерли.
Единственным результатом этой поездки стало тяжелое, давящее осознание нашего полнейшего ничтожества перед лицом того, с чем мы столкнулись. И это было куда страшней любой встречи с Тварью.
— А я бы остался на денёк, — бодро заметил Гринёв, — У степняков ведь как, если девка веса барана достигла, значит заневестилась. А там таких, чуть ли не полсотни успели себя показать, — шумно вздохнул он, кивком указывая на становище.
— Это когда же ты успел? — вызверился на него Самойлов.
— Так я же полночи в карауле стоял. Вот и увидел.
— Вот просто так — взял и увидел, — очень ласково, почти приторно, поинтересовался фельдфебель.
— Ну, сначала их немного было. Сразу, как светать начало. Молодые, в основном. Стали меня дразнить по-всякому. То одно покажут, то другое… Ну, я им в ответ своё показал… Четверти часа не прошло, а их там столько набежало! И все руками машут — типа, иди к нам. Вот же дуры! Не понимают, что я на посту стою… — поделился боец своими предрассветными приключениями, — А что, может сходим к ним? Их там всего-то полсотни, может чуть больше. На полдня делов.
И это был единственный миг, когда я слегка запаниковал.
Когда под Купол шли, или снег месили — там всё было ясно и понятно.
А тут полсотни неудовлетворённых молодых девок и баб моих бойцов разума лишают…
И кто у них командир? Я командир.
Отдай только команду: — Вперёд! — и мы отсюда неделю не выберемся, погрязнув в распутстве.
А там степнячки скачут, многие оголившись по пояс, а другие машут кожаными передниками, а то и задниками, под которыми ничего нет.
— Боже, страшненькие-то они какие, — передёрнул я плечами, — То ли дело у нас в селе девки, да? — спросил я у своего десятка.
Вроде бы и ничего особенного не сказал, а у бойцов, как морок с глаз спал.
— Поди ещё и бараньим жиром воняют, — сплюнул на землю Гринёв.
— Фельдфебель, проследите за погрузкой! Я пойду командировочные документы отмечу, — окончательно привёл я вояк в сознание, перейдя на привычные им реалии.
Хотя, если честно…
Скакала там пара сестёр-близняшек, предлагающих себя. Будь они годика на два постарше, я бы ими от души впечатлился. Наверняка, полукровки, если вспомнить размер их глаз. Нет, чертовски хороши! Обидно будет, если такие красотки в итоге старпёру Иванову достанутся. Что скорей всего и выйдет.
Существует поверье, что обратная дорога порой случается гораздо короче.
У нас так и вышло. Обратно все неслись с такой скоростью, что уже в лимит конской тяги стали упираться. Лошадки оказались не готовы к пониманию, и вовсе не представляли себе, как порой страдает мужская душа, оторванная от женской ласки. Но торопились все!
За сутки дошли! Спасибо Полнолунию и ясному небу!
Пусть и поздно ночью, но до своей заставы мы добрались.
Глава 3
Трава бывает разная
Джонатан Уэбстер, один из сильнейших магов — наёмников, понемногу сходил с ума. Он сам себе поставил этот диагноз, и чем дальше, тем более был в нём уверен.
Кошмары. Они начались после того, как он потерял сундук с частицей сущности ифрита. Редчайший трофей был добыт в самом сердце Аравийской пустыни и доверен ему, как и артефакт управления этой сущностью. Этого ему наниматель не простит. Джонатан тогда ещё не знал, что замок одного знатного лорда неделю назад выгорел напрочь, да так, что даже массивные гранитные блоки, из которых он был выложен, и те оплавились.
Но всё пошло не так. Мало того, что он потерял своего выпестованного питомца — Огненную Сколопендру, отчего его накрыло мощным откатом, так он ещё и не смог выпустить сущность ифрита, даже больше того, не смог уничтожить его хранилище, пребывая на тот момент почти без сил из-за отката.
Попытка перехвата хранилища сущности на реке чуть было не закончилась печально. Он столкнулся с противником, который хоть и был связан защитой своего отряда и баржи, но умудрился нанести сильнейший удар незнакомой магией, заставив Джонатана отступить, пока ещё у него была такая возможность и его Щит чудом держался.
Самое обидное, что ему противостоял совсем молодой парень, на которого никто бы из его коллег и внимания не обратил. Хотя бы потому, что не бывает сильных магов в таком юном возрасте. Даже у самых знатных Кланов Англии для Джонатана вряд ли найдётся достойный соперник моложе тридцати лет. А тут…
Кошмары начались не сразу. Сначала они лишь беспокоили сон мага, но чем дальше, тем они становились явственней и сильней. Сейчас дело к тому, что он и часа поспать не может, чтобы не проснуться в холодном поту, ощущая, что сердце вот-вот готово выскочить из груди. Первое время помогал алкоголь. Потом опиум. Позже, сразу алкоголь и опиум, причём дозы всё время увеличивались.
— Посмертное проклятие на тебе, — перевёл магу приставленный переводчик, когда он решил обратиться
