Оружие для джихада - Вульф Блей

Почему эта женщина так странно улыбается и не говорит ни «да», ни «нет»?

Без лишних слов он встает, прощается с ней и, дружески похлопав Нормана по спине, поспешно выходит из ресторана с отрешенным лицом, за бесстрастной маской которого странным образом перемешиваются счастливые и несчастливые мысли. Норман смотрит ему вслед, наполовину ворча, наполовину смущаясь, и пожимая плечами.

– Не знаю, что с ним вдруг происходит! – ворчит он еле слышно.

– Что случилось с вашим коллегой? Он был таким странным, как будто его что-то не устраивало, – замечает леди Роуз, озорно улыбаясь, поскольку заметила перемену в настроении Томми, но не может ее истолковать. Теперь Норман чувствует себя еще более неловко, и его мучает совесть. Тем не менее поведение Томми и его уход показались ему несколько бестактными. Ну, да. Они же друзья, и он сам мог бы так с ним поступить! Но ведь Роуз Кенсингтон – это не просто маленькая девочка.

– Он явно погорячился, – принужденно смеется Норман. – То, что он оставил меня с вами наедине, это было… – Он не решается продолжить, колеблется. Его смущение теперь очевидно и для нее.

– Ну? Что это было? – спрашивает она, с любопытством глядя на него.

Он берет свой бокал с вином, произносит тост и долго серьезно смотрит ей в глаза, которые не отрываются от его глаз. Затем он закрывает веки и снова открывает их, откидывается назад и, теперь уже полностью владея собой, бодро отвечает:

– Это была милость небес, если только вы не хотите, чтобы я сейчас…

– Нет, наоборот. Я не хочу мешать вам последовать его примеру, – несколько насмешливо отвечает она, а затем продолжает дружелюбным и темным, теплым голосом:

– Но если вы захотите составить мне компанию на некоторое время, вы окажете мне большую услугу. Теперь, когда нас представили друг другу, было бы очень жаль прервать это знакомство в зародыше, не так ли?

Норман замечает мелькнувший огонек в ее глазах, когда она весело добавляет:

– Помашите официанту и закажите для нас бутылку шампанского, мистер Стил.

Пока шампанское пузырится в бокалах, они оба, погрузившись в раздумья, некоторое время смотрят на него и наблюдают, как поднимаются пузырьки, Затем Норман поднимает голову, смотрит вдаль, словно видит будущее, и спокойно произносит:

– Думаю, вы действительно опасны, миледи, по крайней мере для меня.

Леди Кенсингтон загадочно улыбается:

– Чего вы боитесь?

Норман возвращает взгляд и решительно произносит:

– Боюсь? Это, пожалуй, не то выражение. Мне нужно посмотреть на часы, чтобы узнать, как долго я пользуюсь преимуществами нашего очаровательного знакомства. Но мне кажется, что этот срок отнюдь не слишком мал, чтобы почувствовать необычность этого знакомства и связанную с ним опасность.

Ее улыбка становится шире, и ему кажется, что в ее глазах появился блеск, когда она произносит:

– Как вы думаете, возможно ли, что это не совсем безопасно для меня?

Рассудив, он отвечает:

– Давайте предположим, что это так. Тогда позвольте поинтересоваться, вы бы этого испугались?

Она твердо смотрит на него своими переливчатыми глазами цвета морской волны и отвечает серьезно и задумчиво: – Я бы этого не боялась, но могу представить, что при определенных обстоятельствах могла бы даже считать эту опасность желательной, Норман Стил.

На какую-то долю секунды в ее голове промелькнуло сильное сомнение в том, что она действительно должна или могла бы выполнить взятое на себя задание. Однако она привыкла быстро и решитешльно брать себя в руки, когда чувства пытались отговорить ее от однажды принятого решения. Норман – весьма привлекательный и остроумный собеседник. Даже будучи мужчиной, он испытывает к ней сильное влечение, и, кажется, между ними все в порядке. Что бы это ни было, сейчас ее задача даже начинала волновать. Все остальное она могла оставить на потом.

Норман на мгновение представляет, что же подумала бы Ева, увидев его здесь в таком виде. Попытка сравнить ее в своем воображении с леди Кенсингтон, однако, не удалась. Ева сильно отличается от этой женщины. В глубине души он еще не до конца верит, что разрыв с Евой будет окончательным. Но это может быть правильным, если она действительно получит возможность ревновать, откажется от привычки быть скрытной по отношению к нему. А что, если…?

Ни в коем случае не говорилось, что до этого дойдет. А если бы и дошло, то, в конце концов, он был далеко не женат на Еве, и не монах, и не методистский проповедник! Как бы то ни было – Ева! Почему они до сих пор не женаты? Почему она навязала ему что-то вроде испытательного срока? Либо вы любите друг друга, либо нет. Это просто, честно и ясно! Что еще нужно проверять? Жизнь, наконец, – это бесконечный поток, и плыть по нему не только приятнее, но и мудрее, чем сидеть на берегу и ждать золотую рыбку!

Почему его вообще беспокоили подобные мысли? Какое дело ему до завтрашнего дня, если сегодня судьба свела его с такой женщиной, как леди Кенсингтон?

В то же время он вспомнил, что говорил о ней Томми: леди Кенсингтон – женщина с прекрасными связями! Почему бы ему не совместить приятное с полезным?

Когда за эти несколько секунд его мысли зашли так далеко, он почувствовал себя так, словно прыгнул с трехметровой вышки в приятно теплый бассейн.

Теперь ему было почти любопытно, что произойдет, если он узнает леди Роуз получше. Впрочем, непрозрачность ее натуры привлекает его даже больше, чем ее красивая, незаурядная женская внешность.

Некоторое время они сидят друг напротив друга в молчании. Норман ломает голову, как ему снова завязать разговор, не желая говорить ничего поверхностного, но и в то же время не желая, чтобы его противоречивые чувства были признаны или даже раскрыты. Наконец, встрепенувшись он поднимает голову, заказывает еще одну бутылку шампанского и наполняет бокалы…

9

Томми сначала делает, не глядя на своих друзей и не говоря ни слова, большой глоток предложенного ему шотландского виски и продолжает держать стакан в руке. Это его немного успокаивает. Однако, чтобы подстраховаться, он делает второй глоток.

– Итак, Томми, – нетерпеливо и жадно спрашивает Ева, – что случилось с Норманом и почему ты так взволнован?

Томми Шелтер опустошает свой стакан, берет сигарету и отвечает:

– Мы сидели в «Блэкфрайерсе», ожидая Найджела Фишера, когда в ресторан вошла бесспорно красивая женщина, и менеджер показал ей на столик в непосредственной близости от нас. Одна только ее норковая шуба, должно быть, стоила целое