Ребенок не по контракту (вторая часть) - Ксения Богда

Стягиваю с него носочки и бодик, целую в теплую щечку. За этим всем наблюдает Ян, с легкой улыбкой на лице.

Возвращаемся на кухню. Багиров начинает убирать со стола, тут же бросаюсь ему на помощь.

— Отойди, женщина, — смеется он, — я справлюсь.

Толкаю его в бок.

— Я умею посуду мыть, честно-честно, — дразнюсь.

Мне так нравится с ним пререкаться. И выводить его на эмоции... нравится.

В кухне горит только подсветка на гарнитуре, и больше ничего. И это погружает комнату в какую-то волшебную атмосферу.

— Спасибо за вечер, мне очень понравилось, — задумчиво вожу пальцем по руке Яна.

Прикусываю губу, когда вижу, как его кожа покрывается мурашками, он косится на меня.

— Пожалуйста.

Его тихий голос вызывает внизу живота горячую волну. Багиров пристально смотрит на мои губы, которые я не перестаю терзать зубами.

Ничего не могу с собой поделать. Волнуюсь и хочу сделать следующий шаг. Но ведь мне ничего не мешает?

Встаю на носочки и тянусь за поцелуем. Ян сгребает меня в объятия и впивается в нижнюю губу. Отрывает от пола, без слов закидывает ноги на свою талию.

Врезаюсь спиной в стену, и из меня вырывается стон.

— Прости, — шепчет в губы.

Мотаю головой, зарываюсь в его волосы, сама жмусь к груди. Запрокидываю голову, ощущаю губы Яна на шее. Цепочка из поцелуев тянется по шее к уху.

— Спичка, какая ж ты сладкая…

От этих слов внутри все сладко сжимается.

Подцепляю у него на спине футболку и тяну вверх. Да, я понимаю, что я играю с огнем. Но не хочу отступать.

— Уверена?

Киваю.

Ян приближается к моим губам.

— Я же тебя спалю. Нас обоих спалю.

Его глаза темнеют. А я вместо ответа продолжаю обнажать его тело. И от вида его груди во рту скапливается слюна. Хочется провести языком по его коже.

Ян с рыком отрывает меня от стены и несет в комнату, при этом не забывает покрывать оголенные участки моего тела поцелуями.

Падаем на кровать, и меня словно окунает в холодную воду. Ян улавливает смену моего настроения. Отстраняется.

— Что такое? Аль, если слишком напираю... только слово скажи. Я не…

Мотаю головой. Обхватываю его бедра ногами и прижимаю к себе. Багиров резко выдыхает, толкается между ног.

— Просто, — кусаю губу, — боже.

Зажмуриваюсь. Ян водит по щеке костяшками пальцев, терпеливо ждет, хотя я-то очень хорошо ощущаю его желание.

— Что?

— У меня давно никого не было, — решаюсь на признание, отвожу глаза, — после родов, ну... может быть больно.

— Я понял тебя.

Он замедляется. Обращается со мной как с невинной девчонкой. Это приятно так, что я готова хныкать от умиления.

За его ласками не замечаю, как исчезает наша одежда. А потом — как все закручивается в жгучую спираль. На пике Багиров успевает заткнуть мне рот поцелуем, иначе я запросто могла бы разбудить Никитку своими стонами.

Ян перекатывается и притягивает меня к своему боку.

— Ну вот теперь ты спал с матерью своего ребенка.

Он фыркает, водит пальцами по моей влажной коже.

— Слышу в твоем голосе сожаление.

Поднимаю на него глаза и вопросительно выгибаю бровь.

— То есть ты реально думаешь, что я тут под тобой стонала от сожаления?

Глаза Яна темнеют, а хватка на моей талии становится жесткой.

— Я бы ещё послушал твои стоны, — выдыхает мне в губы.

И я уже готова сама на него залезть. Снова ощутить его желание и страсть.

Но... мне напоминают, что я мама малыша.

Срываюсь с кровати.

— Футболку мою возьми

На лету срываю с кресла какую-то вещь Яна, подхватываю трусики и несусь в комнату.

Подвигаю Никитку к себе и даю грудь.

Тихий стук отвлекает от сына.

— Можно к вам?

На пороге Ян, в спортивных штанах, которые находятся слишком низко на его бедрах.

— Да, конечно, можно, — шепчу в ответ.

Прикрываю Никитку, чтобы не отвлекся. Багиров подкрадывается к кровати и ложится рядом с нами. Наблюдает за тем, как сын кушает. Никитка слышит, что мы не одни, и отворачивается от груди.

Прикрываюсь от пристального взгляда синих глаз.

Ян хмыкает, встречается глазами с сыном и кивает на меня. Никитка снова сосредотачивается на еде, то есть на мне.

Засыпает, а я натягиваю футболку.

— Знаешь, — шепот Яна привлекает мое внимание, — мне хочется сказать о своих чувствах, но я понимаю, что мне слов не хватает, чтобы их описать. Это явно что-то сильнее любви и благодарности.

Ловит мою руку и прижимает к губам. Глаза в глаза.

— Аль, выходи за меня?

Округляю глаза. Не сразу нахожу, что ответить.

— Так быстро? — не могу удержаться от этого вопроса.

Только Ян вполне серьезен.

— С меня кольцо, ресторан и даже оркестр, если захочешь. Но сейчас я хочу, чтобы ты понимала, как я настроен по отношению к вам. Я не хочу вас упустить и потерять, и хочу, чтобы ты знала, — он делает паузу, — я хочу, чтобы ты была со мной. Хочу быть твоим мужем, Спичка.

—Я…

— Можешь подумать.

Мотаю головой.

— Согласна, Багиров, — закатываю глаза.

— Правда? — глаза Яна вспыхивают.

Киваю.

— Но с тебя кольцо и перед мамой попросишь.

— Что угодно, Аль. Для вас — что угодно.

39.

Я хоть и отпустил тогда Альку на следующее утро домой и довез их с Никиткой, но мне было непросто сделать вид, что я согласен с тем, что надо ещё дать нам время.

И сегодня я решаю, что пора это исправлять. Да, прошло всего три дня с нашей первой совместной ночи. Да, после неё я остался у Альки на одну ночь. Но, мать ‘его, мне этого критически мало. Я хочу ещё!

Она как мой персональный рай, в который я готов погрузиться и отдавать всего себя.

И ощущать себя реально отцом Никитки... это отдельный вид кайфа. Я не мог подумать, что меня будет распирать настолько сильно, когда я буду держать своего сына на руках и понимать, что я отец.

Тарабаню по крышке стола, пока жду, что мне ответит Аля. Пялюсь в экран компьютера.

— Привет, Ян.

Да мне от её голоса становится в груди жарко. А когда она рядом, хочется утащить к