За стеклом. Окно в Париж 1968 - Робер Мерль

гуле голос Жоме, тот рухнул в свое кресло. Он был взбешен. («Председатель убийц, в последний раз я требую у тебя слова».) У него даже слегка дрожали руки, но он вытащил из кармана пакет «клана» и стал набивать трубку: эта операция быстро возвращает тебе спокойствие, необходимое для ее осуществления. Жоме почувствовал, что его пальцы постепенно обретают привычную твердость, он сосредоточился; loose at bottom and tight on top, Дениз, которая часто употребляла этот афоризм, переводила его как: «вентилируемый внутри и плотно утрамбованный снаружи» – на первый взгляд казалось, что приминание сверху должно сжать и нижние слои табака, но нет, это значило не учитывать его эластичности. Дениз из медицинских соображений была против трубки и сигарет, но в трубке с ее ароматом, теплом, гладкостью дерева, ощущаемой ладонью, сосательными движениями губ, следами зубов на мундштуке, было что-то чувственное, ритуальное, спасительное, в ней было какое-то уютное самоуглубление, как в собаке, которая без конца вылизывает собственные лапы, когда ей грустно.

– Нет, ты только подумай, – сказал Жоме, выходя одним из последних и посасывая свою трубку, вихрастая голова Дениз едва доставала ему до плеча, – ну при чем тут Эдип? Эти олухи пробежались галопом по Фрейду и Маркузе и теперь суют их куда надо и не надо.

Дениз утвердительно кивнула, у нее болела голова, она наглоталась табачного дыма и обрадовалась теперь ночной свежести, моросящему дождю над студгородком.

– Насколько я понял их стратегический замысел, – сказал Жоме, – гошисты демонстрируют элитарную концепцию революции. Они рассматривают себя как моторчик, который, будучи приведен в движение, дает импульс главному мотору. Иными словами, они считают, что, если группкам удастся распропагандировать и поднять значительную массу студентов, эта масса заразит и подымет пролетариат. И тут уж революция произойдет сама собой, стихийно, без каких бы то ни было директив, общей программы и руководства.

Я заранее знаю все, что он мне скажет, – подумала Дениз, – я все это наизусть помню: «Объективных условий для восстания пока не создалось». Я нахожу эту формулу восхитительной! Она кажется такой научной и компетентной, и она заранее оправдывает любую пассивность. Прежде всего, каковы они, эти пресловутые «объективные условия»? И как узнать, «создались» они или нет? Существовали они во Франции в 1789-м? В России в 1917-м? В Китае в 1934-м, во время Великого похода? В 1957-м – в Сьерре, откуда начинал Кастро? Вопрос: а если попытаться их создать, эти условия? Вместо того чтобы ждать, пока они сами каким-то чудом создадутся. Но она ничего не сказала, она ощущала усталость, тяжесть в затылке. На сегодня с нее хватит политических дискуссий, она сыта ими по горло.

– На мой взгляд, – заговорил Жоме (она посмотрела на него: посасывание трубки пошло ему на пользу, он опять был в полной форме). – На мой взгляд, – он крепко зажал зубами мундштук, – группакам никогда не удастся объединить вокруг себя достаточно студентов, чтобы превратиться в реальную силу протеста и в еще меньшей мере (смешок) они могут рассчитывать на то, что подымут массы.

Дениз утвердительно кивнула, не разжимая рта. В сущности, по второму пункту она была с ним почти согласна, но не по первому. Как агитаторы гошисты свое дело знали. В Нантере они чудовищно набирали силу.

– Я провожу тебя до твоего корпуса, – сказал Жоме.

Несколько минут они шагали молча. Дениз подняла голову и спросила с деланным безразличием:

– Ты все еще не решил, как проведешь летние каникулы?

Какой идиотизм, как будто он мог принять решение за те несколько часов, что прошли после полудня!

– Нет, – сказал Жоме.

Сердце Дениз забилось. От дверей корпуса их отделяли всего двадцать метров, всего двадцать метров – до рукопожатия Жоме, до его «пока, старушка».

Она споткнулась о камень, удержалась, вцепившись в рукав Жоме, и торопливо пробормотала грубым, ворчливым голосом, не глядя на него:

– В таком случае, почему бы тебе не отправиться с нами на малолитражке в Шотландию?

Примечания

1

Эта тема подробно разобрана в интересной статье К.Г. Мяло «Проблема „третьего мира“ в левоэкстремистском сознании» («Вопросы философии», 1972, № 1).

2

Современная Чехову критика адресовала ему тот же упрек в еще более схематичной форме уже как драматургу: его философия объявлялась «расплывчатой», потому что ей удавалось быть «одновременно и оптимистической и пессимистической». Я не убежден, что как раз эта «расплывчатость» не оценивается сейчас критикой по-иному, как способность объять всю изменчивость реального мира. – Прим. автора.

3

Даниель Кон-Бендит. – Прим. автора.

4

Генеральная ассамблея. – Здесь и далее примечания переводчика.

5

Сказал (лат.).

6

Немногих счастливцев (англ.).

7

Менестрель ведет счет в старых франках, после реформы 100 старых франков были приравнены к одному, «тяжелому», франку.

8

Яд в хвосте (лат.).

9

Здесь – крупным планом (англ.).

10

ИППВШ – Институт подготовки преподавателей Высшей школы.

11

НССФ – Национальный союз студентов Франции.

12

КСС – Коммунистический союз студентов.

13

Ладно, пойду выпью кофе (исп.).

14

До скорого, товарищ (исп.).

15

Крайне правая молодежная организация.

16

Пес, который берет верх (в бою); bitch – сука (англ.).

17

ФНО – Фронт национального освобождения Южного Вьетнама.

18

КРМ – одна из троцкистских группок.

19

НКВ – Национальный комитет защиты Вьетнама.

20

МЛ – одна из маоистских группок.

21

Великое творение (лат.).

22

Перевод А. Ревича.

23

Давай (араб.).

24

Пожалуйста, тише (англ.).

25

Сегодня я намерен рассмотреть Гамлета как сына, возлюбленного и друга (англ.).

26

Некоторые критики рисуют жизнь Гамлета до смерти отца в идиллических тонах. Сомнительно, однако, что супружеское счастье родителей доставляло большую радость принцу Гамлету. В его монологе о «слишком тугой плоти», в описание чувства его матери к королю удивительным образом вторгается элемент