Невидимые влияния. Исцеление души (Работа с воздействиями бестелесных существ) - Живорад Славинский
С первых же дней его профессиональной карьеры психотерапевта перед Юнгом стали появляться разумные сущности, существующие независимо от его разума. Он полагал, что в тех ситуациях он выходил за рамки индивидуального бессознательного и встречался и общался с сущностями в коллективном бессознательном. Благодаря таким тесным и плодотворным отношениям с сущностями Юнг получил поразительно ценный опыт.
Свой метод вхождения в бессознательное он обозначил как «технику падения в кроличью нору». О данном методе знали только его близкие коллеги до того момента, пока в 1960 году не вышла его автобиографическая книга под названием «Воспоминания, сновидения, размышления». Суть метода состояла в том, чтобы внезапно погрузиться в воображаемую глубину.
«Сначала я будто бы спустился метров на триста, но уже в следующий раз оказался на некой космической глубине. Это напоминало путешествие на Луну или погружение в пропасть».
Он оказался на дне кратера, и ему почудилось, будто он находился в стране мертвых. Он увидел две фигуры — седобородого старика и молодую девушку. Они представились как Саломея и Илья-пророк. Юнг с Ильей-пророком вел долгие беседы, смысл которых ускользал от него.
В очередном своем «бессознательном» путешествии Юнг повстречал Филемона, достаточно мудрую сущность. В своей автобиографии он подчеркнул следующее:
«Несколько позже мое бессознательное явило мне другой образ, он стал развитием и продолжением образа Ильи-пророка. Я назвал его Филемоном. Будучи язычником, Филемон привнес в мои фантазии некое египетско-эллинское настроение с оттенком гностицизма. Образ этот впервые явился мне во сне. <…>
Я видел небо, но оно походило на море. Его покрывали не облака, а бурые комья земли, между которыми просвечивала голубизна морской воды, но эта вода была небом. Вдруг откуда-то справа ко мне подлетело крылатое существо — старик с рогами быка. В руках у него была связка ключей, один из них он держал так, будто собирался открывать замок. <…>
Филемон и другие образы фантазии помогли мне осознать, что они, возникнув в моей психике, созданы, тем не менее, не мной, а появились сами по себе и живут своей собственной жизнью. Филемон представлял некую силу, не тождественную мне. Я вел с ним воображаемые беседы. Мой фантом говорил о вещах, которые мне никогда не пришли бы в голову. Я понимал, что это произносит он, а не я. <…> Именно Филемон научил меня относиться к своей психике объективно, как к некой реальности. <…> А поскольку он являлся именно таким объектом и спорил со мной, я понял, что есть во мне нечто, объясняющее вещи, для меня неожиданные, которые я не готов принять.
Психологически я воспринимал Филемона как некий высший разум. Он казался мне фигурой таинственной, временами совершенно реальной. Я гулял с ним по саду, чувствуя, что он является для меня кем-то вроде того, кого в Индии называют гуру».
Часто он выходил на контакт с сущностью по имени Ка. Тот был злым, почти демоничным. Юнг регулярно записывал свои беседы с Ка в особую записную книжку, которую назвал «Черной книгой». Юнг постоянно пытался выяснить, чем же он занимался. Записывая свои фантазии, он как-то спросил себя: «А чем я, собственно, занимаюсь?» И внутренний женский голос дал ему ясный ответ: «Это искусство». Спустя некоторое время он снова задал тот же вопрос, на который голос дал все тот же ответ: «Это искусство». На основании своих долгих бесед с голосом Юнг заключил, что эта «женщина в нем» была важной частью его души, вследствие чего он назвал ее «анима». В результате в психологии возникли архетипические образы, существующие в бессознательном у любого человека, женственная «анима» у мужчин и мужественный «анимус» у женщин.
Спустя некоторое время сущности, появлявшиеся либо из индивидуального бессознательного Юнга, либо из коллективного, начинали обретать большую силу, стали воплощаться, проявляться и во внешнем мире. В доме царили бестелесные невидимые сущности, энергетическое влияние которых было ощутимо. Члены семьи иногда видели привидений в доме, сами предметы передвигались психокинетически, как будто им помогала невидимая рука. Однажды вечером вся семья сидела в саду, и вдруг раздался звон дверного колокольчика, но за дверью никого не оказалось. «Я знал, что-то должно случиться, — пишет Юнг в своей автобиографической книге. И далее: — Их было так много, что я едва мог дышать и без конца спрашивал себя: „Бог мой, что же это такое?“ Призраки отвечали мне: „Мы вернулись из Иерусалима, там мы не нашли того, что искали'».
Юнг, в полутрансовом состоянии, начал записывать за сущностями, чтобы как-то снять напряжение. Он писал на протяжении трех дней, делая небольшие перерывы. Результатом такого трансченнелинга стал его необыкновенный труд «Семь проповедей к мертвым». Он написан в пророческом стиле, свойственном, как заявляет Юнг, архетипам, говорящим через медиумов. Несмотря на то, что несколькими годами ранее Юнг распрощался с ортодоксальным анализом Фрейда, он все же не осмеливался опубликовывать свой труд под собственным именем, вместо этого он использовал псевдоним Филон Александрийский. Лишь спустя несколько лет после его смерти общественность узнала настоящее имя автора этого спиритического писания.
НЕГАТИВНЫЕ СУЩНОСТИ, СИЛЫ ЗЛА И ДЕМОНЫ
Когда человек работает с сущностями, то он или она в конечном счете сталкивается с негативными сущностями, силами зла, которых в рамках терминологии соотносят с демонами. Добро и зло — первичные полярности, присущие всей человеческой расе (см. мою книгу «Возвращение к Единству»), широта и охват которых не сравнятся ни с какими другими полярностями. Библейский рассказ об изгнании человека из рая начинается именно с их восприятия.
Тем не менее, уже в VI веке до н. э. полярности «добро и зло» рассматривались как основные в религиозной философии маздеизма, проповедником и основателем которой являлся Зороастр, или Заратустра. Данная религия была основана на территории сегодняшнего Ирана. Базовая человеческая полярность в этом учении имела дуальную структуру, где с одной стороны располагался Ахура-Мазда, бог света и добра, а с другой — Ариман, бог тьмы и зла. В основе религиозной философии стояло учение о непрерывной борьбе между добром и злом в человеческой душе.
Та же самая дуальность встречается и в иудаизме, и в христианстве, и в мусульманстве. Все три религии анализируют борьбу между добром и злом, обещая верующим спасение души, поскольку в будущем добро наконец-то одержит победу над злом.
Большинство религий изображают добро и зло в виде символов света и тьмы. Ночь преисполнена
