Дела домашние - Ульяна Каршева
— Больдо? — прошептал мальчишка-некромант.
— Больдо, — покивал старый эльф-философ. Снова перевёл взгляд на Крисанто. — Я… вспоминаю его поведение в то время. Чудится, я должен был догадаться, что он создаёт второго киборга одновременно со мной. Подглядывая за мной. Повторяя за мной. Мальчику повезло, что сбежал.
— Повезло? — вырвалось у Коннора — не шёпотом, и на него оглянулась Селена, которая вот-вот должна была выйти из комнаты.
— Повезло. Если бы Больдо начал копаться в его организме, сердце мальчика не выдержало бы. Больдо был слишком… груб.
— Я помню Наоиса.
— Коннор… — тихо позвала от двери Селена, и мальчишка-некромант вышел за ней из комнаты.
Молча они прошли до лестницы в мансарду, и старшая сестра остановилась.
— Спокойной ночи?.. — неуверенно сказал Коннор. Ему почему-то не хотелось идти наверх и слушать братьев, если они начнут сочувствовать ему.
— Представляешь, Коннор, а я его тогда пожалела, — неожиданно сказала она.
— Почему? — удивился он.
— Помнишь, как Спинифекс вёл их к нам? У ворот? Охранники подгоняли их, а Крисанто ковылял, и я обозлилась на Спинифекса, думая, что у мальчика неудобная обувь. Или не своего размера. Знать бы тогда, что ему больно… я бы… — Она замолчала, глядя на ступени.
— Что — тогда бы?
— Пожалела бы ещё больше.
В сумрачном свете приглушённых коридорных светильников блеснули слёзы на её глазах. Коннор взял её руки и сжал.
— Больдо больше нет, мама Селена, — напомнил он. — Думаю, мы с таким больше не столкнёмся… Зато… я понял, откуда все эти легенды о детях из пригорода, с которыми что-то нехорошее делают в городе. Помнишь, мы рассказывали тебе… Кто-то из сирот Спинифекса заметил странности за Крисанто… Ладно, я пошёл спать. Спокойной ночи…
Она кивнула и быстро пошла к лестнице на первый этаж.
А он побежал в мансарду, скрепляя сердце, чтобы не огрызаться на жалостливые взгляды братьев… Оказывается, он плохо знал их. Все они уже лежали, успев выдвинуть в центр шестую кровать — для Флери, который уже крепко спал на ней. Мика, с трудом приподнявшись на локте, сонно сказал:
— Давай быстрее, Коннор… Спать хочу.
И свалился головой на подушку. Мирт со своей любовно примятой подушки только проследил, как мальчишка-некромант, осторожно ступая, дошёл до своей кровати и, освободившись от верхней одежды, лёг. Закрыл глаза и в общее пространство спросил: «А девочка?»
«В её комнате осталась Космея», — пробормотал Хельми.
«Спим», — напомнил Мирт.
…Братьям в эту ночь пришлось несладко, пока Колин не догадался встать и закрыть все браслеты на руках Коннора.
Мальчишке-некроманту снилось, что не Крисанто, а он привязан к столу, за которым оперировал Больдо. Наверное, сказалось воспоминание о Наоисе. И плевать хотел вампир на обезболивающее — главным для него было сунуть в рот оперируемому кляп. А это уже вспомнилась Дафна. И над беспомощно лежавшим Коннором Больдо склонялся со скальпелем в руках. Склонялся вампир, которому было плевать на жизнь…
Братья защищали Флери от Конноровых воспоминаний, пока Колин не встал и не скользнул к кровати мальчишки-некроманта. Когда он закрыл-заблокировал все браслеты и оглянулся, сидевший на своей кровати Мирт покачал головой, шепча:
— Ну мы и глупцы… Могли бы и сами догадаться.
— Спокойной ночи, — прошептал мальчишка-оборотень и юркнул под одеяло.
Больше Флери не натыкался на странный тёмный забор в своих снах, а свободно гулял по осеннему саду, залитому солнцем.
А ранним утром, когда и братья, и новичок спали крепко, без страшных снов, в которых их превращали в живые машины, Коннор бесшумно вышел из мансарды и выбрался в сад.
Ночи подмораживали. Он шагал по сухим травам, слушая, как еле слышно хрупает под ногами изморозь… Коннор знал, что вышел из дома за полчаса до обычного времени тренировок с Кадмом. Про себя спокойно решил, что к приходу своего ученика просто успеет разогреться. Но, начиная собственные тренировочные комплексы, он настолько увлёкся движением, которое заставляло его отгонять от себя любые мысли и воспоминания, что забыл даже о времени…
Очнулся, когда почуял на себе взгляды двоих.
Остановился. На него ошеломлённо хлопали глазами два тёмных друида.
Отдышавшись, спросил:
— Ивар?
Брат заторопился объяснить своё присутствие в саду:
— Трисмегист сегодня не может проводить тренировки. Сказал, что ты не откажешь мне. Коннор?
— Хорошо, — вздохнул мальчишка-некромант и кивнул: — Начинаем.
Через час тренировки были закончены, и они втроём отправились к ванным комнатам, в то время как старшие ребята потянулись на тренировки к Колру, к школьному полю… Когда Коннор отмылся от пота и поднялся во временно пустую мансарду, чтобы переодеться из спортивной формы в обычный комплект школьника, кто-то деликатно постучал в дверь. Удивлённый Коннор подошёл к двери.
— Лада?
— Привет, Коннор. Трисмегист попросил тебя перед завтраком подойти к тому мальчику-эльфу, — улыбнулась девочка-маг.
Они спустились на второй этаж вместе, а потом Лада, дежурная, побежала накрывать столы для завтрака, а мальчишка-некромант, с каждым шагом замедляясь из-за смутного нежелания видеть Трисмегиста и его нового подопечного, брёл дальше по коридору. Но встал перед дверью и с чувствительной для себя обречённостью постучал. Переступил порог.
Бернара нет. Трисмегист стоит чуть дальше обычного от кровати с Крисанто.
А тот, с уже привычно перекошенным от ненависти и боли лицом, полулежал на двух подушках, подложенных ему.
— А этот чё явился? — рыкнул мальчишка-эльф.
Трисмегист, не обращая на него внимания, виновато сказал, глядя на вошедшего:
— Коннор, пожалуйста, поговори с ним! Я не сумею работать с существом, которое теряет силы на ненависть.
И, бессовестный, поспешно вышел.
Коннор тяжело посмотрел на Крисанто, который с вызовом взглянул на него.
— И чё? Теперь ты будешь уговаривать меня успокоиться?
— Да пофиг мне на твоё состояние, как говорит Селена, — вполголоса ответил Коннор и взял стул, чтобы сесть к нему поближе.
— Тогда чё пришёл?
— Я знаю кое-что. Ты знаешь кое-что, — тихо сказал Коннор. — Ты мне кое-что расскажешь. Расскажу и я тебе.
— И с чего начнёшь? — прошипел мальчишка-эльф, одновременно морщась от боли.
— С вопроса. Когда Больдо тебя оперировал, он давал тебе обезболивающее?
Крисанто замер, а потом просто рухнул на подушки, хотя до сих пор пытался выглядеть презрительным и высокомерным. До этого вопроса он дышал сопя, но сейчас зачастил коротким дыханием.
— Откуда… откуда ты знаешь⁈ — внезапно потеряв голос, прошептал он. — Я никому и никогда не говорил, что со мной было…
Но Коннор продолжал задавать вопросы.
— Поэтому ты и твои друзья избили Пренита? Он вампир — и посмел смотреть
