Утопленная книга. Размышления Бахауддина, отца Руми, о небесном и земном - Валад Бахаутдин
Затем я стал размышлять дальше: что ни случается – хорошее и дурное, добродетели и упадок, – всё в Божьей воле. У каждого пророка славный конец. Не важно, молод ты или стар, глубже вовлекайся в присутствие – и станешь чуть лучше. Ходи в мечеть по средам и пятницам. Молись и возжелай, чтобы твои желания следовали воле той целостности, что сотворила тебя (6:102) и продолжает вершить то, что ты вершишь (37:96).
1:327—328
Дочь судьи шарафа и я однажды утром
Я подумал: каковы будут гурии рая, «белокожие»?23 Не такими ли, как это утро, когда я лежу с дочерью судьи Шарафа? Я ее обнимаю и нежно покусываю губы. Она прекрасная молодая женщина, но когда ее юбка вздулась и поднялась до самой талии, мне почудилось, что я вижу перед собой резвящегося ребенка.
Она шепчет мне на ухо: «О Боже, Боже», взывая к Тому, кто даровал нам блаженство наших тел, когда они движутся в едином порыве. Я целую ее и дышу в такт с ней, захлестнутый волной оргазма.
В Коране сказано: «Возлежите на ложах» (52:20). И потому иногда, когда нам тягостно или больно, душа ускользает от печалей, отдаваясь потоку чувственного влечения к любимому. Как части нашего тела расслабляются, когда тело лежит и отдыхает, так же и наша душа… Свободно парит, когда мы утешаемся любовной игрой.
Два океана, соленый и пресный, вливаются один в другой (55:19). Страдание и наслаждение – никто не знает где одно, где другое там, в глубине, на вершинах рифа, где кораллы и жемчуга обретают свои формы (55:20).
1:328—329
Оставайся возле этой двери
Кто отмеряет и распределяет милость? Отчего Коран не был ниспослан какому‐нибудь видному человеку? Все случается не так, как мы хотим, и не надо притворяться, будто так оно и происходит. Все это поклонение собственным интересам, путь, которым изначально следовали жители Мекки, макийан, когда отрицали, что Мухаммад – пророк. А почему не Масуд Сакафи или Валид ибн Мугхирех?
Бог говорит: взгляните на дивный дар этого мира. Вы легко принимаете его – но не моего посредника, через которого Я передаю Свои слова. Оставайтесь возле этой двери и зрите чудеса. Светы лиц, когда они мгновенно вспыхивают, сполохи в волосах, белокурых и черных, едва уловимый аромат, определяющий образ, – все это источается присутствием Божьим.
1:331—332
Почему говорят, что осень…
Каждый холодный и бессознательный поступок вернется к тебе и возвратит содеянное тобой (10:27).
Если ты украдкой глядишь на интимные части тела других людей, – люди будут подглядывать за тобой. Друзья, торгуя в ваших лавках, помните, что вы живете внутри этой тайны. Не обсчитывайте и не обманывайте никого. Такие дела не приносят выгоды. И не пользуйтесь благочестием, чтобы улучшить свое положение в обществе, – это лицемерие. Не отдавайте свой внутренний покой за декоративные безделушки.
Тюрьма тела во сне открывается в мир за пределами этого мира. Шесть направлений образуют один из наших домов. Но есть и иные.
Душевным оком образ уловил, алкая,
И тотчас – к действу побужденье.
К чему слова, что осень нам готовит завершенье?
Для нас грядет весна иная.
1:337—338
Глубокие сдвиги в себе я не могу описать
Я сказал местному астрологу: тот факт, что ты чего‐то не видишь, еще не означает, что этого не существует. Любящий способен увидеть в лице возлюбленного некий свет, невидимый ни для кого другого. Здоровый человек ощущает в пище множество вкусовых оттенков, а для того, у кого обложило язык, их просто не существует. Больному любая еда кажется горькой.
Глубокие сдвиги и перемены происходят во мне, они не поддаются описанию, но совершенно реальны. Пути открыты. Я слышу ароматы, источаемые божеством. Это важнейшее событие в моей жизни, но кто может его увидеть? Дружбу нельзя ни увидеть, ни измерить, однако жизнь в дружбе – это опыт, не нуждающийся в доказательствах. Вера, праведность, религия – только слова, в которые искусный спорщик может вложить любой смысл. Я разговаривал недавно о силе исламских пророков с Хасаном, ткачом по шелку. Он же обратил мои слова в доказательство своего вольнодумства.
Душа приходит сюда из области невидимого, чтобы узреть этот мир, тело, ночь и залитые солнцем утренние виды, и потом она говорит: теперь, когда я увидела все это, покажи мне иные Твои свойства, Господин миров (3:26).
1:347
Солнце – мотылек
Видный законовед попросил меня объяснить, кто такие эти просветленные.
Есть некоторые мужчины и женщины, столь глубоко проникшие в сокровенную и тайную суть бытия, что запреты на ростовщичество, и вино и даже сама эта жизнь и возможность обещанного воскресения, не занимают их мысли. Подобные вопросы и в голову не приходят мастеру – гностику – он просто знает себя и молчаливо лелеет присутствие, его душа – вино мудрости, впавшей в безумие.
Во мне зажегся дивный огонек,
Тот, для которого и солнце – мотылек.
1:352
Разумность духа
Авраама испытывали повелениями. Он прошел через все эти борения и стал вождем своего народа. Мы создаем лица, незримые для глаза. Душа человека, как любое духовное существо, недосягаема для пяти чувств. Сущность души не увидеть, не потрогать, не уловить обонянием, не вкусить и не услышать. И все же недоступные чувствам духовные существа сообщаются друг с другом, они обладают собственной разумностью за пределами эмпирически доказуемого. Между собой они знают, кто из них опасен, а кто благонамеренен. Иногда беззвучное повеление выстреливает по одному из них, подобно языку пламени, раскрывая их таланты и ограничения. Авраам пережил один из таких моментов и выстоял, тогда-то его и пригласили возглавлять молитвенные собрания.
1:354—355
Быть взятым
Если хочешь покориться [воле Божьей], – забудь себя. Отделись от своих чувств и мотивов и тогда, не обременненый знанием и беззаботный, ты обретешь простирание от востока до запада и обратно. Что удивительного, если в этом безумном состоянии твоя сокровенная сущность покроет сотни
