Сказки о любви и не только - Аля Миронова
Провозившись без малого два часа, проклинаю буквально весь белый свет, включая себя лично. Ведь три года назад я отказалась переехать туда, где зимы не бывает. Ну, снега, во всяком случае. Подумаешь, не любила того, кто называл себя Джони. Ну и что? Зато сейчас я прям счастлива, размахивая лопатой у домика покойной родственницы.
Глава 1 (3)
Наконец, имея смутную возможность добраться в город, собираюсь.
Укутавшись, аки якут на охоту, кладу на объект моих мучений таблетку злобного анальгина, и выдвигаюсь в путь. Была мысль вызвать такси, да только, боюсь, что в Яндексе нет отчаянных, кто за мной поедет.
Не успеваю повернуть из деревни на дорогу, как за мной раздаётся рев трактора.
— Доброго дня, соседушка, — басит чей-то голос. — Я — Семён, лесничий. Вы у меня ещё дрОвы покупали по осени.
Семён... Ах, да, мужчина хорошо за пятьдесят. По наружности не алкоголик, с дровами здорово подсобил, потому что уже колотые привёз по цене кадок. Я ему потом ещё пирог приносила, со смородиной.
— Добрый день, Семён Давидович!
— Да можно просто Семён, красавица. В город?
— Угум, флюс.
— То-то я гляжу, укуталась так, только глазюки и торчат. Запрыгивай, до поворота на трассу подкину.
А день начинает мне нравится. Конечно, трястись на старом красном Белорусе приятного мало, но все лучше, чем по сугробам прыгать. Тем более, температурный минус очень даже кусается. С радостью поднимаюсь в кабину. Надо будет в бабы Нины ещё сыворотку прикупить, сделаю капустник в благодарность Семену.
К сожалению, моё везение заканчивается ровно на повороте на трассу. Остановка наглухо занесена снегом, поэтому от гуляющего ветра и спрятаться негде. Рейсовый автобус ушёл как час назад, а ближайший будет аж вечером. Маршруток не видно, попутку ловить бесполезно, смельчаков в такую погоду немного, потому что слишком большой риск аварий.
В голове возникает мысль вернуться домой. Но здравый смысл говорит о том, что если флюс пойдёт в гортань, то тридцатка станет моим концом. Не хотелось бы.
Примерно с час пританцовывая, судорожно думаю о том, как бы избавиться от ноющего зуба. Может и мне кредит взять, поставить весь рот металлокерамики? Ну и что, что свои на месте? Вот на кой мне такие приключения? Нелля Шахбозян с прошлой работы как раз в тридцать зубы себе сделала...
— Снеговик, тебе куда? — совсем рядом раздаётся насмешливый приятный баритон.
И как назло, чёртов анальгин перестаёт действовать. Неудивительно, что он запрещён во многих странах. Толку — как от козла молока...
— Мне ф штолицу. Ф Денфа-флюс, — произношу еле ворочая языком.
— Игорян, да у нас тут Снегурочка! — фыркает другой голос.
Затем из машины вылезает одно громадное тело со шрамом на брови и начинает перчатками отряхивать с меня снег.
Блин, а я и не заметила, что метель поднялась... Ох ты ж черт! Поднимаю глаза на машину. Мамочки. Чёрный внедорожник с тонированными окнами. А так можно? Хотя, судя по примерной стоимости машины...
— Всё, падай, подвезем, — гогочет верзила.
"Не садись!” — шепчет мне не то внутренний голос, не то паранойя, но зуб начинает болеть ещё сильнее, и, кажется, давление в десне усиливается.
Несмело залезаю назад, рядом усаживается бугай со шрамом.
— Могла бы и ноги обстучать, — ворчит на меня.
— Вадик, отстань от девушки, — чуть обернувшись, отвечает водитель.
Буквально на секунду возникает ощущение, что я где-то видела этого человека. Но додумать не успеваю, потому что у сидения рядом с водителем прорезается голос.
— Агу, — произносит некто мне неизвестный.
Глава 1 (4)
— Молодец, малого мне разбудил своим ворчанием! Я надеялся успеть доехать до Анжелы.
— Да ладно тебе, Игорян. Нам ехать всего минут двадцать. Уж потерпит немного ваш Славик без сиськи. А если нет, мы ему пустышку предложим, — словно конь ржёт Вадик.
Я так понимаю, пустышка — это в смысле я? Очень хочется ответить что-нибудь умное, но сил нет.
— Не дрейфь, — легко толкает меня в плечо попутчик. — Анжелка как раз в Дента-Плюс работает. Стоматолог-терапевт. Сестра моя. А эти двое, — махая рукой вперёд, — как ты уже догадалась, шурин и племяш. Сестрица упрямая больно, вбила в голову, что в декрете сидеть не бабское дело. Ну её брат Игоря и взял на пол ставки. А тут видишь, погода какая. И малой все время жрать хочет. Фиг смесь впихнешь. Вот и тащимся, к мамке на работу. Я ей заодно ремня всыплю. Чтобы голова на место встала. Кто это на мужиков грудничка кидает?!
А потом вот такие типы рассуждают о феминизме… Может я поэтому и детей не завожу. Потому что беременность — ты одна, роды — ты одна, первый год — как повезёт, а потом — все, папка занят, только на выходных поиграть. Редкие случаи, когда мужья отдаются семье после работы. Чаще всего уходят в мир танков или порнухи…
С другой стороны, вот я два года уже живу под столицей в деревне. Удалённо веду финансы трех небольших компаний, и прекрасно себя чувствую. На свежем воздухе отпала необходимость в косметике и спа, а небольшой огород и печное отопление держат тело в тонусе…
— Приехали, — тормозит меня Вадик. — Десять баксов.
Набираю в лёгкие воздух, чтобы показать свое возмущение, как этот конь снова начинает ржать.
— Ты че? Шуток не понимаешь? Да и законом такое карается, а я, на минуточку, в прокуратуре служу. И, кстати, не женат.
И не удивительно, хочется добавить, но рот вообще онемел.
— Вадик, проводи это несчастье к Анжеле, а мы следом подойдём, — командует Игорян.
Меня окутывает ужас, лишь стоит запаху клиники проникнуть в ноздри. Вадик, чуть ли не силком вытряхивает меня из вороха зимней одежды: сначала дутая жилетка, затем хомут, шапка-Балаклава, ещё один жилет из овчины и вязаный платок.
— Так, балоньки свои сама снимай, а я бахилы принесу, тут все стерильно.
Нехотя снимаю болоньевый комбинезон. Остаюсь в термобелье: леггинсах и водолазке. Натягиваю назад высокие сапоги на плоском ходу.
— Реально, снегурка, — помогая с бахилами хрюкает Вадик. Без верхней одежды он даже вполне симпатичный. — Смотри ты, и коса по пояс, и фигурка мелкая…
— И фус на фсе фифо.
— Пойдём, — схватив за руку, тянет за собой бугай.
Надо же оформиться! Оплатить первичный прием, и вообще…
Словно бы прочитав мои мысли, сопровождающий снова начал балаболить.
— Пока сеструха тебя посмотрит, я зайду в систему и оформлю. Оплатишь уже после.
Не то чтобы я боялась больших чеков,
