Легенда о Фэй. Том 1 - Priest P大

Чжоу Фэй опустила взгляд и увидела лежавший рядом с ней скелет. Она не заметила его в темноте и просидела с ним бок о бок до самого рассвета.

– Честно говоря, мы с моим соседом уже два с лишним месяца беспомощно таращимся друг на друга, – продолжил человек по ту сторону стены. – Но тебе незачем на него смотреть. Почему бы тебе лучше не взглянуть на меня?

Чжоу Фэй пропустила его болтовню мимо ушей и сразу перешла к делу:

– Два месяца? Ты заперт здесь уже больше двух месяцев?

– Именно так, – жизнерадостно ответил незнакомец, словно оказаться здесь в заточении было для него честью. – Тут много людей. Разве ты не видела, когда заходила? По обе стороны скалы – темницы, приходится каждый день слушать, как это сборище доблестных воинов бранится во все горло. В этом, пожалуй, даже есть особое очарование. Жаль только, что моя клетушка – под землей, здесь, конечно, тихо, но так хотелось бы присоединиться к их веселью.

Чжоу Фэй попала в эту пещеру случайно и так перепугалась, что совсем ничего не поняла. Кроме того, узника в столь прекрасном расположении духа она видела впервые, однако у нее появилось странное чувство, будто они уже встречались раньше, так что желание прирезать его сквозь дыру в стене немного поутихло.

– Кто здесь главный? Почему тебя схватили? Чего они хотят? – сыпала вопросами девушка.

Заключенный потянулся и ответил беззаботно:

– Ночью я слышал, как кто-то громко кричал, наверняка вся эта шумиха поднялась из-за тебя. Раз ты с ними дралась, неужели не поняла, что это за люди?

Чжоу Фэй вспомнила мощный удар ногой, похожей больше на железную булаву, и воскликнула:

– Неужели это действительно люди из крепости семьи Хо?

Узник оставил вопрос без ответа, но с большим воодушевлением переменил тему:

– Посмотри, слева от тебя пробивается луч света. Можешь подойти туда? Я целыми днями пялюсь на эти истлевшие кости, чуть сам уже со скуки не помер. А тут, надо же, девушка, да еще и такая хорошенькая! Освежишь мои очи своей красотой?

«Хорошенькая»? «Девушка»… Слова вдруг отозвались в памяти Чжоу Фэй, и она поняла, откуда появилось то странное чувство, будто они знакомы. Она присмотрелась сквозь полумрак, пытаясь получше разглядеть лицо узника, но отверстие было слишком маленьким.

– Твоя фамилия… Се? А имя… – она запнулась: голос ее и без того звучал неуверенно, к тому же с их прошлой встречи прошло три года и Фэй немного подзабыла, как же звали того человека, что приходил передать послание, – этот… «Мэймэй»?

Слишком довольный для узника юноша на мгновение непонимающе замер. Оглядев гостью еще раз, он наконец воскликнул:

– Ну и ну! Неужели та самая девочка из Сорока восьми крепостей? Чжоу…

– Фэй.

Вновь встретившись при столь странных обстоятельствах, оба на мгновение лишились дара речи: узник, только что без умолку моловший всякую чушь, смутился, поняв, что заигрывал со знакомой.

Чжоу Фэй молча наблюдала, как он сделал шаг назад, откашлялся и придал своему лицу более серьезное выражение:

– Про Мэймэя – это же я тогда пошутил. Меня зовут Се Юнь. Как ты сюда попала?

Чжоу Фэй подумала, что такую долгую историю ей в двух словах не рассказать, поэтому очень ловко сократила:

– Мы с братом спустились с горы по делам, а эти люди, кажется, схватили его.

Се Юнь удивился:

– Почему каждый раз, когда я вижу тебя, ты и твой невезучий братец попадаете в какие-то неприятности?

И то верно – все их беды из-за того, что этот гад Ли Шэн сам ищет неприятностей себе на голову! Чжоу Фэй чуть зубами не скрипнула от осознания этой истины. Однако семейные ссоры не для чужих ушей. Мысленно она уже четвертовала брата, но невозмутимое выражение лица сохранить смогла и вслух ничего не сказала.

– Неважно, – продолжил Се Юнь. – Я в этой тюрьме уже больше двух месяцев, пищу и воду дают, так что здесь довольно неплохо. Думаю, твой брат в порядке.

Чжоу Фэй хотела что-то сказать, но вдруг уловила какой-то звук и мгновенно отпрыгнула в темный угол пещеры. Се Юнь прикрыл отверстие в стене камнем, чтоб оно не так сильно бросалось в глаза, но звуки, доносившиеся из его узилища, все еще были слышны. Девушке показалось, что о камень звонко ударилось что-то металлическое. Спустя какое-то время Се Юнь снова выглянул и помахал Чжоу Фэй:

– Все в порядке, это принесли еду. Ты голодна?

Чжоу Фэй, всю ночь проносилась туда-сюда и, конечно же, готова была быка проглотить целиком, но выпрашивать еду ей показалось неудобно, и она вежливо помотала головой:

– Не очень.

Как только она это произнесла, запах снеди коварно просочился через маленькую пробоину в стене. С едой в дороге оказалось непросто: как следует поесть удавалось только на постоялых дворах, где они время от времени останавливались. Аромат горячей пищи ударил в нос, и Фэй невольно сглотнула слюну, в животе заурчало.

А чудак Се Юнь тем временем продолжал:

– Если ты не голодна, я начну есть. А если голодна… я сначала прикрою эту дыру и поем так, чтоб ты не видела.

Чжоу Фэй медленно провела пальцами по рукояти своего меча и сквозь зубы выдавила:

– Не стесняйся, ешь.

И Се Юнь действительно не постеснялся: взял паровую булочку, откусил, прожевал, но затем вернул камень обратно в щель.

– Странно, но мне неловко вот так перед тобой есть, так что я все же прикрою. Если в будущем представится возможность, я угощу тебя в лучшем заведении Цзиньлина. Ах, с тех пор как появилась Южная столица, половину вкуснейших блюд теперь готовят именно там.

Чжоу Фэй ничего не ответила.

– Однако эту трапезу я не могу с тобой разделить, – продолжил Се Юнь, – потому что в еду здесь что-то подмешивают.

– Что? – удивленно спросила Чжоу Фэй.

– Вэньжоусань, порошок Покорности, слышала о таком? – неспешно пояснил юноша. – Похоже, что нет. Это что-то вроде снотворного для лошадей, но всякие подлые демоны и негодяи подсовывают его людям. Видишь ли, мастеров боевых искусств обычными снадобьями не возьмешь, а этим как раз получается. Одна миска риса, приправленного ядом, – и ты на полдня вырубаешься, а о применении боевых приемов и нэйгуне даже речи быть не может.

– Тогда зачем ты это ешь? – спросила Чжоу Фэй.

– Я же не верблюд и не черепаха, – ответствовал Се Юнь. – Если съем – не встану полдня, а не съем – не встану никогда.

Чжоу Фэй ткнула рукоятью клинка камень, закрывающий отверстие. Се Юнь продолжал поедать отраву ложка за