RAF, и особенно Бригитта Монхаупт - Лачин Хуррамитский
Для массы униженных и оскорблённых такой путь развития означает лишь разрушение привычного образа жизни. Они должны быть заточены в бетонные гетто, построенные для изоляции человека.
С момента распада ГДР совершенно открыто разжигаются расизм и угнетение женщин. Фашистские группы усиливаются, почти ежедневно происходят жестокие нападения на иммигрантов и левых активистов. При закрытии предприятий первыми увольняют женщин. Число детсадов сокращается, а у женщин собираются отнять ещё и право на аборт. Расизм и женское бесправие необходимы германскому империалистическому государству как дополнительный клапан, дабы недовольство и раздражение людей обратилось против не Системы, а стоящих ниже их в общественной иерархии.
Наша акция против одного из творцов “Великой Германии” наносит удар в самое сердце этого реакционного процесса. Обнищание, нужда и массовая безработица сами по себе не приведут к мобилизации масс против стоящих у власти.
Все, кто борется за достойную жизнь и свободу от государства, должны стать единой силой. Именно сейчас, когда империализм наносит один удар за другим, пытаясь навязать народам новый мировой порядок, революционное движение должно быть в состоянии проникнуть повсюду.
Мы видим чёткий путь преобразований. В процессе серии вооружённых акций мы сформируем контрвласть, способную противостоять империалистической системе и в длительной борьбе привести к освобождению человечества.
Революционное движение должно стать реальным фактором, совместными усилиями мы должны блокировать важнейшие жизненные процессы государства и осуществлять реальные изменения в интересах людей. Для нашей организации это значит одно — мы и в дальнейшем намерены отвечать на атаки государства. Мы хотим объединиться с другими революционными группами, определить фазы борьбы и цели для совместных акций.
Революционное движение должно открыть реальную и понятную перспективу для людей, стать притягательным для всех, кому понятен угнетательский характер Системы. Должен возникнуть зародыш нового общества, в котором люди начнут жить без господства, на основе самоопределения. Строить новое общество на основе самоопределения означает не повторять сотни раз, что существует уйма проблем, а уже сегодня пытаться найти их решение. Вся ответственность за то, каким путём пойдёт завтра процесс преобразований, лежит на каждом из нас, и мы не должны избегать этой ответственности.
Всякий решившийся на это, обратившийся к реальным проблемам, сумеет преодолеть навязанное капитализмом чувство отчаяния и постепенно найдёт верное решение.
Против прыжка империалистического зверя мы готовим наш удар — создание революционной контрвласти!»
РАФ не случайно называла объединение Германии колонизацией ГДР. Многие люди лишились своих жилищ. Дело в том, что многие восточные немцы жили в домах, полуразрушенных во время войны (Западная Германия пострадала куда меньше Восточной). Хозяева домов восстановили их, собрали по камешку. Но после падения берлинской стены родственники с Запада заявили, что имеют долю в этих домах. Выплачивай. Нет денег — продай дом и выплати долю.
Кроме того, с Запада хлынули не слишком успешные там немцы, захватив все высокооплачиваемые посты в бывшей ГДР. Они считались «благонадёжными». (В Лейпциге и поныне 70 % администрации составляют «вэсси».) Вся власть в бывшей республике попала в руки новой — колониальной — администрации.
Приведённые ниже цитаты есть и в Рунете.
Бывший дипломат Петер Штеглих: «СССР бросил ГДР просто так, даже не оставив никакого договора между собственниками ФРГ и ГДР. Умные, государственные люди предвидели конфликты из-за собственности и аншлюс Германии вместо объединения двух Германий на равных правах. Но есть высказывание Горбачёва: пусть немцы сами разбираются. Это означало: сильный берёт, что хочет. А сильными были западные немцы. Началась колонизация ГДР. Отстранив от власти местных патриотов, очернив их и унизив, западные колонизаторы приступили к полной приватизации государственных активов ГДР. […] ГДР была самой успешной страной Варшавского договора. Сначала надо было показать будущим жертвам жест великодушия, установив курс восточной марки к западной для граждан ГДР один к одному. Об этом кричали все западногерманские газеты. Но оказалось, что обменять можно только 4000 марок. Свыше этого обмен шёл по курсу две восточные марки на одну западную. Все госпредприятия ГДР и малый бизнес могли обменивать счета только из расчёта два к одному. Следовательно, они разом потеряли половину своего капитала. При этом их долги пересчитывались по курсу 1:1. Подобные меры привели к уничтожению промышленности ГДР.
Осенью 1990-го объём промышленности в ГДР снизился более чем вдвое! Теперь западные “братья” могли снисходительно говорить о нежизнеспособности социалистической промышленности и её немедленной приватизации “на честных и открытых условиях”. И 85 % всей промышленности страны попало в руки западных немцев, которые активно вели её к банкротству, чтобы не дать шанс конкурентам. 10 % досталось иностранцам. И только 5 % смогли купить истинные хозяева земли, восточные немцы».
Бывший гендиректор металлургического завода города Айзенхюттеншдадт профессор Карл Деринг, на вопрос «Вас ограбили?» ответил: «Конечно. Вся собственность попала в западные руки. И мы не забываем, кто нас продал. Горбачёв. Да, были демонстрации за свободу передвижения, но никто не требовал, чтобы ГДР исчезла с карты мира. Я это подчёркиваю. Для этого была нужна соответствующая позиция Горбачёва, человека, не выдержавшего экзамен истории. Этой “славы” у него никто не отнимет. Что в результате? Восточные немцы гораздо беднее западных. Множество исследований показывает, что мы немцы “второго класса”.
Что было важно западным промышленникам? Новый рынок под боком, куда можно сваливать свои товары. Они так увлеклись, уничтожая нашу промышленность, что наконец обнаружили: безработные не могут покупать их товары! Если не сохранить хотя бы остатки промышленности на Востоке, люди просто убегут на Запад в поисках работы, и земли опустеют. Вот тогда мне удалось спасти хотя бы часть нашего завода благодаря русским. Мы увеличили экспорт в Россию, продавали для вашей автопромышленности, для сельскохозяйственных машин. Потом наши акции захотел купить Череповецкий металлургический комбинат, один из крупнейших в России, но западным политикам эта идея не понравилась».
Ещё один результат объединения-колонизации — катастрофическое падение рождаемости в бывшей ГДР, значительно большее, чем в западных районах, с массовой стерилизацией женщин. Дальнейшее вымирание немцев — это, точнее сказать, вымирание восточных немцев по вине западных.
Начало 1992, ФРГ. Федеральный министр юстиции Клаус Кинкель предлагает освободить заключённых партизан с условием, что РАФ прервёт дальнейшую деятельность, заявляя: «Государство должно, при необходимости, быть готовым к примирению». РАФ косвенно соглашается, говоря о нежелании «эскалации». Карл-Хайнц Дельво, Лутц Тауфер и ряд других заключённых красноармейцев согласны на это, Бригитта Монхаупт (заключённая с 1982-го) — против. «Железная Бригитта» остаётся железной. Кристиан Клар также сторонник бескомпромиссности.
