Семь бед и змеиный завет - Дарья Акулова
– Есть пульс! – говорит она.
– Слава Тенгри.
Арлан снова берёт пучок адыраспана, поджигает, тушит, подносит его к лицу Айдара. Теперь я вижу, как его грудь поднимается и опускается. Я подползаю ближе.
– Не трогайте меня… – еле слышно произносит Айдар, а моё сердце снова забилось.
– Атаңның басы69! – недовольно бурчит Арлан и трясёт его за плечо. – Вставай!
– Я не должен владеть… магией… Я… слаб.
– Возьми уже жизнь в свои руки, Беркут!
Кажется, что они вступили в какой-то разговор. Спутанный и еле понятный.
– Духи… показывают мой конец. Лучше сразу сдаться…
– Все сталкиваются с трудностями. Прекрати впадать в уныние и выбирайся оттуда!
– Как я мог думать… что могу удержать её…
Мы втроём переглядываемся. Айдар продолжает бубнить:
– Моя любовь – бремя… Она счастливей без меня…
– Я тут, чтобы спасти тебя, а не выслушивать твои тёмные мысли! – кричит Арлан, вручает адыраспан Нурай, а сам вцепляется двумя руками в рубашку Айдара и тормошит его.
– Очнись!
– Она не заслуживает этого…
Он говорит обо мне. Это я виновата. Я довела его до такого!
– Айдар, чтоб тебя!
– Она… была моим светом во тьме. Но она всего лишь… уголёк. И тьма поглотит её так же, как поглощает меня…
Арлан замирает, а потом отрицательно мотает головой, нахмурив лоб.
– Твоя магия – часть тебя. Но она не определяет весь мир. Есть много хорошего.
Айдар сначала молчит, потом дёргает головой, хмурясь и что-то бормоча.
– Ты не одинок, даже если так кажется. Есть люди, которые готовы о тебе заботиться, включая меня.
Айдар вздрагивает. Кажется, ему больно, он напряжённо сжимает кулаки. Я не знаю, чем ему помочь. Какая-то борьба происходит где-то у него внутри.
– Ты сильнее, чем думаешь, – продолжает Арлан. – Мы здесь, чтобы помочь пройти через трудности, только не уходи.
Айдар расслабляет руки и облегчённо выдыхает. Лицо спокойно. На мгновение нам всем кажется, что он опять перестал дышать. Арлан проверят сердцебиение.
– О Тенгри! – вздыхает он, потирая виски пальцами одной руки. – Он дышит, кажется. Кажется, ему лучше.
– Предки благословенные… – Нурай смотрит на небо.
Я осознаю, что всё это время сидела скрючившись и сильно прижав руки к груди. Теперь я расслабляюсь, закрываю лицо ладонями и плачу. Нурай подбирается ко мне.
– Это я виновата, – говорю я.
– Нет-нет, – шепчет Нурай.
– Вы же слышали, что он говорил.
– Змейка.
Я слышу, как Арлан садится рядом со мной, а потом он дотрагивается до плеча. Я смотрю на него сквозь пелену.
– Мы все не воспринимали его всерьёз. Не знаю, с чем ему пришлось бороться, но…
Он протягивает руку и смахивает с моей щеки слезу.
– Давайте подождём, пока он очнётся.
Я киваю. Арлан встаёт и уходит в темноту. Акку наконец тоже успокаивается, подходит и ложится рядом с Айдаром.
Втроём мы не спим всю ночь. Я боялась, что Айдара снова начнут мучить кошмары и видения. Или он снова не сможет дышать, а сердце перестанет биться. Мы не говорим. Но, кажется, этого и не нужно. Изредка перебрасываемся взглядами, чтобы убедиться, что друг с другом всё хорошо. Я лежу рядом с Айдаром, боясь к нему прикоснуться. Мне кажется, что я могу пробудить его ужасы вновь. Акку обнимает его за меня, положив на него свою голову.
Но Айдар спит спокойно. Под утро меня на некоторое время одолевает сон, но я тут же просыпаюсь, когда слышу шорохи, вскакиваю, протирая глаза. Акку только тогда вскакивает на ноги. Айдар тянется спросонья, приподнимается, садится. Я кидаюсь к нему, обнимаю, чуть снова не завалив.
– Айдар! Слава Тенгри, Айдар, ты в порядке?!
Я хватаюсь ладонями за его лицо, осматриваю, снова обнимаю, крепко прижимаю его голову к себе. И снова плачу. Да что же такое?!
– Задушишь, Инжу, – кряхтит Айдар.
Он обнимает меня в ответ. Я облегчённо выдыхаю. Снова смотрю на него, в его глаза. Он ждёт чего-то, бегая глазами по моему лицу, и в итоге останавливает взгляд на моих губах.
Нет. Нет-нет-нет. Я не могу его поцеловать. Я рада, что с ним всё в порядке, но я не могу.
Я не знаю, что мне делать.
– Беркут, ся лаоцзы и тяо70!!!
Айдару прилетает шапалак от Нурай.
– Ай!
Он хватается за голову
– Что это с тобой было?! – кричит она.
– Не думал, что ты так сентиментальна.
– Заткнись.
Мы встаём, Акку тычется мордой Айдару под руку, и тот обнимает её в ответ. Подходит Арлан.
– Как себя чувствуешь, брат? – спрашивает он.
– Кажется, я в порядке.
Они стоят так и смотрят друг на друга, но тут Арлан делает первый шаг и обнимает Айдара, затем хлопая его по спине.
– Я рад, что ты вернулся.
Вид обнимающихся парней, которые всю дорогу до этого только и ждали повода подраться, вызывает у меня улыбку.
– Спасибо, – говорит Айдар, когда Волк его отпускает. – Странно, но я слышал твой голос в видениях.
– Пришлось говорить с тобой – ты откликался. Я подумал, что это поможет. Не знаю, понятны ли были тебе мои слова…
– Я помню. Я всё расслышал.
Айдар улыбается. Арлан кивает и снова обнимает его.
– Ты можешь на меня положиться. На нас всех.
Он бросает взгляд на Нурай.
– Насчёт неё не уверен.
– Предки благословенные, – закатывает глаза воровка. – То, что я спасла ваши задницы, – не считается?!
– Ты могла бы позволить нам умереть и просто забрать деньги из наших сумок.
Нурай вскипает. А Арлан вдруг начинает смеяться и кладёт руку ей на плечи.
– Я шучу, иди сюда.
Он тянет Нурай к себе.
– Что ты делаешь? – возмущается она. – Я не люблю, когда меня трогают, отпусти!
Но Арлан не слушает её, второй рукой цепляет Айдара и тоже притягивает, а тот уже увлекает меня за собой. Так мы и встаём в круг, обнимаясь вчетвером. Только Нурай морщится и пытается вырваться, но парни ей не дают. А я улыбаюсь, как дурочка.
– Так что это за одержимые припадки у тебя были, Беркут? – спрашивает Нурай, когда мы наконец садимся завтракать.
Я вчера даже не ужинала, поэтому чувствую себя голодной как никогда. Он рассказывает всё. Про видения, про селение в Бурабае, про Старшую и её методы.
– Болезнь баксы, – спокойно отвечает Айдар. – Старшая в Бурабае говорила, что этот недруг приходит, когда баксы сопротивляется своей силе. Духи приходили ко мне и уговаривали взять кобыз.
– Кобыз? – встрепенулась я. – Как в моих снах!
– Да. Ты ведь взяла его, верно?
Киваю.
– Ты приняла свою силу, и они перестали приходить. А я… – он вздыхает. – Я долго не принимал тогда, когда Беркут благословил меня в день Посвящения. В тот день, когда Инжу было видение, я увидел чешую и испугался. Я испугался, что всё моё безумие начнёт повторяться снова. Я испугался не тебя, Инжу, прости, что тебе пришлось так думать. Я хотел защитить тебя от… себя.
Теперь я понимаю. Понимаю, почему он так себя вёл. А вместе с этим чувство вины разрастается всё больше. Я не должна была его отталкивать. Должна была пытаться вновь и вновь говорить с ним, не обращая внимания на его колючки. Я должна была быть с ним, я обещала. Все мои внутренности скручиваются в тугой узел. Он же мне дорог, он – мой лучший друг! Но я оттолкнула его, оборвала последнюю нить. Я поняла, что не люблю его.
– Ты не хотел быть баксы, ты хотел стать батыром.
– Батыром? – усмехается Нурай, но Арлан одёргивает её. – Кхм. Батыры – основной род деятельности Волков.
– Я знаю. Но я был маленьким, слышал все эти легенды про них и всё равно мечтал об этом. С моими желаниями никогда никто не считался. Я всегда жил по указке отца и матери: какую лошадь выбрать, чему мне учиться, на ком жениться…
