Четвертый рубеж - Максим Искатель
Максим почувствовал, как холод пробежал по спине. Семь километров. Это приговор. Против миномета, бьющего из-за горизонта, у них нет аргументов. Пока нет.
— Маршрут? — спросил он.
— Старая лесовозная дорога через Волчий овраг. Там мост бетонный, еще советский. Только по нему грузовики с боекомплектом пройдут, овраг не широкий, но глубокий.
Максим кивнул. Уравнение получило новые переменные. И решение было только одно.
— Спасибо, Денис. Ты только что купил себе жизнь. И, возможно, билет в нормальное будущее.
* * *
В мастерской Семёна было жарковато. Но Максим и Семён потели не от жара батареи, а от напряжения. На верстаке лежали ингредиенты, которые в мирное время валялись под ногами, а теперь стали ценой выживания. Ржавчина. Обычная рыжая труха, соскобленная со старых труб и прокаленная на огне для удаления влаги. И алюминиевая пудра — «серебрянка», найденная в запасах краски.
— В строгих пропорциях, — бормотал Максим, взвешивая порошки на аптечных весах. — Окись железа и алюминий. Классика.
— А подожжем чем? — Семён, в защитных очках, осторожно перемешивал смесь деревянной лопаткой в пластиковом тазу. — Спичкой эту дрянь не возьмешь. Ей нужна температура под тысячу градусов для старта.
— Магниевая лента, — Максим достал моток блестящей полоски. — Я выпотрошил старые сигнальные ракеты и аноды от бойлеров. И бенгальские огни, что остались с Нового года, пойдут на запал.
Они делали термит. Смесь, которая при горении не взрывается, а просто выделяет чудовищный жар — до 2500 градусов Цельсия. Температуру, при которой сталь течет, как вода.
— Мы не будем взрывать мост, Семён. У нас мало тротила, да и бетон там крепкий, советский, — объяснял Максим, набивая смесью обрезки труб. — Мы просто перережем ему сухожилия. Расплавим несущую арматуру и крепеж балок. Гравитация и вес их грузовиков сделают остальное.
Тем временем наверху, в «серверной», шла другая битва. Мила, с красными от недосыпа глазами, сидела за клавиатурой. Рядом с ней, пристегнутый наручником к батарее, сидел Денис. Но свободной рукой он уверенно тыкал в монитор.
— У них протокол связи с прыгающей частотой, — объяснял он. — «Mavic» слушает канал управления, но видео гонит на 5.8 ГГц. Если вы просто заглушите сигнал, дрон уйдет на базу по GPS.
— А если мы подменим координаты? — спросила Мила. — Спуфинг?
— Можно. Но лучше перехватить видеоканал. У меня есть ключи шифрования. Вводи: 4F-8A-C2…
Андрей сидел на полу, с паяльником в руках. Он собирал направленную антенну из консервной банки и медной проволоки по схеме, которую нарисовал Максим.
— Получается, мы его ослепим? — спросил мальчик, дуя на обожженный палец.
— Нет, Андрюха, — усмехнулся Денис. — Мы сделаем ему лоботомию. Он будет думать, что летит над лесом, а на самом деле будет висеть там, где вам нужно.
* * *
Ночь была идеальным союзником: безлунная, чернильно-тёмная, с низкой облачностью, которая съедала свет звёзд. Мороз чуть ослаб, но поднялся ветер, который гнал по земле колючую снежную крошку, заметая следы почти мгновенно. Это была погода для призраков, и именно ими они и стали.
Выдвинулись вчетвером: Максим, Николай, Борис и Семён. УАЗ оставили в крепости. Взяли «Ниву» — она была меньше, тише и проходимее в глубоком снегу. В салоне, уложенные в брезентовые сумки, лежали начиненные термитом трубы, моток магниевой ленты и самодельный радиовзрыватель, собранный Максимом из автомобильной сигнализации.
— Десять килограммов термита, — тихо сказал Максим, ведя машину по едва заметной лесной дороге. — Этого хватит, чтобы превратить несущие балки моста в патоку. Главное — правильно расположить заряды. Нам нужны точки максимального напряжения.
Семён, сидевший рядом, кивнул. Его глаза, освещенные тусклым светом приборной панели, горели инженерным азартом, который полностью вытеснил вчерашний страх. — Дальняя опора, у самого основания, — сказал он. — Я помню этот мост, мы по нему лес возили. Он стоит на бетонных «быках», но балка на них лежит на подвижных опорах. Если правильно подрезать опоры и расплавить середину двух основных балок, мост потеряет опору и сложится под собственным весом.
Николай и Борис сидели сзади, молчаливые, как тени, прижимая к себе автоматы. Их задачей было прикрытие. В этом мире инженер не мог работать без солдата за спиной.
Они оставили «Ниву» в километре от моста, в густом ельнике, и дальше пошли пешком, на лыжах, неся на себе тяжелые сумки. Ветер выл в верхушках сосен, заглушая скрип снега. Мост возник из темноты внезапно — черная громада из проржавевшей стали, перекинутая через глубокий, заснеженный овраг.
Работа под мостом была похожа на хирургическую операцию в полевых условиях. Максим и Семён, закрепившись страховочными веревками, спустились на ледяные уступы бетонных опор. Николай и Борис заняли позиции на разных концах моста, вглядываясь в темноту.
— Вот она, «ахиллесова пята», — прошептал Максим, освещая налобным фонарем место, где массивная стальная балка лежала на опорах. — Ставим два заряда здесь, и два — на центрах балки и так же с другой стороны моста.
Они работали быстро, слаженно, почти без слов. Семён крепил заряды стальной проволокой, Максим подсоединял провода к детонаторам. Пальцы на морозе коченели даже в перчатках, но они не замечали холода. Они были единым механизмом, выполняющим сложную, точную работу. Через сорок минут все было готово. Четыре заряда, похожие на странные наросты, облепили стальные «суставы» моста.
— Уходим, — скомандовал Максим, и они, как тени, растворились в ночном лесу.
* * *
В это же время в крепости шла своя, невидимая битва. — Есть! — шепот Милы был едва слышен. — Вижу его.
На одном из мониторов появилась маленькая, быстро движущаяся точка. Тепловая сигнатура дрона «Mavic», который «Батальон Возрождения» отправил на разведку. Он шел на высоте ста пятидесяти метров, уверенный в своей неуязвимости.
— Денис, давай, — скомандовала Мила.
Пленный лейтенант, уже не пленник, а скорее вынужденный консультант, сидел рядом. Его лицо было бледным, но сосредоточенным. — Включай «банку», — сказал он Андрею.
Андрей, чувствуя свою важность, навёл самодельную антенну-«волновой канал» в сторону дрона.
— Есть захват видеопотока, — доложила Мила. На центральном экране появилось то, что видел дрон: их дом, двор, разбитая техника. Изображение было четким, с высоты птичьего полета.
— Теперь самое интересное, — пробормотал Денис. — Переключай на «петлю».
Мила нажала несколько клавиш. Оператор дрона, сидевший в теплом «Урале» в семи километрах отсюда, не заметил подмены. Для него картинка на пульте сменилась. Теперь он видел заранее записанный Милой тридцатисекундный ролик: пустой, заснеженный лес, чуть колышущиеся от ветра деревья. Раз за разом. Дрон летел над их крепостью, передавая им ценнейшие
