Одна в поле воин - Наталья Владимировна Нестерова
Когда пришёл Олег Арсеньевич, она поделилась с ним своими тревогами. Муж не удивился, повторил в сотый раз:
– Поленька, не волнуйся, всё будет хорошо.
И Полина Сергеевна поняла, что, в отличие от нее, Олег сразу вычленил основную проблему. Так же, как и сын. Полина Сергеевна позвонила Сене, спросила, говорил ли он с Эмкой.
– Да, говорил, – коротко ответил Сенька.
– Что ты ему сказал?
– Всё, что нужно.
– И как отреагировал Эмка на «всё, что нужно»?
– Нормально. Мама, успокойся!
Сын не хотел делиться с ней, а если Сенька чего-то не хотел, то заставить его было невозможно.
– Тираны! – положила трубку Полина Сергеевна. – Три тирана на мою бедную голову! Как я вас люблю! – У нее перехватило горло и невольно вырвалось запретное: – Моя любовь не имеет будущего…
– Почему? – вскинул брови Олег Арсеньевич.
– Она не имеет и прошлого, – выкрутилась Полина Сергеевна, – только настоящее.
Хотя Юсю ждали вторые сутки, когда она позвонила в домофон и сказала: «Это Люда!» – Олег Арсеньевич переспросил: «Кто-кто?», не сразу сообразил. Очевидно, в Америке она отказалась от имени, которое ей дали Пановы.
Юся хорошо выглядела, гораздо лучше, чем ожидала Полина Сергеевна. Юся не растолстела безобразно, как ее мамаша, хотя была полной. Она не соответствовала современным стандартам красоты, но чуть-чуть похудеть – и это будет женщина классических форм, физически сильная, белокожая, румяная, «с чистым взором незамутнённых высшим образованием глаз», как говорила о своей крестной Ксюша. Полина Сергеевна вспомнила эту нелестную характеристику, наверное, потому, что почувствовала завистливый укол – на фоне пышущей здоровьем Юси сама она, исхудавшая до костлявости, выглядела живыми мощами.
Едва ли не с порога Юся стала вручать подарки – джемпер Олегу Арсеньевичу, блузку Полине Сергеевне.
– А эта водолазка Сеньке. Эмке машинка на радиоуправлении.
– Большое спасибо! – поблагодарили Юсю.
Раздача презентов выглядела неделикатно, точно Юся хотела их купить, задобрить. Но ее суетливость была простительна – Юся очень волновалась, не знала, как ее встретят. Ее встретили доброжелательно-настороженно.
Полина Сергеевна пригласила выпить чаю. Олег Арсеньевич отлучился позвонить сыну: приехала.
Не дожидаясь вопросов, Юся принялась рассказывать про свое американское житье-бытье. В ее тоне звучали нотки оправдания и некоторого вызова, точно Юся хотела предупредить возможные к ней претензии. Клавдия Ивановна прижилась в Нью-Йорке легко, хотя с зятем, мужем Юси, и с самой Юсей иногда цапается, «но вы же знаете мамин характер». Юся работает продавщицей в магазине, а муж водителем грузовика, развозит продукты. Сына Дэниела Юся отдала не в русский, а в американский детский сад, чтобы язык выучил, сейчас «шпрехает» за милую душу.
– А ты-то и мама твоя язык освоили? – спросил Олег Арсеньевич.
– Мама ни бум-бум. Зачем ей? Она в Америку не ходит. А я – разговорный.
– Понятно.
Юся приехала продавать московскую квартиру, потому что у них назрела необходимость улучшать жилищные условия. Как поняла Полина Сергеевна, Юся с мужем хотели отселить Клавдию, та в Россию возвращаться не желала, а находиться с тёщей под одной крышей зять уже не мог.
– Ты только за этим приехала? – уточнил Олег Арсеньевич.
Юся ушла от ответа и стала вещать о том, как хорошо в свободной стране Америке. Полина Сергеевна и Олег Арсеньевич не комментировали ее восторги, хотя они звучали нелепо. К ним иногда наведывалась родственница из Сибири, и ее рассказы о своем городе, несуетной провинциальной интеллигентной жизни вызвали зависть. Юсина похвальба заставляла только сожалеть: как мало людям надо, как они слепы, нелюбопытны, косны и заурядны.
Хлопнула входная дверь. Юся заткнулась на полуслове. В комнату вошли Сеня, Лея, Тайка и Эмка. Стали в ряд, точно собирались идти шеренгой на приступ.
– Эммануил, сыночек! – поднялась с кресла Юся и на нетвёрдых ногах сделала два шага вперёд.
– Здравствуйте! – ответил Эмка.
Полина Сергеевна хорошо видела его лицо, пыталась прочитать его чувства. Но лицо внука ничего не выражало. Оно было чужим – прежде подобной бесстрастности на Эмкиной физиономии не наблюдалось. Он просто смотрел, без волнения, радости, негодования, надежды, презрения – даже без интереса.
Юся покраснела, пошла пятнами. У нее вспотели ладони, и она их вытирала, проводя по бёдрам.
– Эмочка, я тебе машинку привезла на радиоуправлении.
Эмка молчал. Он не нашёл нужным поблагодарить или взглянуть на игрушку, взять ее в руки. Пауза была тяжёлой, но никто не спешил Юсе на помощь, а Эмка не выглядел человеком, которому требуется поддержка.
– Он не играет в машинки, – подала голос Тайка. – Он сейчас увлекается метрологией.
– Метеорологией, – поправил Эмка.
– Хотите чаю? – предложила Полина Сергеевна.
– Не хотим, – ответил за всех Сенька.
– Папа, – повернулся к нему Эмка, – ты обещал, что мы поедем в планетарий.
– Обещал, значит, поедем. Всем – до свидания!
Они находились в квартире не более пяти минут, считая то время, которое понадобилось на раздевание-одевание в прихожей, разувание-обувание.
«Всё закончилось быстро и бескровно, – подумала Полина Сергеевна. – Эмка! У него было лицо… Как у Олега или Сеньки, когда они не хотят пускать в свой внутренний мир, не желают отвечать на вопросы, обсуждать, выслушивать чье-то мнение. Эмка прежде был открыт. Он вырос, мой внучек. Наверное, раньше времени. Сейчас Юся будет рыдать».
Но Юся, шокированная и обиженная, плакать не собиралась. Она вернулась в кресло, шумно дышала и вытирала ладони о коленки. Полине Сергеевне показалось, что Юся отчасти довольна разговором – ее обидели, значит, на ее стороне правда. До этого у нее было пристыженное лицо, и ее нескончаемый словесный поток свидетельствовал о наивной самозащите – заболтать, чтобы не упрекали. Олег Арсеньевич за выражением ее лица не следил, и до тонкостей ее психологических переживаний ему дела не было. Перед ним стояли другие задачи.
– Вот теперь мы поговорим, – сказал Олег Арсеньевич. – Как видишь, Юся, отношение сына к тебе однозначно негативное. А чего еще можно было ожидать? Мы тебя не виним, у тебя своя жизнь, большому кораблю большое плавание. Но юридические аспекты надо урегулировать. Есть два варианта развития событий. Первый: ты отказываешься от Эмки, мы оформляем отказ у нотариуса. Погоди, не
