Оружие для джихада - Вульф Блей

Когда он оказывает ей эту услугу, она коротко касается его руки, а затем тихо произносит:

– Спасибо! По-моему, ты мастерски целуешься, Норман. У меня сложилось впечатление, что ты многому научился у своей бывшей девушки Мэри Найт. Она не только великолепная певица шансона, но и, очевидно, очень одаренная натура как женщина. И, вероятно, прекрасно подкована в вопросах любви.

Удивленный таким поворотом событий, Норман чувствует себя поставленным в оборонительное положение и лаконично, со сдержанным волнением в голосе отвечает:

– Что за ирония? Роман с девушкой Мэри уже давно в прошлом! Ты завидуешь моему прошлому? По-моему, ты уже взрослая! По крайней мере, ты только что это подчеркнула.

– Ах? Хм. – После небольшой паузы для размышления, она продолжает слегка горьким тоном: – А теперь моя очередь, не так ли? Не думаю, что смогу предложить тебе столько же, сколько Мэри тебе дала. Твоя внезапно проснувшаяся мужская склонность меня балует, но у нее есть небольшой недостаток. Я не верю в ее постоянство и искренность.

Пусть кто-нибудь хоть раз поймет женщин! Норман не понимает, его брови снова нахмурены, а волнение в голосе усиливается, когда он неожиданно поднимается:

– Почему ты так думаешь? Что ты говоришь! Ты не веришь в мою искренность? Кто из нас неискренен? Я или ты? Кто назначает такие странные встречи каждым днем и вечером?

Совершенно спокойно Ева отвечает ему равнодушно:

– Нет у меня странных встреч, Норман.

– Ах, нет? Ну что ж: давай проверим! Найджел Фишер позвонил и попросил о встрече в «Блэкфрайерс» сегодня вечером. Я бы хотел, чтобы ты со мной туда пошла.

Ева настоятельно отвечает:

– К сожалению, не могу.

– Но встреча с Найджелом очень важна, – подчеркивает Норман. Она возражает:

– Мои планы тоже.

Норман подходит к ней и снова касается ее плеча, спрашивая дружелюбным, спокойным голосом:

– Тогда, полагаю, что имею право спросить, с кем у тебя свидания, не так ли?

Она пожимает плечом, как бы стряхивая его прикосновение, и непроизвольно отвечает резко и однозначно:

– Я действительно не намерена говорить об этом, Норман. Но Норман не сдается.

– А почему нет? – возмущается он.

Ева также поднимается и смотрит ему в глаза без волнения:

– Очень просто – я этого не хочу.

Потом она опять садится в кресло.

– Возмутительно! – рычит он. – Я, пожалуй, могу ожидать, что ты наконец расскажешь мне, с кем встречаешься. В конце концов, я думаю, что могу претендовать на такое доверие. В конечном итоге, это мое право!

Некоторое время Ева на вид полностью поглощена созерцанием кончиков своих пальцев, пока не поднимает голову:

– Доверять? Если ты мне не доверяешь, это твоя проблема. – После небольшой паузы на размышление она продолжает иронично: – Откуда, по-твоему, ты можешь почерпнуть такое право?

– Из желания жениться на тебе. – Так быстро, как у него мелькнула эта мысль, так спонтанно ее и произнес.

– Жаль, Норман, жаль, – бормочет Ева.

– Что жаль? – Норман смотрит на нее.

Она полностью закрывает глаза, ее голова опускается, когда она тихо отвечает::

– Ты связываешь самое большое и важное событие в жизни женщины с недоверием – это я считаю откровенно оскорбительным. Как я могу быть женой человека, который мне не доверяет безоговорочно?

Успокоившись, он смотрит на нее, прикуривает сигарету, делает глубокую затяжку, задумчиво выдыхает дым и после недолгих раздумий отвечает:

– Если требуешь от меня слепого доверия, то ты могла бы мне сказать, с кем встречаешься сегодня вечером. В этом смысле лучше тебе сделать первый шаг, а я тогда тоже ничего не буду скрывать от тебя.

Но Ева не намерена отказаться от занятой позиции. Чтобы окончательно положить конец дискуссии, она после глубокого и быстрого выдоха провокационно говорит коротко и сухо:

– Я встречаюсь с мужчиной, Норман. Представь себе: с мужчиной! – После небольшой паузы она добавляет: – Но, чтобы успокоить тебя, там будет и его сестра.

Так как он все еще молчит, и она замечает, как у него внутри все бродит, она с горьким смешком говорит, чтобы успокоить его:

– Так что? Ничего не случится. Пожалуйста, не выставляй себя на посмешище.

Норман не может скрыть свою явную ревность, которой он страдает уже некоторое время, поэтому он смеется и говорит резким голосом:

– В качестве блюстителя приличий, а? Дело до этого не всегда доходит. Сегодня ты встречаешь его с сестрой, а в следующий раз – одного. Остальное будет развиваться автоматически, по отработанной схеме. – После небольшой паузы он добавляет горьким тоном: – Научи меня жить! Ха-ха!

Теперь, Ева смотрит на него грустным взглядом.

– Жизнь, которую ты знаешь, вероятно, такая же, как ты говоришь. С тем, что в жизни есть еще другого, тебе, наверно, надо пока еще познакомиться, – возражает она с притворной ледяной холодностью, за которой скрываются и гнев, и боль. Потому что он задел ее гораздо глубже, чем мог предположить, потому что не знает, как сильно она его любила на самом деле.

Но как бы Норман ни был дотошен в этом вопросе, он упрямо настаивает на четком ответе и тем же холодным тоном говорит:

– Выставляю ли я себя на посмешище или нет – это сугубо мое дело. Если бы все было ясно, у тебя не было бы причин не говорить мне, с каким мужчиной ты так часто встречаешься в последнее время. Но раз ты мне не говоришь и не хочешь мне говорить, я вынужден предположить: что-то не так. Думаю, что теперь поймешь – так наша связь не может дальше сохраниться!

Ева смотрит на него широко раскрытыми глазами. Затем она отпускает взгляд и тихо говорит, изо всех сил стараясь скрыть свои истинные чувства:

– Ты, конечно, прав. Так больше не может продолжаться между нами. – Она решительно встает и говорит, но теперь уже с легкой дрожью в голосе:

– Думаю, ты не будещь возражать, если я сейчас уйду. – Она даже не дожидается его ответа, а хватает свою сумку, встает и твердым шагом выходит из комнаты. Это похоже на бегство от себя самой и своих беспокойных желаний.

3

Обеспокоенный ходом разговора и ошеломленный реакцией Евы, Норман идет за ней. Когда он добирается до подземной парковки и спешит к выходу, то видит лишь, как ее машина исчезает за шлагбаумом в туманной дымке позднего вечера.

– Иди к черту! – сердито рычит он, но больше на себя. – Если думаешь, что Норман Стил пляшет под твою дудку, то сильно ошибаешься! В конце концов, ты не такая уж уникальная! Одни только неприятности, с вами, женщинами, одни неприятности!

Он произнес это